Красная шапочка и её мрачные флэшбэки при встрече с Волком.

[Petit du idiacante]

Название: Красная шапочка и её мрачные флэшбэки при встрече с Волком.
Автор: Petit du idiacante
Фэндом: Пираты Карибского моря
Персонажи: Джек Воробей, Майелла Симмонс(имя ужасное, но я взяла его из книги "Убить пересмешника", и оно очень подходит под типаж недалёкой девушки)
Рейтинг: PG-13
Жанры: пожалуй, трагикомичный детектив с драматичными моментами, представляющий собой пересказ старой сказки.
Предупреждения: OOC, ОЖП, и может что-нибудь ещё не так.
Размер: Мини
Дисклеймер: отказ от прав, все права у Диснея.


Майелла толкнула дверь и вошла в комнату миссис Дансон. Обитательница этой комнаты была ей неприятна. Обитательница этой комнаты приносила ей неприятности. Она следила за расписанием Майеллы и заставляла её безукоризненно следовать ему. Она заставляла Майеллу учить наизусть стихи. Она заставляла Майеллу решать арифметические задачи. Она затягивала её в невыносимо тесные корсеты. Она была подлой. Она была её гувернанткой.
Почему-то она нравилась всем, кроме своей воспитанницы. Все дамы находили локоны миссис Дансон восхитительными, но только Майелла не страдала близорукости среди всех них и ясно видела, что никакие это не локоны, а колтуны. Все дамы находили, что у миссис Дансон испанский тип внешности и прекрасная смуглая кожа, а Майелла считала, что миссис Дансон не мешало бы помыться.
Майелла не понимала, зачем ей нужна гувернантка. Майелле было уже пятнадцать лет, чем она весьма гордилась. Миссис Дансон казалась ей уже пережитком прошлого, тёмным призраком, омрачающим радостные, светлые, безоблачные дни юности неминуемыми карами, которым она незамедлительно подвергалась даже за такие проступки, как ошибка в вычислениях.
Поразмыслив немного, она пришла к выводу, что этого цербера приставили к ней, дабы пресечь дальнейшие попытки побега, одна из которых, первая и последняя, имела место около шести месяцев назад. Этот побег был знаменательным событием в её жизни, благодаря нему она обрела уверенность в себе и блох, а также познакомилась с интересной личностью, которая и вернула её домой. Для удобства читателей мы опишем лишь один вечер из жизни Майеллы на поприще бродяги.

Побег от тетки, или трагическая пьеса о приключениях Майеллы на свободе.
(рассказ в рассказе)
Весь трагизм ситуации стал обрисовываться перед Майеллой, когда она доела свой ужин. За этот ужин она отдала все оставшиеся деньги. За комнату в гостинице уже было заплачено, но срок истекал уже завтра утром. Майелла осталась без еды и крова, и что страшнее всего – без денег, и как ей раздобыть средства к существованию, она не знала. Над этой проблемой она напряжённо размышляла, одновременно следя за несколькими игроками, увеличивающими ставки в покере. Играть в карты она не умела, да и слишком сильно боялась проиграть. ( Ну, и, кроме того, вид здешней публики не внушал ей доверия) Она могла просить милостыню – могла бы, если бы была какой-нибудь жалкой попрошайкой, а не дочерью биржевого коммерсанта. Правда, она бы могла работать судомойкой или горничной в гостиницах, которые лежали на её пути к тёте Элизе – и именно это возможность ярче всего вырисовывалась перед ней, не давая упасть в бездну отчаяния. На самом деле, это был отличный шанс – и без малейшего ущерба для гордости, и полезный для окружающих, и чудесный своей простотой. В своих мыслях она уже погрузилась в бурную деятельность, пытаясь вспомнить, как именно убирали горничные – она иногда заставала их за этим занятием (как ни странно, учитывая беспорядок в доме) – и даже не заметила, как рядом уселся какой-то промокший до нитки тип, и очнулась только тогда, когда он прошептал прямо у неё над ухом: « О чём задумалась, девочка?»
Майелла, очнувшись от планов и грёз о доброй тёте, тревожно обернулась, нечаянно взглянув прямо в глаза нежданному собеседнику, но не увидела там ничего тревожащего – только здоровый интерес спокойно - любопытного путешественника с поблёскивающими в темноте глазами, взирающего из недр своего серого капюшона на полудохлую дворяночку. Взгляд незнакомца внушал доверие, словно представляясь: «Знаешь, мне очень скучно, и я могу тебя послушать, если тебе нужно, но если не хочешь – не говори». Майелла решила поделиться с незнакомцем своими планами – и выложила всё, как на духу.
Наверное, Вы уже догадались, что один вечер, описываемый мной – вечер, когда она познакомилась с той самой личностью. Итак, давайте же проследим за этим волнующим разговором, поскольку он играет огромную роль в повествовании.
(Сокращения: М. – Майелла, Д. – Джек, Оф.-официантка)
М.: Знаете, я сбежала из дому от своей тетки - она очень злая и богатая - и сейчас я направляюсь к другой своей тётке…
Д.: Которая добрая и бедная?
М.: Ага, точно (Короткая пауза) А Вас как зовут?
Д.: Ланселот.
М.: О, правда?
Д.: Да нет, я вру. Но я всегда хотел, чтобы меня звали Ланселотом. Хотел бы быть рыцарем.
М.: Я буду звать Вас Ланселотом! А меня Вы зовите Мэйеллой.
Д.: А как твоё настоящее имя?
М.: Майелла. Майелла Симмонс.
Д.: Оо. (молчание)
М.: (смеётся) Я Вас одурачила?
Д.: Околпачила.
М.: (Смеётся)
Д.: Ты… сказала, что у тётки живёшь. Ты… сирота?
М.: Родители погибли при пожаре.
Д.: Сочувствую.
М.: На самом деле у меня ещё есть дядя, он – тётин муж.
Д.: Какой именно тёти?
М.: Злой, у злой тёти. Бедная – не замужем, но она ещё довольно молода.
Д.: О, не подскажешь её адрес?
М.: (Смеётся, а потом с гордостью говорит)Мой дядя – Эдгар Симмонс, самый почтенный человек в городе.
Д.: А мой дядя - мистер Нободи, (Никто- Nobody,Ноубади, учитывая произношение)самый несуществующий человек в городе. Готов поспорить, они сидят сейчас вместе и курят трубку.
М.: Врёшь ты.
Д.: Почему? Никого нет только там, где мы не найдем кого-нибудь. Твой дядя – уже кто-нибудь, и дядюшка Нободи будет с ним.
М.: Мы не можем найти Никого там, где кто-то есть!
Д.: Ваша версия: « Там, где кто-то есть, мы никого не найдём?» Вы что-то путаете!
М.: Нет, там, где кто-то есть, никого не будет. Нет, то есть, например, когда в комнате есть кто-то, мы не можем сказать, что там никто.
Д.: Нет, можем, например: « Этот человек – никто в социальном плане» И вообще, многие люди притворяются кем-то, когда не являются никем. Порочат дядюшкину честь.
М.: Потому что там, где никто, мы никого не найдём. Ой, я, кажется, запуталась.
Д.: Да, мой дядя любит озадачивать людей – это наша фамильная черта. Это одно из преимуществ не-существования. Поесть не хотите?
М.: Уже ела.
Д.: Лишний раз не помешает.
М.: (смеётся) Вы – хороший человек!
Д.: Да Вас самих смешит эта невероятная ложь.
М.: Не ЛОЖЬ. Устами младенца глаголят истину.
Д.: Вы младенец? Когда Вы родились?
М.: Девятнадцатого февраля, но выгляжу немного моложе.
(Смеются)
Д.: Эй, леди, принесите нам бараньих котлеток.
Оф.: Ладно.
Д.: (Майелле) Любишь котлетки?
М.: Люблю сестру и устриц.
Д.: (Официантке) У Вас есть в меню сёстры? Тут ребёнок голодный!
Оф.: Чего? Сёстры? Да у нас тут приличное заведение. Развратники мерзкие… Психи ненормальные…Щас хозяина позову, он те накостыляет…( Майелла тихо смеётся в кулак)
Д.: Да я просто оговорился! Я хотел спросить, есть ли в меню устрицы?
Оф.: Знаю я твоих устриц!
Д.: Так несите их сюда. Вместе с ножом и котлетками.
Официантка замахивается на него подносом, Джек комически пугается, Майелле не хватает воздуха в кулаке, где она тихо смеялась. Хмурая официантка снова пришла, молча грохнула поднос с едой об стол и ушла. Джек стал молча есть, а Майелла – ковырять ножом раковину.
Д.: Подожди, не так. ( Раскрывает раковину)
М.: Спасибо.
Д.: Почему такая грустная?
М.: Знаете, не знаю, стоит ли рассказать…
Д.: Говори.
М.: Мне придётся продолжить оставшуюся часть пути без денег.
Д.: (пауза) И как ты себе это представляешь?
М.: Ну, я буду работать горничной или судомойкой в гостиницах, где буду останавливаться.
Д.: И лошадью в дороге. За проезд тоже нужно платить. Или ты собираешься идти пешком?
М.: Могу и пешком. Далековато, конечно, но я смогу. И спать буду не в гостиницах или трактирах, а в каких-нибудь заброшенных зданиях, для экономии.
Д.: В компании воров и разбойников – они тоже любят экономию. Юное дитя, ты вообще слышала о таком понятии, как преступность?
М.: Ну, и что мне делать?
Д.: Я отвезу тебя обратно в твоей злой и богатой тётке.
М.: Но я не хочу к ней! Я от неё и сбежала, отвези меня лучше туда, куда я шла.
Д.: Нет.
М.: Почему?
Д.: Потому что у твоей бедной и доброй тётки не будет денег, чтобы заплатить мне в благодарность за спасение племяшки.
М.: А богатая не даст из жадности, и, вообще, я ей не нужна.
Д.: Ошибаешься, твой побег заставит её многое пересмотреть в ваших отношениях, и она поймёт, что ты ей очень нужна – уж поверь моему богатому опыту. Я старше и умнее.
М.: Отвезите меня к тёте Элизе – она Вам заплатит, она найдёт достаточно денег!
Д.: Обирать бедного – какая низость!
М.: Отвезите меня к ней бесплатно!
Д.: А вот это уже - глупость. Щас, бесплатно тратить столько времени и сил. Я тебе родственник? Я тебе друг? Мы вообще незнакомы, ты даже имени моего не знаешь, а требуешь такой заботы, будто я тебе отец родной!
М.: Ну и ладно. Обойдусь.
Д.: Сделаешь, как решила, и попадёшь в лапы к каким-нибудь негодяям. А я тебе добра желаю! Тебе нужно портить отношения с тёткой? Хочешь остаться без наследства?
М.: Мне не нужны деньги!
Д.: Это говорит мне человек, который собирается устраиваться судомойкой в гостиницу и спать в сарае! (закатывает глаза)
М.: Мне не нужны ЕЁ деньги.
Д.: Деньги не пахнут. Всё. Знаешь, мне уже надоело тебя уговаривать и дождь, кажется, перестал. (Поднимается со стула и наклоняется к девушке) Адьос, амиго, и надеюсь, (шёпотом) что в твою комнату не вломится один из этих гнусных типов – морды у них просто разбойничьи.
М.: Неет, не уходи.
Д.: Уйду. Хочешь, иди за мной.
Майелла молча, стараясь не хлюпать носом, поднялась со стула и пошла за ним.
М.: Куда мы идём?
Д.: Поищем заведение получше. Мне не нравится здешняя публика, и, кажется, они поняли, что ты – из богатеньких. Эти парни – просто оборотни, и они только ждут ночи. Уберёмся отсюда, пока не стемнело, и поищем местечко безопаснее.
М.: Я тебе уже и не верю...
Д.: А я монах, между прочим.
М.: Монах?
Д.: А ты думаешь, почему я ношу это серое одеяние?
М.: Потому что это - плащ от дождя. Ты думаешь, что я сутану не могу отличить от плаща?
Д.: А я не смог. Надеюсь, что и другие люди моего возраста не смогут – а молодёжь умная теперь пошла.
М.: Я не верю тебе, Ланселот.
.Д.: ( Ему польстило подобное обращение, и оборачиваясь, он приобнимает Майеллу) Я на тебя разве кричал? Твоя затея – просто безумна, и не стоит юной девушке путешествовать в одиночку – я тебя просто предостерёг.(Пожав плечами, он продолжил) Можешь вернуться обратно, если хочешь – я не держу тебя. Хочешь – продолжай путь со мной.(Майелла, видимо, согласилась, поскольку идёт рядом с ним, уткнувшись ему лицом в плечо)

Вскоре они нашли неплохую гостиницу, которую «Ланселот» счёл достаточно благонадёжной, и остановились там, записанные под именем «мистер и мисс Смиты», где им отвели два смежных номера.
Потом Майелла узнала, что «Ланселот» нашёл корабль, который довёз бы их до тётки. Разумеется, «Ланселоту» не пришлось долго искать корабль – у него был свой, но Майелла об этом так и не узнала, так как почти всё плавание провела в каюте, мучаясь морской болезнью, и всё это время добрый рыцарь подбадривал больную весёлыми баснями про французских менестрелей, страшными легендами о приведениях и историями о приключениях самого Ланселота в Сингапуре, где он находился в делегации миссионеров.
В течение недели они достигли злой и богатой тётки, которой всё же пришлось уплатить бесстрашному рыцарю уйму денег, дабы он не закатил скандал «несправедливым и бесчестным, бессердечным родственникам». Тётка, действительно, пересмотрела свои отношения с Майеллой, и стала обращаться с ней гораздо строже, и для этой цели даже наняла гувернантку-педобраза, котораяуже три недели неусыпно следит за свободолюбивой племянницей.

Майелла ненавидела свою гувернантку и стремилась от неё избавиться, и потому она старалась как можно неожиданнее заходить в комнату той, в надежде уличить её в чём-нибудь постыдном и с позором выгнать из дома.
На этот раз он действительно застала миссис Дансон врасплох, но Майелла и не подозревала, что может застать миссис Дансон за настолько странным действом.
Миссис Дансон брила бороду. Майелла, оцепенев, застряла в дверях.
«Писец нежданно к нам нагрянет,
Когда его совсем не ждёшь…» - знакомый радостный мотивчик завертелся в голове бреющегося.
- Эээ… Можно? – спросила Майелла
- Да, песец, не стесняйся, проходи. То, есть, Майелла? Эм… - «миссис Дансон» покосился на девушку в робкой надежде, что она не заметила его оговорку. Майелла стояла, с удивлением глядя на него.
- А почему Вы назвали меня песцом? – заинтересованно спросила она.
- Ну, знаешь, песец – это такая милая полярная лисичка, белая и пушистая, прям как ты,- неожиданно выкрутился человек-с-бритвой, подумав: «Спасибо всем, кто был причастен к написанию книг о дикой природе!» «О, добрые люди!»- в экстазе воскликнул этот натуралист-любитель, испугав Майеллу, вздрогнувшую от этой неожиданной благодарности неизвестно кому. «Ну, люди и вправду добрые», - решила она и смолчала, согласившись с этим высказыванием. А потом, набравшись духу, неожиданно строго спросила, медленно выговаривая слова и делая тяжёлые паузы:
- Миссис Дансон, что Вы делаете?
- Бреюсь.
- (Пауза) И как Вы объясните подобное поведение?
- Чистоплотностью.
- Тёте Вы это так же объясните? – едко поинтересовалась девушка.
- Разве мне понадобиться объясняться перед ней?
- Если я расскажу.
- А она тебе поверят? – обернулся человек-с-бритвой, нежно улыбаясь и демонстрируя почти очищенную от мыльной пены левую сторону подбородка.
Это был правильный вопрос – вопрос, на который она не могла ответить утвердительно. Она могла бы сказать, что миссис Дансон в лучшем случае является мистером Дансоном, но это восприняли бы как враки, навет на нелюбимую гувернантку. Майелла вспомнила инцидент, случившийся более месяца назад., и повлёкший за собой неприятные последствия из-за недоверия тёти.

День был пасмурный, сырой и туманный; изредка начинался дождь. Майелла прибежала в столовую и схватила яблоко, и уже начала его грызть, усевшись на стул, как тут её ноги нащупали что-то под столом. Пнув это что-то, Майелла определила, что что-то было мягким, живым и разозлившимся человеком. Но Майелла не испугалась, так как искренне считала, что никого страшнее дворового мальчишки Тима - тоже большого любителя яблок - под столом быть не может, и потому она быстро схватила за руку незваного гостя. Рука явно не принадлежала Тиму; кроме того, она была украшена клеймом в виде буквы «Р» и татуировкой в виде воробья. Осознав, кому принадлежит эта рука, Майелла испугалась, пнула капитана пяткой в лицо, опрокинула стул и выбежала, хлопнув дверью. В гостиной она взволнованно сообщила следующую новость:
- Ma tante, в столовой под столом прячется пират!
На это тётя, мило улыбнувшись гостям, ответила:
- Майелла у нас такая выдумщица! Это замысловатое предложение пройти в столовую. Время ужина!
- О, какая чудесная игра!- восхитилась одна из дам, после чего они, шурша платьями, ушли в столовую. У Майеллы путались в голове мысли: «А если он вооружен? Я их предупредила, но сама не пойду!» Объявив тёте, что ей плохо, и потому ужинать она не будет, она получила приказ идти в столовую и позорить всех перед гостями.
- Неужели гостей порадует вид моей рвоты?- удивилась Майелла. Тётка сделала вид, что не услышала, и сказала,- Есть ты всё равно не будешь из-за своих диких россказней.
В столовой дамы уже играли в «чудесную игру»- пытались высмотреть под столом пирата, пока он, расположившись на трёх стульях в шпагате, корчил рожи Майелле. Когда дамы выпрямились и опустили скатерть, он ловко юркнул под стол, безошибочно определив по платью и туфлям, где сидит Майелла. Рядом с ней зашевелилась скатерть, и появились нижняя часть лица разбойника, к которой он приложил палец в жесте молчания. Майелла кивнула – у неё из головы не шла мысль о оружии. Джек спрятался и крепко обхватил её ноги – Майелла побледнела и вытаращила глаза, а тётя нахмурилась – тогда Майелла начала есть. Какая-то дама начала рассказывать душещипательную историю. Джек начал щекотать Майелле пятки.
Майелла крепилась, но в кульминационный момент как щекотанья, так и рассказа, она не выдержала и засмеялась. Все дамы уставились на неё, а она притворилась, будто кашляла, и извинилась.
- Да, эта сырость просто убийственна!- согласилась одна из женщин. Разговор перешёл на болезни, к неудовольствию дамы-рассказчицы душещипательного рассказа, которая уже занесла Майеллу в свой чёрный список.. Щекотка не прекращалась, и Майелла, догадавшись, сунула разбойнику под стол кусок хлеба с сыром. Затем всё началось сначала, и ей пришлось как можно незаметнее очищать стол – благо, что дамы были слишком увлечены рассказом о эпидемии оспы где-то на Гаити. Или Таити – они так и не разобрались, где именно.
Наступил такой момент, когда прихлебатель стал привередлив. Мэйелла дала ему ещё сыра – нет. Ветчины? Нет. Паштета? Нет.
Отчаявшись, Майелла стянула под стол бокал с вином – и вздохнула свободно.
Правда, ненадолго. В течение часа ей пришлось исполнять обязанности виночерпия. По истечению этого времени щекотка превратилась в нежное поглаживание, и «обжора» даже стал то ли целовать колени, то ли вытирать губы о платье ( за неимением салфетки), но в любом случае, эти действия были брутально пресечены вином, выплеснутым из кувшина на голову наглеца.
Её тётка следила за ней с тех самых пор, как она утянула под стол целую курицу, но когда она увидела, что под столом исчезло содержимое целого кувшина, она немедленно отослала племянницу наверх.
Оказавшись в своей спальне, Майелла сразу же заперла все окна и двери, но тут в её голову пришла ужасная мысль: «А что, если преступник попытается проникнуть в спальню тёти и дяди, и убить их?» Как бы она не любила тётку, её смерти она не желала, а дядиной – и подавно. Майелла решила дождаться ночи, и тогда она заперла двери в спальню тёти и дяди, а ключ спрятала в плевательницу рядом с фикусом в надежде, что преступник побрезгует искать ключик среди чужих слюней. После этого она закрылась в собственной спальне и мирно уснула среди пыли под кроватью, оставив на кровати антропоморфную подушку, которой требовалось ввести злоумышленника в заблуждение.
Посреди ночи тётю и дядю разбудил ужасный грохот во всём доме, перемежаемый матросской руганью, но выйти из спальни им так и не удалось. В своей спальне сладко спала Майелла, и ни один звук не смог проникнуть в её обитель сквозь заставленные шкафами и тумбочками двери.
Наутро в доме не осталось ни одной ценной вещи, дверь в дядин кабинет была взломана, и оттуда были украдены многие ценные бумаги. Новоявленной Кассандре наконец-то поверили в рассказ о пирате, но уже было слишком поздно, а она просто радовалась тому, что родичи остались живы, и, разумеется, даже не заикнулась о том, кто именно запер дверь в их спальню.
А через неделю к ним устроилась миссис Дансон, и теперь Майелла даже и не знала, что ей делать - ей и вправду не поверят. Поэтому она уселась на белоснежную скрипучую кровать и попросила у миссис Донсон груш – та поколдовала над какими-то сумками и пакетами и извлекла корзиночку, наполненную сиими плодами, которыми она милостиво поделилась с подопечной, после чего продолжила бритьё. Майелла сидела, болтая ногами, и хрустела грушами, а «миссис Дансон» брилась, следя из зазеркалья за каждым движением девушки. Когда «миссис Дансон» умыла лицо, а Майелла съела последнюю грушу, они поговорили, а потом гувернантка заплела косичку Майелле, и та ушла, сопровождаемая внимательным взглядом чёрных глаз.

Читатель часто может узнать даже то, о чём не знают даже сами люди, о которых пишут: все мысли, тайные чувства и тайные разговоры известны.
Все описанные здесь события не являются тайной только для почтенной публики, автора и действующих лиц. Жители того городка мало что знали о жизни Майеллы.
Они знали, что Майелла осталась сиротой после пожара и воспитывалась дядей и тётей.
Знали, что возрасте, чуть большем четырнадцати, она совершила побег из дома, и обратно привёл её какой-то богатый монах, и в этом усматривали что-то аллегорическое.
Знали, что у девушки была гувернантка. Она уволилась первее остальной прислуги, когда дядя разорился.
Знали, что для спасения семьи от позора, связанного с банкротством, шестнадцатилетней девушке пришлось выйти замуж за какого-то златозубого мошенника-кубинца, который, впрочем, был достаточно молод (лет 35-45), носил парик, пудрился, постоянно держал у лица платок и говорил со смешным акцентом. И появился в городе только в день своей свадьбы.

Но есть одна вещь, о которой никто не знал, точнее, знали все, но никто не заметил. Они (Джек и Майелла) поговорили тогда. О чём именно, мы сейчас и узнаем. К сожалению, двери в продолжение этого диалога были крепко заперты – и потому нам придётся сильно напрягать слух. Вооружитесь стаканами, дамы и господа – мы собираемся узнать чужой секрет.

Tete-a-tete

( Здесь приведены только реплики, которые мы могли бы подслушать, стоя под дверью, так как никто не может видеть сквозь двери, "чё это там они делают", разумеется, если не является мутантом. Вообще, всё приведённое ниже было записано на диктофоне, и напечатано без каких-либо изменений...Но, возможно, автору просто было лень описывать всё, кроме диалога. Мы ведь только за этим сюда и пришли, верно? )
- Миссис Дансон, у Вас есть ещё груши?
- Нету. Отойди, мне нужно найти иголку.
( Скрип кровати, затем звук шагов. Шуршание каких-то пакетов. Зачем заворачивать одну-единственную иголку в шестнадцать обёрток? Эти мужчины такие несамостоятельные....)
- Зачем?
- Я буду шить.( О, умничка!)
- Что?
- Твоё платье. ( Неожиданно мягко )Снимай. ( Я не могу привести сюда мат, вызванный неудовольствием моего ассистента, который обнаружил, что "сволочи запечатали замочную скважину!", поскольку рейтинг пришлось бы повысить до NC-21. Мне пришлось сменить ассистента, и теперь я хожу к психотерапевту, но до сих пор не уверена, что смогу избавиться от последствий этой психологической травмы...)
- Зачем, оно ведь не порвано?
( Опять шаги, треск ткани и судорожный вздох)
- Видишь, какая непрочная ткань! Только что было целым, а теперь порвано!
( Опять шуршат, гады, расстёгивается корсет. Чем они там занимаются, и какая тварь законопатила замочную скважину? Эти вопросы волнуют всех. Подпись: Ассистент Федя. Постскриптум: "Федя, я обломаю тебе все рога, если ты ещё раз прикоснёшься к моей рукописи!!! Подпись: Оля "PPS: "Ладно, больше не буду. Подпись: Федя" Примечание: "Федино чувство юмора меня убивает..." И ещё пару страниц переписки вам придётся потерпеть, ибо этот гад написал, что "ты ещё жива, а всё, что нас не убивает, делает нас сильнее" Поэтому я стою перед выбором: либо сделать Федю сильнее, либо...)
-Иди, сядь на стульчик перед зеркалом, пока я буду шить.
- Ладно…( Шаги, отодвигается стул )Слушай, ты ведь и Ланселот?
- (Смех. Эй, не тычь мне диктофоном в глаз, ты ассистент, а не окулист!)Я выгляжу настолько старым, что можно решить, будто я современник короля Артура?
- Нет, ты ненастоящий, но – Ланселот, ведь?
- Да.
- И…тот пират из столовой? Тоже?
- Да.
- И…(Робко) Зачем? (Уверенно и чётко, разобралась с постановкой вопроса, ага) С какой целью?
- Надеюсь, ты будешь молчать. Я не собираюсь ни тебе причинять вред, ни кому-либо ещё. Я тут по деловым вопросам.
- Каким?
- ( Неожиданно рассердился. Нервный какой!) У меня серьёзное дело!
- Скажи, я не разболтаю.
( Долгое молчание. Они случайно ничего не заподозрили? Мне неловко от мысли, что они стоят у двери с кувалдой и напряжённо вслушиваются... )
- Видишь ли, для пиратов – и для контрабандистов тоже, но в особенности для пиратов – настали тяжёлые времена. Видишь ли, здешний губернатор – очень коррумпированный человек, и к тому же пытается провести новый закон против пиратства.
- Ты… хочешь губернатора убить?
- Нет, я хочу его купить. Понимаешь ли, этот закон – дикий аукцион на выживание - кто больше заплатит! Не будешь в нём участвовать – проиграешь. Для торговцев выгодно, чтобы пиратов истребили - вот они и платят. Для пиратов невыгодно, чтобы их истребили, и они тоже платят.
- Хочешь оставаться пиратом?
- Хочу оставаться живым. Неужели я настолько вреден?
- Нет, не вреден… я читала… Ты довольно хороший человек, наверное… Был бы, если бы не заставлял меня учить стихи! Оно тебе надо было?!
- Мне надо было понравиться твоей тётке, прости меня. И вообще, неужели ты хочешь остаться необразованной дурой?
- Нет, не хочу.
- Ладно. Мне повезло, что я тебя встретил – мне нужен был компромат на эту гильдию мошенников, и они хранят все эти документы у одного человека, доверенного лица; доброго, благородного джентльмена, который скорее умрёт, чем выдаст чужие секреты – несмотря на робкий характер – твой дядя.
- ( Как-то отрешённо. Хорэ грузить девочку, у неё уже мозги плавятся от этих тайных заговоров!) Мой дядя?
- Да, твой дядя! Именно он! И, самое главное, я знал его имя, но ещё не знал, где он живёт – и вот, уставший, потерявший всякую надежду поймать эту неуловимую химеру, промокший до нитки и чуть ли разоблачённый, в какой-то захудалой дыре я нахожу его племянницу, которая и приводит меня домой к милому дядюшке! Да, какая это удача! Чудесное стечение обстоятельств, и я был прямо счастлив, пока не понял, что мне не дадут детально обследовать дом.
Мне пришлось снова явиться в ваше милое жилище, и тогда ты ударила меня ногой прямо в лицо! У меня этот синяк был неделю! И ты не могла бы помолчать, а? Уже через пять минут туда заявились все эти тётки, и я даже спрятаться не успел! Объясни мне, чем ты думала, когда звала их туда?!
- Я их туда не звала! Я им сказала, чтобы они не шли в столовую, потому что там пират.
- Сама девушка, а не знаешь женской логики. Если бы ты тогда сказала, что там крыса, они бы не пошли.
- Крыс боятся больше, чем пиратов?
- Невероятно, но факт. Но я благодарен тебе, что ты меня накормила, напоила и заперла родственничков, чтобы не мешали. А зачем ты их заперла, я так и не догадался.
- Я не хотела, чтобы ты к ним в спальню залез.
- Боялась за тётину честь?
- Нет.
- Дядину?!
- Нет.
- Ну ладно, не хочешь говорить – мне и не надо. Любишь море?
- Я им болею.
- Вот как?
- Забыл? Я действительно им болею – у меня морская болезнь.
- А, точно. Это пройдёт. К концу путешествия тебе уже было лучше, я помню, ты выходила на мостик и говорила с капитаном о всякой всячине.
- Ага, такой смешной этот капитан, мистер Гиббс. И сколько он историй рассказывал!(пауза) Но, в основном, о тебе и черепахах.
- Угу.
- А кто он тебе?
- Старпом.
- Аа, понятно.(пауза)Ты гувернанткой тоже притворился, чтобы выкрасть документы?
- Ага. Половину я уже достал, так что наполовину вы уже разорены. Я серьёзно. Ты думала, почему это дядя ходит таким мрачным? А почему к вам гости больше не ездят? Не потому ли, что он перессорился со всеми друзьями?
- (сдавленным голосом)Ты…
- Ну и что же? Вы уже почти погибли, и вся гильдия мошенников, со всей определённостью, тоже, и у них не останется денег, чтобы выиграть в аукционе – а что будет с вами? Оставшиеся бумаги мне нужны для того, чтобы устроить твою судьбу.
- И как это?
- Я получу документы, проверну кое-какие операции, разбогатею, и женюсь на тебе!
- А если я не согласна?
- Я не разбогатею и не женюсь, и вы останетесь бедняками. Но, вообще, зачем тебе отказываться? Ведь я рассужу по справедливости – твоя бедная тётка получит приданое и выйдет замуж, а богатая останется в бедности. Я тебе разве так противен?
(Молчание)
- Не противен.
(Молчание, звуки шагов)
- Ты мне поможешь?
(Снова замолчали)
- Да.(Быстро и громко) Стой. Заплети мне косичку, а то расплелась.
- Ладно.
- Сделай мне так, чтобы две косички, этаким крендельком висели по бокам, как у Гретель.
- Откуда ты знаешь, какая на самом деле была причёска у Гретель?
- Ну.(Пауза) Неважно.

[Queen Margaret]

Интересно! Джек притворился гувернанткой (какой талант), чтобы обворовать дяденьку. А этот разговор про мистера Никто... Я даже запуталась. А эпизод под столом напомнил мне один мультик. Хорошо, что Джек не сказал "Щас спою!" В целом неплохо.

[Petit du idiacante]

А этот разговор про мистера Никто... Я даже запуталась.

Это у него цель была такая - всех запутать, не только девушку, но и читателей

Хорошо, что Джек не сказал "Щас спою!

Наоборот, не хорошо, а жалко - голос у него неплохой А ещё интересно было бы посмотреть на реакцию всех собравшихся мадамов Но девочку жалко было - поседела бы молодой.

В целом неплохо.

Спасибо

[Ekaterina]

больше всего радует повествование, затягивает, но и сюжет закручен лихо. Есть интрига и нечто новое в подаче идей. Истории с авторскими персонажами (не из ПКМ) прописаны интересно. Образ Джека узнается.
Некоторые фразочки Джека вышли очень удачными, имхо. Хорошая игра слов.

М.: Могу и пешком. Далековато, конечно, но я смогу. И спать буду не в гостиницах или трактирах, а в каких-нибудь заброшенных зданиях, для экономии.
Д.: В компании воров и разбойников – они тоже любят экономию.

Посреди ночи тётю и дядю разбудил ужасный грохот во всём доме, перемежаемый матросской руганью, но выйти из спальни им так и не удалось. В своей спальне сладко спала Майелла, и ни один звук не смог проникнуть в её обитель сквозь заставленные шкафами и тумбочками двери.

Здесь приведены только реплики, которые мы могли бы подслушать, стоя под дверью, так как никто не может видеть сквозь двери, "чё это там они делают", разумеется, если не является мутантом. Вообще, всё приведённое ниже было записано на диктофоне, и напечатано без каких-либо изменений...Но, возможно, автору просто было лень описывать всё, кроме диалога. Мы ведь только за этим сюда и пришли, верно?

На самом деле, текст только бы выиграл, если добавить в некоторых местах описаний и интонаций вместо авторских слов.
Но понятно изначально, что это такая задумка - этакий разговор с читателем. В этом определенно что-то есть.
В общем, хотела сказать, что читатели порою действительно приходят и читают диалоги вместе со всеми деталями.
Без описаний, конечно, диалоги читаются быстрее и легче, но если у автора есть умение интересно описывать ситуации (а оно у Вас есть), то почему бы и нет? Текст будет более цельным. Хорошего текста должно быть много! Хороший текст приятно читать, даже если его в нем есть многое другое помимо диалогов. Просто такие слова, как "диктофон" резко напоминают о нашем времени, XX-XXI веке, и читатель с автором вдруг оказываются там, за дверью, в веке 17-18 вместе с этим диктофоном, непонятно откуда они там и зачем так вдруг читателя туда поместили, ведь в начале он был всего лишь наблюдателем (а автор - рассказчик) и не принимал никакого участия в действии.
Это что касается - подачи идеи, оформлении. Т.е. если берется такая форма повествования (автор временами обращается к читателю и призывает к чему-то и т.д.), то ее можно в самом начале фика ввести. Тогда последующие обращения к читателю во время того, как разворачиваются события, не будут неожиданными. А то наблюдаешь за историей, а тут вдруг тебя приставили к двери с диктофоном и предложили вооружиться стаканом, чтобы подслушать

Побег от тетки, или трагическая пьеса о приключениях Майеллы на свободе.
(рассказ в рассказе)

Тут и слова автора, и диалоги в виде сценариев и рассказы в рассказе. Думаю, если автору удастся придумать, как такое оформлять и организовать, логически выстраивать композицию (например, преобразовывать "рассказ в рассказе" в письмо или в сон, в воспоминание героини, в авторские слова с такой же подачей: "Но есть одна вещь, о которой никто не знал, точнее, знали все, но никто не заметил. Они (Джек и Майелла) поговорили тогда. О чём именно, мы сейчас и узнаем. К сожалению, двери в продолжение этого диалога были крепко заперты – и потому нам придётся сильно напрягать слух. Вооружитесь стаканами, дамы и господа – мы собираемся узнать чужой секрет"), превратить обычные диалоги в книжные (т.е. не понадобится возле каждой строчки подписывать имя персонажа или инициалы) с описаниями, то в будущем истории получатся еще лучше.

В целом, фанфик итак мне очень понравился.

[Petit du idiacante]

Спасибо за советы! Но на самом деле, мне просто было очень тяжело не повторяться, если начнешь писать диалоги в стиле книжных... Я писала в стиле гонзо-журналиста
Я умею описывать ситуации, если они интересны, а тут у меня не очень получится,потому что диалоги слишком большие, и в особенности ничего и не происходит... И ещё лень...
Я пыталась однажды писать длинные диалоги, с описаниями, со всем, но получилось такое , что лучше не стоит. Если диалог короткий, это - самое то, но так...
Вышло бы слишком скучно, слишком длинно, со множеством тавтологий, но ладно, у меня есть ещё один фанфик, там я гонзо-диалог вводить не буду.

[Ekaterina]

Я писала в стиле гонзо-журналиста

Я умею описывать ситуации, если они интересны, а тут у меня не очень получится,потому что диалоги слишком большие, и в особенности ничего и не происходит... И ещё лень...
Я пыталась однажды писать длинные диалоги, с описаниями, со всем, но получилось такое , что лучше не стоит. Если диалог короткий, это - самое то, но так...
Вышло бы слишком скучно, слишком длинно, со множеством тавтологий, но ладно, у меня есть ещё один фанфик, там я гонзо-диалог вводить не буду.

это все очень понятно и знакомо
Кстати, то, о чем писала выше (про форму повествования с самого начала текста), у вас хорошо получилось в фике "Эмма".

- Ну ладно, не хочешь говорить – мне и не надо. Любишь море?
- Я им болею.
- Вот как?
- Забыл? Я действительно им болею – у меня морская болезнь.

Диалоги сами по себе вышли живыми, независимо от формы подачи. Их интересно и легко читать.