ПКМ4 «Тайна Пурпурного острова»

[Кэролайн]

Автор Кэролайн:

После драматической битвы с кораблем Британского флота унесшей жизни половины команды Черной Жемчужины, Джек принял решение взять курс на Тортугу.
Вечером, стоя на палубе, Элизабет видела, как капитан о чем-то долго говорил с Гиббсом, а затем они вместе заперлись в каюте еще на пару часов.
Джек почти никогда ничего от нее не скрывал, а если все же скрывал, то это означало, что ему угрожает серьезная опасность, от которой он хочет ее оградить. И это Элизабет крайне не нравилось.
На четвертый день они прибыли на Тортугу. Все время пути Джек вел себя с ней как обычно, но когда Элизабет бросала на него неожиданный взгляд, то замечала, что в черных глазах капитана таится печаль. Что-то угнетало Джека, но он не хотел раскрывать ей правду.

По прибытии на Тортугу капитан Воробей, неожиданно объявил своей команде недельный отдых. Счастливые пираты, прихватив побольше золотых монет, разбрелись по борделям и тавернам, где их встречали, как дорогих гостей.
Элизабет слышала, как многие матросы из команды Джека говорили, что видели, как капитан был ранен, а затем рана чудесным образом исчезла.
Теперь уже ни один из пиратов не сомневался в правдивости истории о Богине Калипсо, подарившей бессмертие их капитану. Но у Элизабет эти слухи вызвали не добрые подозрения.

Джек не сошел на берег вместе с командой, и ночь, как обычно, провел с Элизабет. Его ласки были такими же горячими, а улыбка такой же насмешливой и веселой, как прежде, и девушке не удалось получить от него подтверждения своей догадки. На все вопросы Джек только отшучивался.
Утром капитан Воробей встал очень рано, когда Элизабет проснулась, его уже не было, но к середине дня он вернулся на корабль, задумчивый и сосредоточенный. На вопрос где он был, Джек лишь ответил, что улаживал какие то дела. Так продолжалось несколько дней под ряд и Элизабет уже начала серьезно волноваться, в голову лезли всякие неуместные мысли. Ревность и тревога попеременно овладевали ее сердцем.

На пятый день Элизабет проснулась очень рано, ощутив, как Джек выскользнул из-под одеяла. Она видела, как ее капитан надевает свой парадный костюм и берет в руки трость.
- Куда ты идешь? – взволнованно спросила девушка.
Джек вздрогнул и обернулся:
- Спи, Лизи, я скоро вернусь… - с беспечной улыбкой, ответил он.
Но Элизабет не отставала:
- Ты что-то задумал, Джек, и я это знаю! Скажи мне, куда ты идешь? – настойчиво повторила она.
- Нам с Гиббсом просто нужно закончить одно дело в городе – спокойно ответил капитан Воробей, вынимая из ящика стола увесистый кошелек, набитый золотом и драгоценными камнями – обещай мне, что останешься на корабле и дождешься моего возвращения.
Элизабет нахмурилась, такая перспектива ее явно не устраивала.
- Я хочу пойти с тобой! – твердо заявила она.
- Прошу тебя, Лизи, не спорь! Просто оставайся в каюте и жди моего возвращения. – Голос Джека стал очень серьезным.
И девушка невольно подчинилась.

Автор Piratka:
Элизабет жутко волновалась. Она мерила шагами капитанскую каюту, пытаясь хоть как-то успокоить нервы, и не обращая внимания на бешеное биение сердца.
Джека не было уже очень долго. И с каждой минутой бесконечного ожидания ей становилось все хуже. Перед глазами проносились бесчисленные образы – Джек, убитый в канаве, Джек схвачен властями, Джек в объятиях Жизель, Джек, Джек, Джек…

Когда дверь наконец открылась, и капитан Воробей царственной походкой вошел в каюту, Элизабет со вздохом облегчения бросилась к нему.
- Я так волновалась! – сердито и одновременно счастливо воскликнула она.
- Я же капитан Джек Воробей! – с наигранной обидой ответил пират. – Почему ты все время об этом забываешь?
Элизабет рассмеялась, и повисла у него на шее. Джек улыбнулся и бережно обнял девушку, а затем отстранил ее от себя и серьезно посмотрел ей в глаза. Элизабет сразу поняла, что что-то случилось.
- Джек? – тихо позвала она.
- Элизабет, я должен тебе что-то сказать…
Джек разжал объятия и прошелся по каюте. Он остановился перед посменным столом, изучая глазами старую карту, всю изрисованную его рукой. Затем он поднял глаза куда-то к потолку и начал:
- Элизабет, я боюсь, Тиа Далма оказалась права, и мой контракт со смертью больше не в силе. Я лишился своей неуязвимости, а значит, теперь меня можно убить…
Элизабет слушала его, затаив дыхание.
- О, Джек! Я так и знала, я догадывалась, что тебя тогда ранили! – она хотела подойти к нему и обнять, но капитан Воробей остановил ее жестом, и Элизабет устало опустилась на кровать.
- Но не это самое главное, Элизабет. – Он подошел к девушке и присел перед ней на корточки. – Я безумно боюсь за тебя, боюсь за твою жизнь. Я, как и раньше брошусь под все пули, что будут лететь в тебя, но только с той разницей, что теперь у меня есть шансы навеки тебя покинуть.
- Джек… - Элизабет не знала, что и ответить ему. – Джек, к чему ты клонишь?
- Я клоню к тому дорогая, что если вдруг со мной что-то случиться…
- Нет! - Вскрикнула Элизабет. – Даже не говори мне об этом, я не хочу…
Джек приложил палец к ее губам, заставляя замолчать.
- Если со мной что-то случиться, я не хочу, чтобы ты осталась одна на берегу под палящим солнцем. Я хочу, чтобы тебе было куда вернуться, если вдруг что…
- Я могу вернуться к отцу… - начала Элизабет.
Джек покачал головой.
- Даже если отец тебя и примет, ты не сможешь вечно скрываться. Ты же знаешь, что тебе уготована виселица.
Элизабет молчала. Она просто не знала, что можно еще сказать.
- И вот поэтому, я обо всем позаботился. – Джек ловким движением руки извлек из нагрудного кармана своего камзола пачку каких-то документов в дорогой кожаной папке.
- Что это? – спросила Элизабет.
- Это твое будущее, любимая. И мое, если я буду жив, и мне захочется отдохнуть от дел праведных! – капитан Воробей усмехнулся.
Элизабет легонько стукнула его по голове.
- Джек! Перестань, и скажи все как есть!
- Это документы, дорогая. Здесь два паспорта, и куча бумаг, в которых говориться о наших правах на милый островок в Карибском море.
Элизабет вдруг показалось, что сердце ее ухнуло куда-то в пропасть. Она взяла в руки документы, достала их, развернула.
«Миссис Элизабет Бартон, мистер Джеймс Бартон Младший» - прочла она.
Какая-то мысль билась в ее голове, отчаянно пытаясь найти выход. И вдруг Элизабет поняла. Это было почти предложение руки и сердца, за тем исключением, что не было ни кольца, ни свадьбы. Джек сделал так, что по документам они уже были давно женаты. Сердце девушки забилось сильнее, она подняла на Джека полные слез глаза.
- Спасибо… – прошептала Элизабет, обвивая руками его шею и притягивая к себе.
- Не за что, цыпа! – Джек ласково ей улыбнулся – осталось только одно, отвести на наш остров часть сокровищ и спрятать понадежнее документы, чтобы не таскать их на корабле.
- Ты уже знаешь, где их можно спрятать?
- Конечно, мы скоро туда и отправимся! – подмигнул Джек. – И поэтому я пойду отдам нужные распоряжения.
Джек вышел из каюты, оставив Элизабет с ворохом бумаг и счастьем, наполнявшим душу. Она не сомневалась, что, таким образом, в свойственной ему манере, Джек признался ей, что их отношения уже давно стали для него по-настоящему серьезными, и что он готов быть с ней до конца. Девушка бережно собрала все бумаги в конверт и перевязала его лентой.
Это было странное ощущение, держать в руках свое будущее…

[Кэролайн]

Автор Кэролайн:

Вечером того же дня Джек сообщил Элизабет координаты приобретенного острова и велел выучить их наизусть.
- Но у меня же будут документы! – удивленно возразила она.
- Документы мы спрячем на «острове Креста» вместе с частью эликсира и несколькими камнями из Храма Жизни. Это на тот случай если что-то произойдет с островом.
Элизабет нахмурилась ей не понравились эти слова, казалось, что Джек чего-то не договаривает.
Но капитан Воробей обезоруживающе улыбнулся:
- Не волнуйся, цыпа, я просто хочу быть уверенным, что у тебя в любом случае будет кусок хлеба и крыша над головой! – он хитро ей подмигнул.
- Не у меня, а у НАС! – строго поправила его девушка.

На корабле из команды остались только Гиббс, Кимбл и Семи. На закате Джек приказал поднять якорь, и они отплыли с Тортуги, взяв курс к тому самому острову, на котором Элизабет было суждено когда-нибудь встретить старость.
Когда Жемчужина причалила к небольшой пристани, была уже глубокая ночь. Элизабет почти ничего не видела, лишь огни факелов и фигуры черных рабов, перетаскивающих на остров тяжелые сундуки, набитые золотом и драгоценными камнями. Разгрузка длилась до самого утра, пока трюмы корабля практически не опустели. Джек оставил на Жемчужине только долю своей команды и немного для собственных нужд. Элизабет очень хотелось сойти на остров и осмотреть свои новые владения. Но Джек сказал, что на это сейчас просто нет времени. Он рассказал, что права на этот славный островок он приобрел у одного высокого и крайне корыстного чиновника, с помощью опытного посредника из нотариальной конторы. Которому за труды были заплачены не малые деньги. Он же и справил поддельные паспорта, свидетельства о браке и остальные необходимые документы. Так же, по словам Джека, на острове был большой каменный особняк и плантация чая.
Когда они отплывали, капитан Воробей подошел к стоящий на палубе Элизабет, и обнял ее за плечо:
- Однажды мы вернемся сюда и останемся до конца наших дней… - он улыбнулся и нежно поцеловал девушку в губы.
Но сердце Элизабет болезненно сжалось, как только она заглянула в его глаза.
Джек не верил, что они вернутся сюда вместе, и она это почувствовала, так остро, что к ее собственным глазам подступили слезы.

К вечеру они вернулись обратно на Тортугу. Остальные члены команды Джека понятия не имели о том, где их капитан спрятал сокровища, но спросить никто бы не осмелился.
После того, как были набраны недостающие члены команды, капитан объявил, что желает посетить могилу отца, Черная Жемчужина покинула Тортугу и взяла курс на «остров Креста».

Прибыв на место, Джек, мистер Гиббс и Элизабет, прихватив лопаты и не большой металлический сундук, отправились вглубь острова к могиле Джеймса Бартона.
Гиббс с Джеком вырыли яму и опустили в нее сундук с документами, драгоценными камнями и эликсиром. В двух шагах от тайника стоял высокий деревянный крест, под которым покоилось тело капитана Бартона.
Когда работа была завершена, Джек отряхнулся от песка и повернулся к Элизабет:
- Об этом тайнике знаем только мы трое… - серьезно произнес он – я пообещал Гиббсу, что когда мы уйдем на покой, то непременно возьмем его управляющим на наш остров. Хочу что б ты это помнила...
Мистер Гиббс смущенно опустил взгляд и принялся собирать лопаты и сматывать веревку, делая вид, что не слышит их разговора. Элизабет приблизилась к Джеку и коснулась руками его лица.
- Разумеется… - прошептала она, прямо ему в губы – и МЫ, Джек, здесь ключевое слово. Когда-нибудь мы вместе будем жить на этом острове – я, ты, мистер Гиббс и наши дети… А когда мы состаримся, то умрем в один день, и даже не смей со мной спорить, капитан Воробей! Другого варианта я не приемлю! – она улыбнулась, пристально глядя в лицо своего возлюбленного.
Джек скептически покачал головой и тоже улыбнулся
- Пиратка... - ласково произнес он - И в эту секунду в черных глазах капитана Жемчужины вновь появились столь любимые ею живые азартные искорки.

Автор Анютка:
За пять месяцев кабинет мистера Крендла чрезвычайно преобразился. Если раньше он был немного пуст (не так уж много мебели там стояло), то сейчас он был, чуть ли не полностью заставлен шкафами с бумагами, а стол, не смотря на аккуратность своего хозяина, был весь завален документами и приказами.
На стенах появились большие и маленькие карты, а большие часы в углу поблескивали отполированными боками.
Сам же хозяин всего этого сидел тут же, за столом и обдумывал все, что удалось ему узнать за эти пять месяцев. Его план работал превосходно, столько пиратов, сколько он поймал за это время, не было поймано за несколько прошлых лет! Мистера Крендла стали уважать и подчиненные, и высокое Лондонское начальство, а пираты, прознавшие о его плане, начали опасаться Вильгельма. За его усердие начальство даже подумывало дать ему повышение в должности. Крендл старательно продолжал работать на благо Порт Рояла и все больше совершенствовал оборону города порта...

Пойманных пиратов Крендл перестал жалеть... За прошедшие пять месяцев Вильгельм стал тверже и привык к работе с морскими разбойниками, а главное уже много узнал о Черной Жемчужине и её капитане. Крендл не верил слухам о неуязвимости капитана Воробья и его приключениях на таинственном «Пурпурном острове», держа все эти рассказы за выдумки матросов с богатой фантазией и продолжая упорно двигаться к цели.
У Крендла было много шпионов во всех ближайших портах, в том числе и пиратских, собиравших информацию о загадочном корабле. Всю эту информацию Вильгельм тщательно изучал и сортировал, храня бумаги в шкафах и каждый день, добавляя что-то новое.

До Вильгельма уже дошли слухи о потоплении корабля, посланного на встречу Черной Жемчужине, его шпионы донесли, что капитан Жемчужины вроде даже был ранен в бою. Но потом, чудесным образом излечился, и появился на Тортуге живой и здоровый. Этот пиратский порт давно набил оскомину чиновнику по особым поручениям, и в ближайшем будущем он вообще планировал стереть его с лица земли. Провал плана ареста пиратов с Черной Жемчужины был единственным за все время работы Крендла в Порт Рояле и, безусловно, сильно его огорчил. Однако, как сообщали шпионы, половина экипажа Жемчужины была убита, значит, теперь корабль был менее защищен. Крендлу удалось выпросить у Лондонского начальства помилование на имя мисс Элизабет Суон, правда это оказалось очень не просто, Вильгельму пришлось взять его под свою ответственность… Но зато теперь он мог смело арестовать пиратов с Черной Жемчужины, не опасаясь нарушить слово данное губернатору.
Наконец, Крендл собрался с мыслями и вызвал своего помощника:
- Здраствуйте, - тут же начал он, - мы немного поменяем наши планы... Теперь вы будете выслеживать только Черную Жемчужину! И аккуратно! Вас не должны заметить матросы...
- Неужели всех агентов послать на поиски Жемчужины? - помощник слегка оторопел от неожиданного приказа своего всегда сдержанного начальника.
- Именно! Вы все поняли? Тогда выполняйте! Это очень срочно!- строго приказал Крендл, изучая бумаги на столе и что-то записывая... Мистер Крендл волновался перед поимкой пиратов с Жемчужины, ему лично хотелось допросить «легендарного» капитана этого загадочного корабля....

[Кэролайн]

Автор Piratka:

Ветер развевал ее черные волосы, в зеленых глазах отражалось солнце. Лейла стояла на носу «Эскады», ощущая на лице соленые брызги. Изредка она бросала взгляд на капитанский мостик, где ее муж – капитан Джеймс Форд обсуждал курс со своим старшем помощником и штурманом.
Женщина улыбнулась. Идея посетить Карибское море пришла им в голову неожиданно. Они были женаты уже почти шесть месяцев, весьма малый срок, но уже поздний для свадебного путешествия. И поскольку все время после свадьбы они провели в Европе, где Лейла потрясала все балы и приемы, на которых они появлялись, они решили сменить обстановку. Никто особо не удивился, когда самая эксцентричная пара Лондона в один прекрасный день погрузила свои вещи на корабль и, особо не задерживаясь, отплыла на Ямайку. Сын Лейлы с большим удовольствие отказался от поездки, оставшись дома с бабушкой и дедушкой. Пожилая чета Фордов была несказанно рада возможности понянчить внука, пусть и приемного. И сейчас «Эскада» неслась на встречу жаркому солнцу и теплому ветру.

Элизабет вышла на палубу и сладко потянулась. Утро выдалось отличное, яркое солнце, ни единого облачка на ясном небе. Все было бы прекрасно, если бы не разрезавший воздух громкий крик дозорного:
- Вижу корабль на горизонте!!!
Джек мгновенно очутился на капитанском мостике, на ходу затягивая полосатый кушак. Он взял из рук подоспевшего Гиббса подзорную трубу и стал всматриваться в горизонт. Элизабет поспешно поднялась к нему.
- Ну что там, Джек?
- Что там? – раздраженно ответил капитан Воробей. – Корабль без флага. А это сама знаешь. Не самая приятная встреча…
Элизабет вздохнула. Им сейчас только не хватало сражения с пиратами-конкурентами, тем более корабль был не из маленьких.
Девушка быстро сбегала в каюту, где с большим трудом нашла свою шпагу и пару пистолетов для Джека. Чем ближе был корабль, тем больше нарастало напряжение на «Черной Жемчужине», команда которой уже готовилась к возможному бою.
Джек нагнулся к Элизабет и тихо сказал:
- Я надеюсь, ты помнишь, как добраться до нашего тайника?
Она машинально кивнула, но в душе сразу заскребли кошки.
«Зря мы стали говорить о смерти, зря поехали прятать эти чертовы документы…» - мысленно сетовала Элизабет – «Только удачу отогнали!»

Неизвестный корабль, наконец, поравнялся с «Жемчужиной», но к удивлению пиратов он казался пустым, на палубе не было ни души. Джек ошалело посмотрел на своих матросов.
- Ничего не понимаю… - пробормотал он.
Неожиданно с соседнего корабля донесся громкий мужской смех. К нему присоединился заливистый женский. Джек изумленно округлил глаза, когда на палубу гордо вышел капитан Форд, держа за руку Лейлу, а затем и другие члены команды «Эскады» выбрались из укрытия.
- Видел бы ты свою рожу, капитан Воробей! – сквозь смех, выкрикнул Джеймс, весьма давильный удавшейся шуткой.
Джек недовольно фыркнул и искривил рот в саркастической гримасе, но в душе ощутил приятное облегчение. Природная интуиция подсказывала ему, что где-то рядом таится опасность, но как видно, в этот раз тревога оказалась ложной.
- И какого дьявола тебя сюда принесло? – с ехидной ухмылкой выкрикнул Джек – Из замка, что ли выгнали?
- У нас свадебное путешествие! – в ответ крикнула Лейла.
- Мы плыли в Порт Антонио навестить Уилла Тернера и Джессику. – пояснил капитан Форд. – Но, я думаю, вы тоже не будете против выпить с нами доброго рома, и вспомнить былые приключения!
Джек широко улыбнулся, продемонстрировав сверкнувшие золотом зубы.
- С радостью, господин Лорд! – он отвесил Джеймсу шутливый поклон. – Тут неподалеку от Порта Антонио есть небольшая гавань, я думаю, там нам никто не помешает!

Маленькая таверна под названием «Глиняная кружка» еще никогда не принимала столько богатых гостей. Ее обычно посещали рыбаки и изредка проплывающие мимо мелкие торговцы. Прислуга поспешно сдвигала несколько небольших столов и даже накрыла их скатертью.
Места за длинным теперь столом заняли Джек с Элизабет, мистер Гиббс, Форд с Лейлой и еще несколько особо приближенных матросов с обоих кораблей. Джек с искренним интересом слушал рассказы Форда о Лондоне. Об их с Лейлой свадьбе, о том, как изменилась столица Британской империи за последние несколько лет. Капитан Воробей поймал себя на мысли что, несмотря на некоторую взаимную неприязнь, связанную с тем, что Джек считал себя лучшим капитаном в Атлантике, а Джеймс Форд считал таковым себя, они все же неплохо ладили. И возможно, могли бы еще не раз встретиться и приятно провести время за кружечкой доброго ямайского рома.
Элизабет расспрашивала Лейлу о Лондоне, в котором сама провела детство, спрашивала ее о том, как поживает маленький Исмаил, а теперь Майкл Джеймс. Элизабет отметила, что кожа восточной красавицы стала намного белее с их последней встречи. Теперь эта женщина действительно была похожа на цыганку, не хватало только яркой юбки, обернутой вокруг бедер. Слегка опьяневший Джек уже в красках описывал матросам с «Эскады» бой с судном Британского флота, словом, их встреча была веселой, ром лился рекой и таверна, то и дело оглашалась радарным смехом и криками пьяных пиратов. Лейла вдруг почувствовала, что ей стало душно, и к горлу подступил ком, она наклонилась к Форду и прошептала:
- У меня страшно разболелась голова. Я схожу на «Эскаду», за настойкой.
- Я бы не хотел, чтобы ты шла одна… - Джеймс не одобрительно покачал головой.
- Здесь же совсем недалеко! – улыбнулась Лейла. - Я скоро вернусь!
Она нежно поцеловала мужа в щеку и, выскользнув из-за стола, исчезла за дверью.

Автор Кэролайн:
В таверне было душно, воздух словно загустел от паров алкоголя и дыхания множества шумных посетителей. Суетливая хозяйка и двое служек то и дело подносили к столу новые блюда с жареными цыплятами и темные стеклянные бутылки с самым популярным местным напитком. Было очевидно, что выручка заведения за этот день, окажется куда богаче обычной.
Джек допивал уже третью кружку отличного ямайского рома, настроение его заметно улучшилось, а от былой тревоги не осталось и следа. Крепкий напиток согрел душу, черные глаза пирата снова заблестели, а сердце наполнилось привычным весельем.
Джек широко улыбался и шутил с Фордом в своей неповторимой манере. А через пару минут, выразительно расширив глаза, уже рассказывал членам команды «Эскады» о страшном проклятье Дэви Джонса, «след от сабли» которого он носил на своей спине.
Сидевшая рядом Элизабет тоже пила ром, к которому уже давно успела привыкнуть, и смеялась над шутками любимого пирата, которые никогда не могли бы ей надоесть. Но, когда Джек начал расстегивать свой атласный жилет, собираясь продемонстрировать всем присутствующим знаменитый шрам, девушка нахмурилась и скептически покачала головой. Она знала, что это означает – капитан Воробей набрался, как следует.
Девушка вздохнула, и потянулась к очередной порции жареного цыпленка, но в этот момент дверь таверны резко распахнулась.

Элизабет вздрогнула, услышав оглушительный грохот выстрелов и топот множества ног. Хозяйка заведения пронзительно завизжала и бросилась прятаться за стойку бара, откуда послышался звон битого стекла.
Джек на мгновение замер, ошалело округлив глаза, когда в таверну вбежало пол сотни одетых в красные мундиры вооруженных гвардейцев.

Через пару секунд, капитан Воробей и другие пираты вскочили на ноги, одновременно переворачивая стол и выхватывая сабли и пистолеты. Маленькое приземистое здание наполнили крики, грохот выстрелов и пороховой дым.
В голове Джека немедленно прояснилось, хмель как рукой сняло. Быстро оценив ситуацию, он крикнул Элизабет: «Беги к черному входу!!!», а затем выстрелил в грудь ближайшего солдата.

Но черный вход, уже тоже оказался блокирован. Маленькую таверну окружили со всех сторон.
- Пиратов брать ЖИВЬЕМ! – громко приказал молодой офицер – И следите, что б не один не ушел!
Джеку заранее было ясно, что этот бой они уже проиграли. Он видел, как Джеймс Форд, отважно срезавшейся на другом конце зала, получил сильный удар прикладом, а затем был схвачен сразу тремя солдатами, струйка крови стекала по его губе.
Но несмотря на безвыходность ситуации, Джек все еще продолжал размахивать шпагой. Даже тогда, когда увидел, что солдаты схватили активно отбивающеюся Элизабет и застегнули на ее тонких запястьях тяжелые кандалы.

При виде этого капитана Жемчужины охватила дикая ярость. Он заколол уже нескольких солдат, и даже не поморщился, видя, как они корчатся на полу, умирая от смертельных ран. Гнев затмил его разум, в глазах помутилось.
Джек продолжал обороняться, до тех пор, пока не обнаружил, что его со всех сторон окружают острые штыки ружей.
Теперь у него было только два выхода – сдаться, или умереть… и капитан Воробей выбрал первый. Тяжелая шпага пирата со звоном упала на пол.

Джек грубо выругался, когда двое солдат, болезненно заломили ему руки, застегивая на запястьях тяжелые кандалы. Воробей искривил губы и злобно скрипнул зубами, уже в пятый раз в жизни ему приходилось примерять это сомнительное «украшение».

Его вывели на улицу вместе с остальными пиратами, точно так же, закованными в кандалы.
С ясного неба безжалостно палило горячее, после полуденное солнце. Но мир вокруг, словно потускнел.

Щурясь от яркого света, Джек обернулся назад и увидел Элизабет. Она все еще продолжала дергаться в сильных руках державших ее солдат, с отвращением пытаясь, освободится от их прикосновений но, не произнося при этом ни слова. Он на мгновение столкнулся с ней взглядом и прочел в глазах девушки неописуемую ярость. По-которой было ясно, что если б у Элизабет была возможность, она, не задумываясь, убила бы всех гвардейцев, без жалости и сомнения.

[Кэролайн]

Автор Кэролайн:

Джек едва заметно ей улыбнулся и подмигнул, стараясь ободрить.
- Эй вы, солдафоны, поаккуратней с губернаторской дочкой! – грубо крикнул он державшем ее гвардейцам. И в ту же секунду получил чувствительный тычек в спину, в ответ на который, ударивший его солдат был награжден отборными ругательствами. Однако Джек успел заметить, что гвардейцы теперь все же перестали слишком распускать руки и просто тащили вырывающуюся Элизабет за собой.
Всех арестованных пиратов вели к пристани.

Автор Piratka:
Лейла быстро дошла до причала и легко взбежала по трапу на «Эскаду».
Она улыбнулась матросам, и они в ответ с почтением поприветствовали жену капитана. Женщина довольно долго рылась в каюте, в поисках нужного флакона, а, найдя, с облегчение вздохнула.
Головная боль быстро отступила под напором чудодейственной смеси трав. Лейла схватила с кресла темно-серый плащ, и скрыла под ним свои яркие одежды. Она остановилась перед зеркалом, полу мрак каюты частично затенял ее лицо. Что-то тревожно шевельнулось в ее сердце, пальцы вдруг задрожали. Лейла ощутила, что в этот момент происходит что-то ужасное, и не могла понять, с чем связана ее тревога. Но, повинуясь древнему чувству - женской интуиции, она взяла с кровати свой кинжал, напоминавший скорее короткий меч. Оружие исчезло в складках одежды. Лейла вышла на палубу, тихо и осторожно, как кошка. Она бросила взгляд на стоящую поодаль «Черную Жемчужину» и вздрогнула. На корабле были солдаты, они вязали матросов и что-то выкрикивали. Губы Лейлы зашептали какое-то древнее проклятие. Она схватила за плечо проходящего рядом матроса и сухо приказала:
- Готовьте корабль к отплытию. К очень быстрому отплытию…
Матрос кивнул и бросился оповещать команду.
Лейла слетела с трапа и побежала к таверне. Ее пальцы сами собой искали кинжал, сильнее сжимали его холодную рукоять.
Она на секунду остановилась перед дверью, глубоко вздохнула и распахнула ее. Картина, представшая перед ее взором, поразила женщину и вызвала в ее душе холодную ярость. Солдаты как раз надевали кандалы на Элизабет, которая вырывалась как тигрица. Джек размахивал шпагой, не замечая ничего вокруг, но и его уже окружили. А Джеймс... Его губа была разбита, по щеке размазана кровь. Его держали сразу трое солдат, а четвертый пытался заковать. Лейла медленно двинулась к ним, когда ей перегородил дорогу один из гвардейцев.
- Мисс, вам сюда нельзя – доброжелательно произнес он. – Таверна скоро опять откроется, а пока сюда нельзя.
Лейла до боли сжала рукоять своего оружия, готовая к прыжку, но тут она столкнулась взглядом с Фордом. Ее муж зло смотрела на нее, и качал головой.
- Уходи!!! – одними губами прошептал он.
Лейла остановилась, не знаю, что делать.
- Мисс, я понимаю, вы взволнованны, но вам лучше уйти… – молодой солдат взял ее за локоть и вывел на улицу. – Удачного вечера, мисс. – С улыбкой произнес он, явно не оставшись равнодушным к красоте молодой женщины. И даже не подозревая, что его жизнь только что висела на волоске.
Минуту Лейла стояла, не в силах осознать случившееся, не в силах принять решение.
Она медленно брела на «Эскаду», бессмысленно глядя себе под ноги. Мимо нее проскакали солдаты, один из них крикнул другому:
- И до самого Порт Ройяла не выпускать их из камер!
- Порт Ройял… - прошептала Лейла. – Так вот куда их везут.…
И тут она вспомнила Уилла Тернера. Ведь кузнец вырос в Порт Рояле и наверняка знает этот город как свои пять пальцев.
- Он должен помочь… – прошептал она. – Он просто обязан помочь! – сказала женщина уже тверже.
Растерянность исчезала с ее лица, подобно облакам в ветреный день. Ее глаза стали глубокими и жесткими, черты лица как будто заострились. Она взошла на «Эскаду» и коротко приказала матросам.
- Отплываем!
- А где капитан? – робко спросил старпом.
- Капитана арестовали. И мы должны ему помочь.
- Куда держать курс?
- На Порт-Антонио. Нам нужно найти Уилла Тернера.
Лейла взошла на капитанский мостик и бросила прощальный взгляд на маленькую пристань, отнявшую у нее мужа.

Капитан Форд видел, как его корабль покидал гавань. Это означало только одно, Лейла была свободна. Джек Воробей ругался на солдат, бледная Элизабет молчала, не в силах проронить ни слова. И только капитан Форд улыбался.
- Она придет за нами… – тихо сказал он Джеку и подмигнул. – Я в это верю.
Джек искривил рот и возвел глаза к небу. В очередной раз ему приходилось полагаться на Лейлу.

Автор Кэролайн:
Вильгельм Крендл давно не испытывал такого сильного волнения. Его сердце билось вдвое чаще обычного, а все тело, время от времени брасало жар. Он даже накапал себе в стакан успокоительной настойки, которую тайно хранил в ящике стола. Та цель, что еще неделю назад казалась Вильгельму несбыточной, теперь была достигнута - самый известный пиратский капитан во всем Карибском бассейне арестован вместе со своей командой. План Крендла сработал, как часы, следуя точной инструкции, военные выполняли операцию безукоризненно. Но не только этот триумф заставлял сейчас сердце Вильгельма биться чаще обычного. Он знал, что через несколько минут в его кабинет войдет мисс Элизабет Суон – его маленькая кузина Элиз, которую он уже не видел долгие девять лет.
Крендл сидел за своим столом, нервно вертя в пальцах, идеально заточенное гусиное перо. Он уже давно придумал слова, которые собирался сказать Элизабет, когда она окажется в кресле напротив. Сочиняя свою речь, он предусмотрел все возможные варианты развития разговора, но когда дверь кабинета открылась, и двое солдат ввели к нему прекрасную молодую женщину, Вильгельм невольно опешил.
Он ожидал увидеть все что угодно – испуганную заплаканную губернаторскую дочку в нелепом ярком кружевном платье, грязную затравленную пленницу с тусклыми волосами и огрубевшей кожей. Но только не эту стройную изящную молодую женщину, одетую в сшитый точно по фигуре мужской костюм. Женщину с гладкой бархатистой кожей покрытой красивым золотистым загаром, с блестящими густыми волосами, свободно спадающими по плечам, с горящим взглядом сверкающих карих глаз, которые казалось, способны насквозь прожечь твою душу. Она была воистину прекрасна!
Вильгельм Крендл никогда не испытывал излишней слабости к женскому полу, но вид такой природной естественной и в тоже время изысканной красоты заставил пересохнуть его горло. Однако на жестком лице Вильгельма не дрогнул ни один мускул, внешне он оставался все таким же сдержанным и холодным, как и прежде.
- Добрый день, мисс Суон, – тон его был доброжелателен, но ровно на столько, чтобы она поняла - поблажек ждать не стоит.
В ответ девушка только презрительно фыркнула и, мотнула головой, откидывая назад упавшую на глаза прядь волос. Было очевидно, что она его не узнала.
- Присаживайтесь… - указывая рукой на кресло, все тем же тоном предложил Крендл.
Элизабет села напротив него, гордо выпрямив спину, желая выглядеть так, как подобает губернаторской дочери, а не запуганной простолюдинке. Ее тонкие нежные руки были закованы в кандалы, но она небрежно сложила их на коленях, словно не замечая тяжелых цепей.
- Оставьте нас! – холодно приказал Вильгельм солдатам.
И те, тот час, покинули кабинет, осторожно прикрыв за собой дверь.
Крендл сухо кашлянул и вновь обратился к прекрасной арестантке:
- Мое имя Вильгельм Крендл. Вы не узнаете меня, Элизабет?
После этих слов выражение девушки заметно переменилось, с лица исчезло презрение и гнев. Она пристально посмотрела в лицо чиновника, словно пытаясь разглядеть в нем знакомые черты.
Нельзя сказать, что внешность ее кузена за эти годы так уж сильно изменилась, но выражение светлых, серо-голубых глаз стало совсем иным. Из них совсем пропал живой блеск и юношеская открытость, сменившаяся неприятным ледяным холодом. Это был уже не тот молодой романтик-идеалист, который читал ей в детстве книги о пиратах и далеких, неизведанных землях, о которых и сам мечтал. Теперь он стал другим, чужим, не знакомым ей человеком…

[Кэролайн]

Автор Кэролайн:

Элизабет закусила нижнюю губу, предсказание Тиа Далмы, внезапно, словно вспышка, возникло в ее сознании: «Он стоит высоко, враг Джека, но ее друг». Все сходилось, именно этот человек сидел сейчас напротив нее и крутил в пальцах гусиное перо. Теперь сомнений быть не могло – чернокожая шаманка не зря получила свою плату.
Между тем Крендл продолжил, по-своему расценив чувства, отразившиеся на лице кузины.
- Я знал вас, Элизабет, еще маленькой девочкой и не понимаю, как вы могли так поступить? Вы – аристократка из старинного английского рода, предали свою страну, пошли против закона, умышленно участвовали в грабежах, и убийствах невинных людей, что подтверждают десятки свидетелей. Вы попрали все нормы нравственности и морали, запятнали честное имя Суон не смываемым грязным пятном позора! Но самое ужасное, - он выдержал не большую паузу, пристально глядя в глаза девушки - вы бросили своего пожилого отца, Элизабет, обрекли его на страдания. Как могло все это случится с той доброй – чистой душой девочкой, которую я знал и любил девять лет назад? Как могло такое произойти?

Элизабет молчала, Вильгельм произносил эти слова ни как жесткие обвинения, а скорее как упрек или вопрос. Так, как если бы он был искренне потрясен ее поступками. И каждая произнесенная кузеном фраза отдавалась болью в ее душе, на мгновение перед мысленным взором девушки встал образ ее отца, такого, каким он был в их последнюю встречу. Она вспомнила слезы стоящие в глазах самого родного и близкого ей человека. В глазах седого измученного тоской отца, которого она бросила и предала. Обжигающее чувство вины, внезапно захлестнуло все ее существо, и Элизабет невольно потупила взор.
Крендл остался весьма доволен произведенным эффектом, часть дела было уже сделано, и он решил немедленно закрепить результат.
- Я все понимаю – проникновенно произнес он – романтика вольной пиратской жизни захватывает воображение, я знаю, что вас с детства тянуло к приключениям и морю. И мне очень больно, что вы так жестоко обманулись!
Элизабет подняла взгляд и вопросительно посмотрела ему в глаза, но все еще была не в силах проронить не слова. На самом деле еще до того, как войти в этот кабинет девушка твердо решила молчать, но она никак не ожидала встретить здесь своего троюродного кузена – старшего друга детства, с которым провела когда-то много счастливых часов. А вместо жесткого допроса и обвинений, услышать то, что ей самой временами приходило на ум. Так что, теперь Элизабет находилась в смятении.
- Тот пират, что соблазнил вас и уговорил с ним бежать, - с еще большем состраданием в голосе, продолжал Вильгельм, – он один из самых хитрых и коварных корсаров во всей Атлантике. И какие бы слова вы от него не слышали, знайте, он лишь использовал вас, Элизабет. Использовал ради собственной безопасности! Ведь когда на борту твоего судна дочь самого губернатора Ямайки, вполне можно рассчитывать на то, что корабли императорского флота не пустят в ход пушки. Неужели вы никогда не задумывались об этом, мисс Суон?
Элизабет все еще пристально смотрела в глаза собеседнику, однако взгляд ее изменился. Смущение как рукой сняло, а нахлынувшее чувство вины мгновенно сменилось гневом. Она вспомнила, сколько раз Джек спасал ее от неминуемой гибели, порой даже рискуя собственной жизнью. Сколько раз старался защитить от опасности, начиная с самой их первой встречи и кончая днем ареста, когда его реплика солдатам помогла Элизабет избавится от их грубых прикосновений. Она вспомнила, как Джек смотрел на нее, когда они спускались на пристань закованные в кандалы, как пытался подбодрить взглядом, хотя очевидно, что ему самому было тяжело. Ее сразу посадили в карету с зарешеченными окнами, а его вместе с остальными пиратами под конвоем, повели к форту пешком, но Джек все же обернулся, что бы улыбнутся ей в последний раз. Он любил ее, и в этом не могло быть никаких сомнений.
- Вы просто ничего не понимаете Вильгельм! – решительно возразила Элизабет. Те два года, что я провела на Черной Жемчужине, стали самыми счастливыми в моей жизни! Вы просто не знаете меня и не знаете Джека, впрочем, это и к лучшему – она вызывающе усмехнулась – поскольку не пристало приличному джентльмену якшается с пиратами… - замолчав, Элизабет гордо подняла голову и сузила глаза, все так же смело, глядя на удивленного родственника.
Минуту в кабинете стояла напряженная тишина, затем ошарашенный Вильгельм, наконец, взял себя в руки, он откинулся на спинку кресла и, не сводя с девушки колючих серо-голубых глаз, принял непроницаемый вид.
- Что ж, мисс Суон, раз вы сами подтверждаете, что являетесь пираткой, то и отношение к вам будет соответствующим. – Теперь его голос стал холодным и жестким, а слова хлестали, словно удары плети. – Сейчас я позову солдат, и они отведут вас в грязную сырую камеру, где вы проведете несколько дней вместе с крысами и пауками, постоянно ощущая нестерпимую вонь и питаясь жидкой рыбной похлебкой. А когда все формальности будут завершены, вас с позором доставят на центральную площадь, где повесят вместе с Джеком Воробьем и остальной командой Черной Жемчужины. Так как именно такая участь ждет ВСЕХ пиратов! – Произнося эту тираду, он внимательно следил за кузиной, надеясь уловить в ее взгляде, хоть малейшее признаки слабости или испуга, но в сверкающих карих глазах читались лишь призрение и гнев.
- Я хочу поговорить с отцом! – В тон ему произнесла Элизабет.
- Боюсь, это не возможно. – Твердо отрезал Крендл – Не думаю, что мистер Суон желает вас видеть. Вы и так уже причинили ему слишком много боли. И вообще на сегодня я считаю, наш разговор закончен. Офицер! – громко позвал он.
В кабинет вошел молодой офицер и двое солдат, которые раньше конвоировали Элизабет.
- Уведите арестантку и определите ее в отдельную камеру – безразлично распорядился Крендл. – И никого, слышите, НИКОГО к ней не пускать. – Подчеркнув интонацией последнюю, фразу закончил он.
Элизабет встала с кресла, не дожидаясь, когда солдаты прикоснутся к ее рукам. На прощанье, одарив Вильгельма презрительным взглядом, она гордо подняла голову и, развернувшись на каблуках, вышла из кабинета.
Когда дверь за ней закрылась, Крендл вздохнул, на душе остался не приятный осадок. Он понял, что с его юной кузиной произошли серьезные изменения и вернуть ее к прежней жизни будет намного сложнее, чем он рассчитывал. Однако Вильгельм все же надеялся, что невыносимые тяготы тюремного быта и ожидание казни быстро собьют с нее спесь и отрезвят голову заносчивой гордячке. В результате чего, ему, в конце концов, удастся вновь сделать из нее приличную леди.
Стараясь расслабиться, Крендл откинулся на спинку кресла и плеснул себе в бокал немного французского коньяка. Теперь, после разговора с Элизабет ему еще сильнее захотелось увидеть собственными глазами, того грязного пирата, который сумел, так искусно задурить голову его юной кузине.
Re: ПКМ4 "Тайна Пурпурного острова"

Автор Кэролайн:

Спустя несколько минут в дверь осторожно постучали. Затем в кабинет вошел все тот же молодой офицер и сообщил Крендлу, что заключенный Джек Воробей для проведения допроса доставлен.
- Введите его. – Холодно приказал Вильгельм, искусно скрывая свое волнение.
Дверь вновь открылась, и двое крепких солдат ввели в кабинет закованного в кандалы темноволосого мужчину.
Вильгельм удивленно приподнял брови, он представлял себе этого человека совершенно иначе. Да что там говорить, Джек Воробей не был похож ни на одного виденного им ранее пирата. Ни ростом, ни сложением он особо не выделялся, но вот зато одежда и прическа сразу бросались в глаза.
Чрезмерно длинные, и густые волосы капитана были заплетены во множество затейливых косичек, украшенных нитками разноцветного бисера и серебряными подвесками. Голову покрывала ярко алая бандана к которой так же была пришита бисерная нить, с нанизанной на нее монеткой. Смуглые загорелые руки, пожалуй, слишком красивые для пирата, украшали несколько драгоценных перстней. Темно карие глаза были густо подведены сурьмой, а маленькая бородка заплетена в две тонкие косицы с бусинами на концах. Дорогой, но слишком яркий и изрядно помятый костюм довершал экзотический образ.
Разглядывая своего нелепого пленника, Вильгельм невольно задался вопросом, как могла высоко образованная и утонченная мисс Суон полюбить столь вульгарного, лишенного вкуса грязного пирата?
Впрочем, говоря по правде, Джек Воробей выглядел значительно чище встречавшихся ему ранее корсаров и, судя по всему, довольно внимательно следил за своей внешностью. Что почему-то вызвало у Вильгельма еще большое отвращение к его персоне.
Крендла удивило еще и то, что он представлял себе капитана Черной Жемчужины значительно старше, поскольку имя его было известно уже много лет, а стоящему перед ним человеку можно было дать лишь не много больше тридцати.
- Добрый день. – Холодно произнес Вильгельм и указал жестом на стоящее у стола кресло – присаживайтесь, мистер Воробей.
- КАПИТАН Воробей! – уточнил пират, выразительно подняв указательные пальцы, закованных в кандалы рук, и слегка улыбнулся.
Крендл не отреагировал на эту реплику, однако арестант все же сел в кресло, приняв максимально удобную позу. Его большие блестящие глаза, в которых, безусловно, читался интеллект, уже с интересом разглядывали собеседника, словно оценивая его.
Вильгельм тоже откинулся на спинку кресла, в свою очередь внимательно наблюдая за пиратом, поведение которого, казалось ему не обычным.
- Мое имя Вильгельм Крендл – после не большой паузы, все так же холодно произнес он – а вы, значит, и есть тот самый легендарный капитан Джек Воробей?
- Что ж, не стану отрицать очевидного! – загорелое лицо пирата озарила улыбка.
Вильгельм невольно отметил на редкость хорошее состояние его зубов, хотя некоторые из них были заменены золотыми протезами. Пожалуй, внешняя привлекательность являлась безусловным достоинством капитана Воробья, с этим было трудно поспорить. Но неужели Элизабет могла купиться на яркую обертку красивой внешности?
Подобные вопросы выбивали Крендла из колеи, отвлекали его внимание, по этому он решил забыть о сантиментах и заняться своими прямыми обязанностями – допросом заключенного. Вильгельм открыл лежащую перед ним папку и, заглянув в нее, вновь перевел взгляд на арестанта.
- Значит, вы и есть тот человек, который без единого выстрела взял порт Нассау, выбрался с необитаемого острова верхом на двух черепахах и победил самого Морского Дьявола? – со скрытой иронией спросил он.
- Да, это все я… - с наигранной скромностью подтвердил пират, взгляд которого тем временем блуждал по столу чиновника, пока не остановился на почти полной бутылке коньяка. Он улыбнулся и с невинным видом спросил:
- Не угостите?
Крендл молча наполнил бокал коньяком и поставил перед пиратом, который тот час поднес его к губам и сделал жадный глоток.
Вильгельм поморщился и скептически покачал головой:
- Я не верю в сказки, мистер Воробей…
- КАПИТАН Воробей – вновь терпеливо уточнил пленник, покачивая в воздухе наполовину опустошенным бокалом, в котором, искрясь в солнечных лучах, плескался золотистый напиток.
- Что ж, капитан… - Вильгельм тоже слегка улыбнулся, с трудом скрывая раздражение. – Зато я верю фактам… А факты говорят, что вы разграбили и потопили более сотни торговых судов перевозивших ценный груз. Вы похищали и уничтожали имущество, принадлежащее Британской империи. Убивали королевских гвардейцев, сжигали военные корабли. Множество выживших свидетелей подтверждают, что все эти преступления были совершены именно «Черной Жемчужиной». Не говоря уже о том, что вы дважды избежали смертной казни – сбежав с эшафота, а во второй раз прямо из тюрьмы форта! Кстати, мне интересно, как вам это удалось?
Пират выразительно приподнял одну бровь и, окончательно опустошив свой бокал, насмешливо улыбнулся.
- Я могу дать вам полезный совет, мистер Крендл, увеличьте жалование тюремной охране!
Вильгельм ощутил, что этот самодовольный наглец, все больше выводит его из равновесия.
- В любом случае, сейчас это уже не важно. – Безразлично заметил он, – Тем более что вся охрана тюрьмы была заменена, так что не беспокойтесь, на этот раз вам не удастся никого подкупить, мистер Воробей. Простите, КАПИТАН Воробей! – слово «капитан» Вильгельм произнес с нескрываемым отвращением, а затем добавил: - Вас повесят в ближайшее воскресенье, с такими заслугами, нет смысла рассчитывать на снисхождение. А девушка, чью честь вы запятнали, наконец, сможет вздохнуть свободно, она получит шанс на нормальную жизнь и брак с достойным ее человеком. – Крендл захлопнул толстую папку, явно собираясь закончить допрос.
- Что ж… - с наигранной обреченностью произнес пират и, перевернув вверх донышком пустой бокал, грустно вздохнул – значит, тайна сокровищ умрет вместе со мной…
Крендл бросил на него внимательный взгляд:
«А, ведь действительно!» внезапно подумал он «Учитывая, сколько кораблей было разграблено Черной Жемчужиной, у ее капитана должны быть где-то припрятаны целые горы сокровищ. Сокровищ по праву принадлежащих Британской империи!»
- И что же, капитан Воробей хочет раскрыть мне эту тайну? Облегчить душу перед казнью? – скептически улыбнувшись, спросил Крендл, все так же пристально глядя на пленника.
- Ну… такой вариант вполне возможен… - подняв глаза к потолку, задумчиво протянул пират, а затем вдруг улыбнулся и перевел взгляд на чиновника – разумеется в том случаи, если капитан Воробей сможет рассчитывать на маленькую благодарность со стороны Британских властей… в виде…… каперской грамоты, например! – он подарил собеседнику еще одну обаятельнешую улыбку и поставил пустой бокал на стол. – Как вам такой вариант, мистер Крендл?
Вильгельм задумался и постучал пальцами по подлокотнику кресла. Вернув казне сокровища, похищенные этим пиратом за несколько лет, он получал шанс, быстро продвинутся по служебной лестнице. А возможно даже сменить на посту губернатора Ямайки, получив должность, мечты о которой последнее время все чаще занимали его воображение.
- Пожалуй, это интересное предложение… - наконец, произнес он – и вы, действительно готовы назвать мне место где спрятаны сокровища?
- Разумеется! – весело ответил капитан Воробей – это остров.
- Остров? – с недоумением переспросил Крендл.
- Да, знаете, остров это часть суши со всех сторон, окруженная морем. Миленький такой, зеленый островок! – пират усмехнулся и хитро подмигнул чиновнику, явно довольный своей шуткой.
- Хммм… - Крендл нахмурился и прищурил глаза, пытаясь подавить в себе нарастающий гнев – Я хотел бы услышать координаты этого «острова» - сквозь зубы процедил он.
- И, несомненно, услышите! – в черных глазах пирата плясали насмешливые огоньки. – Только после того, как я услышу от вас обещание выдать мне каперскую грамоту, а желательно своими глазами увижу, сей замечательный документ… с вашей подписью и королевской печатью!
Крендл искривил губы в брезгливой улыбке. Перед ним сейчас стоял выбор – карьера или месть этому наглому и хитрому мерзавцу, однако первое все же пересилило.

[Кэролайн]

Автор Кэролайн:

- Я согласен… - после минутной паузы сдержанно произнес он.
- Прекрасно! – пират удовлетворенно откинулся на спинку кресла – Тогда покажите мне документ и я сразу же назову координаты!
Крендл встал из-за стола и подошел к сейфу, в котором хранились ценные бумаги, в том числе и несколько каперских грамот. Он взял одну из них и вернулся к столу.
Обмакнув перо в чернильницу, Вильгельм аккуратно вписал в документ имя пирата, а затем изящным росчерком поставил свою подпись.
Капитан Воробей внимательно следил за его действиями с выражением детского любопытства, вытягивая шею и прикусив нижнюю губу.
- И так, я жду – закончив с документом, Крендл пристально взглянул на арестанта.
- Тот остров, на котором я спрятал свои сокровища, вам отлично известен! – с беспечной улыбкой ответил пират.
- Неужели? – Вильгельм вновь забарабанил пальцами по подлокотнику кресла.
- Да, это знаменитый остров – тюрьма, «Башня Смерти», или «Пурпурный остров», как его еще называют…
Крендл мрачно сдвинул брови:
- «Пурпурный остров»? – недоверчиво переспросил он, – Тот самый, с которого по слухам никто не возвращается? Вы собираетесь заманить нас в ловушку?
Капитан Воробей дружелюбно улыбнулся, и слегка наклонился к столу:
- А еще, это тот остров, на котором я встретил Богиню Калипсо и получил от нее в дар бессмертие! – таинственным шепотом произнес он, и выразительно расширил глаза. А в следующую секунду его губы, вновь растянулись в широкой, насмешливой улыбке: - Бог с вами, мистер Крендл! Мы же просвещенные люди… вы сами только что сказали, что не верите в сказки. Но большинство то людей верят! – заговорческим тоном продолжил пират, – И это можно весьма выгодно использовать! Распустив слухи о страшных монстрах, обитающих на «Пурпурном острове», я без труда сумел обезопасить спрятанные там сокровища. Пираты суеверный народ и теперь ни одному из них не придет в голову туда сунуться. – Капитан Воробей откинулся на спинку кресла и развел руками, настолько, насколько позволяла ему цепь кандалов – как говорится – все гениальное просто, мистер Крендл!
- А что если, вы все же мне лжете? – помолчав минуту, спросил Вильгельм.
- А зачем мне вам лгать? – недоуменно подняв брови, вопросом на вопрос ответил пират. – В моем нынешнем положении это бессмысленно! И потом, что мешает вам взять меня с собой на «Пурпурный остров», где я лично указал бы вам место клада… А на Жемчужине есть карта с подробным планом острова, если меня проведут на корабль, я достану ее из тайника и вручу вам лично в руки! – он вновь дружелюбно улыбнулся - Поверти, мистер Крендл, я искренне не хочу сдохнуть на виселице и мне совсем нет смысла вам лгать.
Пират говорил уверенно, без запинки, смело глядя в глаза собеседника, казалось он и правда не лжет. Но от внимательного взгляда Вильгельма не укрылась маленькая капелька пота, стекающая по его виску.
Заметив сомнение чиновника, Капитан Воробей вновь наклонился к столу, как можно ближе придвинувшись к собеседнику, и принял заговорческий вид.
- А ведь мы грабили не только Британские корабли… - очень тихо прошептал он – так что у вас есть возможность вернуть казне даже больше, чем она потеряла… или… поступить с разницей, как-то иначе! Согласитесь, эта сделка выгодна нам обоим… - пират хитро улыбнулся, а в его черных глазах блеснули азартные искорки.
Вильгельм на мгновение прикрыл глаза, перед его мысленным взором встал образ молодого Тима Рокстена… Что-то общее было между этими двумя людьми – хитрость, изворотливость, обаятельная улыбка. Но разница была в том, что Рокстен не вызывал у него такую резкую неприязнь, как «легендарный» капитан «Черной Жемчужины», а еще в том, что внутренний голос и накопленный за эти пол года опыт подсказывали Вильгельму, что не стоит верить его словам. А если пират все же и сказал правду, то это еще не значит, что он действительно намерен честно служить на благо Англии. Крендл понимал, что просто не имеет права выпускать на свободу такого опасного преступника, но идея вернуть казне сокровища уже захватила его разум, и решение проблемы пришло само собой. Ведь, как точно, только что заметил этот пират – все гениальное просто!
- Я склонен, не верить вам, капитан Воробей… - спокойно произнес Крендл, вновь откинувшись на спинку кресла. – Где доказательства, что вы не пытаетесь заманить меня в ловушку и одновременно спасти свою жизнь? Ведь это было бы очень в вашем духе… - он пристально смотрел в глаза пленника, стремясь уловить в них хотя бы тень волнения. Но черные глаза пирата были все так же веселы и горели азартом.
- Ну, кто не рискует, тот не получает крупные повышения по службе! – хитро улыбнувшись, парировал капитан Воробей.
Крендла внутренне передернуло, от того, что этот грязный мерзавец так четко уловил его мысли и стремления.
- Полагаю, на сегодня наш разговор закончен… капитан Воробей. Мы продолжим его завтра днем. – Теперь голос чиновника стал просто ледяным.
Но пират по-прежнему продолжал улыбаться, видимо ощущая свою победу.
- Офицер! – громко позвал Вильгельм.
Стоящие у двери солдаты и офицер приблизились к столу.
- Сопроводите заключенного в камеру, в отдельную. И поставьте дополнительную охрану. – Не желая больше смотреть на самодовольного пирата, распорядился Вильгельм.
Капитан Воробей встал и, отдав чиновнику шутовской поклон, в сопровождении солдат, покачивающейся походкой вышел из кабинета.
Когда дверь за ним закрылась, Крендл взял чистый листок бумаги и, обмакнув в чернильницу большое гусиное перо, что-то быстро на нем написал. Затем он вызвал своего помощника.
- Вот, возьмите. – Вильгельм протянул ему вдвое сложенный листок – Передайте эту записку лично Бенджамину Арчеру – следователю криминальной полиции Порт Рояла. Я хочу, что б завтра утром, он лично допросил заключенного Джека Воробья.
Помощник отдал короткий поклон и поспешил исполнять поручения, оставив Вильгельма одного погруженного в свои мысли.
Чиновник по особым поручениям не был уверен, что пиратский капитан ему солгал, и точно так же не был уверен в обратном. Он отлично знал, что мистер Арчер мастерски умеет выбивать показания, даже у самых стойких разбойников. И если окажется, что Джек Воробей солгал, то Вильгельм автоматически освободится от своего слова, и сможет со спокойной совестью отправить его на виселицу. Но, если вдруг окажется, что он все же сказал правду, то пират в любом случае не уйдет из тюрьмы безнаказанным, и это не могло не радовать. И хотя Крендл всегда был против пыток, в данном случае он считал такие меры полностью оправданными.

[Кэролайн]

Автор Кэролайн:

Раннее утро озаряло море первыми лучами восходящего солнца, делая его похожим на жидкий струящийся золотой шелк.
Уилл стоял на палубе «Эскады», стремительно приближавшейся к Порт Роялу.
После той ночи, в которую Господь подарил ему двоих детей и едва не забрал жену, жизнь Тернеров резко переменилась к лучшему.
Бриллиант найденный в подаренной Фордом фляге, был продан и выручка от этой сделки, ни только покрыла все долги, но и вернула Уиллу потерянные мануфактуры. Тогда же он рассказал жене о «Пурпурном острове», хотя и не вдаваясь в особо красочные подробности, которые могли ее напугать.
Джессика была счастлива, она оказалась прекрасной матерью, да и сам Уилл не мог нарадоваться, глядя на своих чудесных малышей, как две капли воды похожих друг на друга.
Но их недолгая семейная идиллия была прервана неожиданным визитом Лейлы.
Она появилась на пороги их дома поздно ночью. Взлохмаченная, бледная с горящими гневом глазами. Уилл сразу понял, что произошло что-то страшное, так как никак не ожидал, что когда-нибудь увидит эту мудрую сильную женщину такой встревоженной.
Узнав о случившемся в маленькой таверне, и о том что Джеймс Форд и Элизабет находятся в смертельной опасности, Уилл без колебаний согласился помочь своим друзьям. Тем более у него уже был опыт в таких делах.
Джессика не стала долго спорить и осталась ждать его дома с детьми, она знала, что муж никогда не пойдет вразрез со своей совестью, и поэтому ни могла ему возразить.
Уилл Тернер не хотел рисковать своей жизнью, так как теперь нес ответственность ни только за жену, но и за двоих малолетних детей, которые не должны были расти без отца. Он знал, что должен вернутся домой живым, но так же знал, что обязан помочь друзьям. Тем более Форду молодой человек был обязан своим благополучием, а Элизабет… Элизабет он дал слово всегда ее защищать.
«Эскада» пришвартовалась к пристани и Уилл вместе с Лейлой сошли на берег.
Прекрасная цыганка, одетая сейчас в строгое платье и укутанная в темный плащ, была напряженной и молчаливой, она напоминала натянутую струну. И Уилл тоже молчал, быстро шагая по улицам знакомого ему с детства города. Их путь лежал к дому мистера Карста.
Когда Тернер вновь оказался на этой грязной кривой улочке, такой узкой, что по ней не смог бы проехать ни один экипаж, воспоминания нахлынули на него подобно, высокой морской волне. Он вспомнил тот солнечный апрельский день два года тому назад, когда они с Элизабет вот так же шли по этой улочке, споря межу собой. Тогда они были еще помолвлены и собирались спасти Джека Воробья. А теперь, два года спустя Джеку снова грозит виселица, но на этот раз Элизабет находится вместе с ним, по ту сторону тюремной решетки.
Уилл остановился перед неказистым каменным домом и, отогнав все сомнения, решительно постучал в дверь, над которой весела потертая табличка «Э. Карст. Лечебные снадобья.»
«Лишь бы черный аптекарь был до сих пор жив!» внезапно подумал молодой человек, ведь он был их единственной надеждой.
Но опасения Уилла быстро развеялись. За дверью послышались шаркающие шаги и сухой кашель, а затем хриплый голос спросил:
- Кто еще там явился в такую рань?
- Мистер Карст, откройте! – решительно произнес молодой человек – Мне срочно нужно с вами поговорить!
- А кто ты такой? – вновь раздался из-за двери недовольный голос аптекаря.
- Я Уильям Тернер, вы должны меня помнить… - все так же решительно ответил Уилл.
Стоявшая за его спиной Лейла не произносила ни слова, но молодой человек чувствовал, как сильно она напряжена.
Но тут заскрежетал тяжелый засов и дверь, наконец, отварилась. На пороге стоял мистер Карст, казалось, за эти два года он ни капельки не изменился. Все та же землистая, ноздреватая кожа, черные засаленные волосы, собранные сзади в тугой хвост и пронзительные колючие глаза.
- Разрешите нам войти… - вежливо попросил Уилл стоящего в дверях хозяина, который явно не собирался пускать в дом непрошенных гостей.
- Да, Эдвард… пусть они войдут… - неожиданно раздался из-за спины аптекаря певучий женский голос.
Уилл вздрогнул от неожиданности, а Карст немедленно отошел от двери, пропуская их внутрь своего темного и пыльного жилища.
Уилл, а за ним и Лейла вошли в дом. Ставни были еще закрыты, а на многочисленных полках, развешанных по всем стенам, среди склянок с разноцветными жидкостями, горели несколько зеленоватых свечей. А на грязном столе дымилась чаша с благовониями.
В дальнем углу комнаты Уилл заметил темный силуэт, оказавшейся человеком, закутанным в длинный серо-зеленый плащ. Молодой человек замер не в силах пошевелится и произнести ни слова, когда загадочный человек скинул с лица широкий капюшон.
- А…, Уильям Тернер! Я знала, что ты придешь сюда… - ласково произнесла Тиа Далма и, вышла из тени, быстро приблизившись к удивленному юноше.
Шаманка так изменилась с их последней встречи, что при внимательном рассмотрении, ее с трудом можно было узнать. Большие карие глаза словно сияли изнутри, белки приняли естественный цвет, волосы стали гуще и блестели, даже будучи заплетенными, в сотни косичек. Темная кожа стала бархатистой и приобрела приятный матовый цвет. Тиа Далма широко улыбнулась Уиллу, обнажив ряд ровных жемчужно белых зубов. Теперь ее, пожалуй, смело можно было назвать привлекательной женщиной.
Шаманка вплотную подошла к юноше и нежно коснулась его лица своими тонкими смуглыми пальцами.
- Я вижу, ты тоже выпил эликсир, Уилл Тернер! – ее рука спустилась по мускулистой шее на грудь, и скользнула Уиллу под рубашку – Теперь твое прекрасное тело не будет подвластно времени еще долгие десять лет…
- Нам нужна помощь! – раздался за спиной шаманки решительный голос Лейлы.
Тиа Далма обернулась к женщине и недовольно прищурила глаза, внимательно разглядывая незнакомку.
- В тебе есть кровь ведьмы… - помолчав минуту, заключила она и, наконец, оставив Уилла в покое, опустилась в стоящее у стола кресло.
- Нам нужно проникнуть в тюрьму через подземный ход, что бы освободить Элизабет, Джека Воробья и всю команду Черной Жемчужины – сделав шаг к креслу шаманки, проговорил Уилл. – Вы поможете нам? – Он бросил взгляд на Карста, молча стоящего возле своей темнокожей гостьи, с которой аптекаря явно связывало нечто большее, чем просто дружба.
- Я знала, что вы придете… - в своей обычной загадочной манере произнесла Далма пристально глядя на Уилла и Лейлу – И я смогу вам помочь… Тебе, красавица, освободить мужа, тебе, Уильям сдержать данное слово… Но помните – я беру плату… - глаза шаманки сузились, превратившись в черные щелочки, а губы растянулись в хитрой улыбки – Вы согласны?
- Да! – Твердо ответил Уилл, он пристально смотрел на эту загадочную женщину, пытаясь себе представить, что именно заставило ее покинуть свои болота и оказаться здесь – в Порт Рояле.

Джек лежал на жестком соломенном тюфяке в своей камере, заложив руки за голову и согнув ноги в коленях. Этой ночью он долго не мог уснуть, постоянно прокручивая в голове разговор с Вильгельмом Крендлом.
Идея наврать про «Пурпурный остров» пришла к нему спонтанно и оказалась крайне удачной. Во-первых, это давало возможность отомстить властям, заманив ее представителей в жуткую ловушку, Джек был уверен, что Беккет окажет своему приемнику теплый прием. Во-вторых, появлялся шанс сбежать, если бы Крендл послал его на «Жемчужину» за картой, которая якобы хранилась в тайнике, Джек мог бы неожиданно достать оружие и убить конвоиров. И даже если бы его взяли на «Пурпурный остров», куда возвращаться капитану Воробью совсем не хотелось, все ровно это давало хоть какую-то надежду на спасение от неминуемой виселицы.
А ведь эта светлая идея посетила Джека после того, как он услышал от Крендла слова, позволившие ему вздохнуть с облегчением. Элизабет не угрожала опасность… Судя по реплике чиновника, ее не собирались повесить. А значит, он мог спасаться один, с тем, что бы потом найти способ вернутся и освободить девушку.
При разговоре с мистером Крендлом, Джек быстро понял, что карьера и власть, привлекают его гораздо силене, чем богатство. Однако его, все же удалось зацепить! Хотя в душе Джек сильно волновался, опасаясь, что этот не глупый человек ему не поверит. Но вроде бы все прошло удачно… Крендл заглотил наживку и теперь был на крючке.
С такими мыслями Джек все же уснул и проспал до самого утра.

[Кэролайн]

Автор Кэролайн:

Солнечные лучи уже во всю светили в маленькое зарешеченное окно камеры, оставляя на стене клетчатую тень. С улицы доносились звуки военного гарнизона: громкие команды офицеров муштрующих на плацу солдат, топот десятков ног и звон оружия.
Джек спал, свернувшись калачиком, подложив под голову закованные в кандалы руки, но как только в скважине решетки его камеры со скрежетом повернулся ключ, капитан Жемчужины вздрогнул и проснулся.
В камеру вошли двое вооруженных солдат, штыки ружей которых были направлены в его сторону.
Джек сел на полу и, потянувшись, сладко зевнул.
- Вам чего, джентльмены? – усмехнувшись, спросил он солдат, – время для завтрака, вроде, еще не пришло… Про себя же пират подумал, что у мистера Крендла не хватило терпение дождаться дня, что бы увидеть заветную карту «острова сокровищ».
- Вставай! – гаркнул солдат и неожиданно заржал, тот час поддержанный своим напарником – Тебя велено отвести на допрос!
Джек искривил губы и с призрением посмотрел на солдат, не понимая, что именно привело их в столь веселое расположение духа. Но все же встал и, отряхнувшись от соломы, вразвалочку пошел вслед за ними.
Конвоиры вывили его в длинный коридор, но вместо того, что б направится к выходу, повели куда то, вглубь тюрьмы.
Проходя мимо ряда камер, Джек неожиданно заметил свою команду сидевшую за решеткой. Марти, Коттон, мистер Гиббс и даже Джеймс Форд, все они были здесь, но спали, поскольку час был еще ранний.
- Вольно, други! – усмехнувшись, скомандовал Джек.
Гиббс тот час проснулся и, увидев своего капитана, подскочил к решетке:
- Кэп, как вы? – взволнованно спросил он.
- Все просто отлично, старина! – с улыбкой ответил Джек, и тот час получил тычек в спину.
- Хватит болтать! – рявкнул один из солдат – Вперед!
Джек проворчал себе в усы какое-то ругательство, но все же подчинился.

Элизабет сидела, на соломенном тюфяке в своей камере, завернувшись в мягкое одеяло и обхватив руками подтянутые к подбородку колени. По ее щекам беззвучно стекали слезы, а взгляд был устремлен в одну точку. Утреннее солнце уже заглядывало в маленькое зарешеченное окошко, но его лучи казались девушке тусклыми и безрадостными. И дело было не в том, что она страшилась своей горькой участи, слезы, душившие Элизабет, были вызваны острым чувством вины, буквально режущем на части ее сердце.

Когда, после разговора с Вильгельмом, девушка вернулась в свою камеру, гордая, решительная, готовая стоически перенести любые тяготы и лишения, она даже не представляла, что через несколько минут будет рыдать, как семилетняя девочка.

Элизабет просто не была готова к этой встрече, тем более Крендл велел никого к ней не пускать. Но когда в коридоре послышался, столь знакомый и дорогой сердцу голос, девушка сразу почувствовала, как к ее глазам подступают слезы.
- Отец! – крикнула она и прижалась к решетке.
Через минуту губернатор Суон уже вошел в камеру. Элизабет бросилась ему на шею и разрыдалась. Губернатор обнял хрупкие плечи дочери и накинул на нее мягкое обитое шелком одеяло:
- Не плачь, девочка моя! Не плачь… Я никогда не дам тебя в обиду, малышка… Никогда! – успокаивающе поглаживая ее по спине, бормотал Суон.

Как же он изменился за эти долгие месяцы, как постарел… Худое лицо еще больше избороздили морщины, плечи опустились, глаза потускнели, Элизабет видела, что сделало с отцом горе и от этого ей становилось еще больнее.
Пожалуй она бы предпочла, что б губернатор Суон вовсе отрекся от своей беспутной дочери, тогда ей было бы легче… Да и ему тоже.
Но Уотерби Суон любил Элизабет точно так же, как и тогда когда она была еще маленькой невинной девочкой, и точно так же готов был ей все простить.
- Я принес тебе фрукты, вино и жареного цыпленка… - стараясь не смотреть в глаза дочери, бормотал старик – поешь, ты, наверное, очень голодна…
Но Элизабет не могла есть, она смотрела на своего отца и была не в силах вымолвить не слова.
- Я добьюсь, что б тебя помиловали… - все еще не глядя на нее, произнес губернатор – Я не позволю, что бы мою дочь повесели! И Вильгельм тоже обещал, что напишет ходатайство самому королю.
- Папа… - тихо произнесла Элизабет – я очень тебя люблю! Но прости, прости меня… я не смогу жить без Джека! Если его повесят, моя смерть будет неизбежной! Если ты действительно хочешь меня спасти, то добейся его помилования, или хотя бы отмены смертного приговора!
Губернатор, наконец, поднял на нее глаза, по его щекам тоже стекали слезы.
- Я не знаю, Элизабет… Я боюсь, что это уже не возможно… Он слишком многое натворил… Вы… вы слишком многое… О, Боже! – Он вновь обнял девушку и крепко прижал ее к груди.
- Прости меня… Прости меня, папа! – Элизабет коснулась пальцами морщинистой щеки отца – Но без него я не смогу жить… мы как одно целое, понимаешь?
- Понимаю… Я все понимаю… - Уоторби погладил ее по волосам – я сделаю все возможное, поговорю с Вильгельмом… А сейчас мне пора, ведь он не велел тебя навещать… - последние слова губернатора прозвучали как то пристыжено.
И Элизабет поняла, что Крендл уже успел подчинить себе старика, успел взять власть в свои руки. Девушке нестерпимо стало жалко отца, но она не чем не могла ему помочь.

Всю ночь она не могла уснуть, мысли и воспоминания кружились в голове, словно рой назойливых мух. Элизабет вспоминала свой дом, то, как вошла в него в первый раз. Как бегала по просторным комнатам, как впервые выглянула в окно своей спальни и увидела горы и море… Как она была счастлива, пока была свободна, пока из девочки не превратилась в юную леди. Леди, которая обязана жить по четким, принятым в обществе правилам. А Элизабет ненавидела правила, ненавидела, точно так же, как и стягивающий талию тугой корсет. И вот к чему привела ее эта неудержимая любовь к свободе… Но Элизабет ни о чем не жалела, и понимала, что если бы можно было все вернуть, выбор остался бы прежним.
Она встретила рассвет, так и не сомкнув глаз. Слезы высохли, а солнце нагрело стену камеры, изгоняя остатки ночной прохлады. С улицы доносились звуки военного гарнизона, а в коридоре уже раздавались грубые голоса проснувшейся стражи.
Внезапно девушка расслышала знакомое имя, она вскочила на ноги и прильнула к решетке.
Двое солдат, стоявших не далеко от ее камеры со смехом, что-то рассказывали ночной смене.
Элизабет прислушалась, и ее сердце внезапно замерло, от лица резко отлила кровь, пальцы на руках задрожали.
- Офицер!!! – громко и уверенно крикнула девушка, хотя ее голос все же слегка дрогнул – Я желаю немедленно говорить с мистером Крендлом! Немедленно сообщите ему! Вы слышите, НЕМЕДЛЕННО!

[Кэролайн]

Автор Кэролайн:

Они дошли до самого конца коридора, здесь уже не было зарешеченных камер, только двери, видимо ведущие в какие то кабинеты. Перед одной из них они и остановились. Это была тяжелая дубовая дверь, с внутренней стороны, зачем-то обитая войлоком. Солдаты толкнули Джека, заставляя его войти внутрь загадочного помещения. Там узника уже ждали другие двое солдат, значительно выше и крепче предыдущих конвоиров. Ружей у них не было, однако выглядели эти парни крайне угрожающе. Один из них крепко схватил пленника за плечо, а другой закрыл за ним дверь.
Джек окинул взглядом довольно большое помещение, и тот час ощутил, как по его спине прошел неприятный холодок.
У дальней стены располагался не большой письменный стол, и возле него привинченный к полу табурет. Посреди комнаты, зачем-то, стояла наполненная водой бочка. С неоштукатуренной стены свисали вмурованные в камень кандалы, а на сколоченных из грубых досок полках, были разложены угрожающего вида инструменты, о назначении которых оставалось только догадываться. Рядом с кандалами висела видавшая виды кожаная плеть, на концах которой присохла запекшаяся кровь.
Джек нервно взглотнул и облизнул пересохшие губы:
- Не уж то, делами пиратов в Порт Рояле теперь занимается Святая Инквизиция? Забавно до дрожи… - в пол голоса пробормотал он, а затем обратился к полному неопрятно одетому мужчине, стоящему возле стола: - А вы, должно быть, Святой отец, который будет спасать мою грешную душу? – насмешливо спросил Джек.
С виду добродушное лицо толстяка резко помрачнело:
- Нет. Я тот, кто из тебя ее вытрясет, если будешь лгать! – угрожающе ответил он и криво усмехнулся.
Джек уже пожалел, что недооценил хладнокровного чиновника, так просто решившего вопрос о получении точной информации. Ситуация оборачивалась не лучшем образом, и на душе у капитана Жемчужины заскребли кошки.
- Видите его к столу! – приказал полный мужчина солдатам и опустился на жалобно заскрипевший под его весом стул, видимо намериваясь вести допрос.
Солдаты подвели Джека к привинченному к полу табурету и заставили сесть, положив на плечи тяжелые руки.
- Я следователь криминальной полиции – Бенджамин Арчер, для тебя – мистер Арчер. Понял, пират? – грубо произнес толстяк и, достав из кармана изрядно засаленный платок, вытер потную лысину.
- Что ж, как пожелаете… - с улыбкой ответил Джек – а я – капитан Джек Воробей, для вас – капитан Воробей.
Арчер удивленно поднял на него глаза: на редкость яркие, светло-голубые, они словно просматривали тебя насквозь. Джек даже внутренне съежился под этим цепким, суровым взглядом, однако вида не подал.
- Для меня ты – пират! – с угрозой в голосе заявил следователь – И ты будешь молчать, пока я не задам тебе вопрос. Все ясно?
- Складно. Просто. Легко запомнить... – подарив Арчеру обаятельную улыбку, с невинным видом пробормотал Джек.
Но грозного следователя это, похоже, нисколько не тронуло, было очевидно, что шутить с ним не стоит.
- И так… - Арчер бросил на стол свой засаленный мятый платок, – моя задача узнать от тебя, где находятся сокровища, которые ты, пират, спрятал. И не пытайся лгать, я все ровно добьюсь от тебя правды.
Говоря это, следователь смотрел на лежащие перед ним бумаги, а Джек лихорадочно пытался сообразить, как найти подход к этому грозному человеку. Пользуясь минутной заминкой, он внимательно разглядывал Арчера и все предметы, лежащие у него на столе, стремясь уцепиться хоть за какую-нибудь деталь, способную подсказать ключик к сердцу следователя. Наконец, его взгляд наткнулся на брошенный платок. Кроме того, что он был засаленный и изрядно помятый, этот клочок материи еще украшала вышивка, изящно выводившая три женских имени. Взгляд Джека мгновенно метнулся к рукам следователя, и обнаружил на среднем пальце правой руки золотое обручальное кольцо.
Очевидно, что перед ним сидел порядочный муж и отец, Джек на секунду закусил нижнюю губу, поспешно изобретая тактику поведения.
- Так, где ты спрятал свои сокровища, пират? – все еще не отрывая взгляд от бумаг, спросил Арчер – Или мне приказать моим парням всыпать тебе плетей?
- Вы не понимаете… - тихо и очень грустно произнес Джек – вы не понимаете, как мне тяжело…
Арчер оторвался от бумаг и взглянул на арестанта с явным недоумением.
- Ведь я люблю ее по настоящему… - все так же грустно и проникновенно продолжал Джек – Я знаю, что не заслуживаю ее любви, но Элизабет любит меня не меньше чем я ее. И она не виновата, что я разбойник и убийца, хотя это святое чувство уже изменило мою душу… - он слегка опустил взгляд, а затем, вновь обратил взор на Арчера. – И почему мне никто не верит?! Ведь я искренне хочу измениться! Стать честным человеком, служить Англии и короне… Хочу быть достойным ее любви! Смекаете? – Джек смотрел на следователя, изобразив взгляд, который можно было характеризовать, как «печаль кающегося грешника».
Когда Арчер заглянул в эти огромные черные глаза, полные смирения, искренности и невыраженной мольбы, сердце его дрогнуло, да и не дрогнул бы только камень. Следователь невольно начал слушать, и именно этого ждал Джек.
- Я искренне хочу измениться, стать другим человеком… - продолжал он, стараясь усилить произведенный эффект – Я готов рассказать вам, все, что вы спросите, ибо у меня больше нет секретов перед блюстителями закона!
Арчер нахмурился и откинулся на спинку стула, который вновь жалобно заскрипел под его весом, а Джек обреченно опустил голову, словно со смирением ожидая своего приговора.

[Кэролайн]

Автор Кэролайн:

- Так, где же хранятся твои сокровища? – все так же мрачно, но уже не зло, спросил следователь.
Я спрятал их на острове-тюрьме, в глубине джунглей, – с готовностью ответил Джек, – у меня есть подробная карта, на которой указанно месторасположение клада… - он вновь поднял полный раскаяния взгляд, и заглянул в лицо собеседнику, – Поверьте мне, мистер, я не вру! Я стал другим человеком, любовь к этой чистой женщине полностью переменила мою сущность! Я хочу начать новую жизнь, создать семью, иметь детей… - после последних слов Джек затаил дыхание, ожидая реакции.
Арчер продолжал внимательно на него смотреть, хотя взгляд голубых глаз заметно смягчился.
Джек ощущал, как от волнения на его лбу и спине выступил пот, но кажется, тактика была выбрана, верно. Арчер купился и теперь слушал его исповедь, забыв о своих черных намерениях.
- Моих родителей убили, когда мне не было и семи лет… - все так же проникновенно продолжил Джек – я скитался и голодал, зная лишь грубую изнанку этой жизни. И никто не давал мне приюта.
С ранних лет, привыкнув выживать только собственными силами, я очерствел душой и подался в пираты. Но в глубине сознания я понимал, что поступаю дурно! И теперь, когда я встретил это ангельское существо, женщину, сумевшую разглядеть во мне чистую душу, я окончательно победил в себе зло и изменился! Прежний Джек Воробей умер, и перед вами теперь сидит совершенно другой человек! Переродившийся через любовь к столь благородной и прекрасной девушке… - Джек замолчал и вновь опустил голову, так что волосы упали ему на лицо. Однако он по-прежнему ощущал на себе пристальный взгляд Арчера, а за спиной чувствовал стоящих солдат, которые видимо исполняли здесь роль палачей.
- Значит, твои сокровища спрятаны на острове «Башни Смерти»? – уже менее мрачно переспросил Арчер.
- Да, мистер… и еще часть хранится на корабле… - подняв голову и изобразив честную мину, ответил Джек. Он сам с трудом верил, в то, что этот человек все еще слушает его бред.
Арчер обмакнул перо в чернильницу и принялся что-то записывать на чистом листе бумаги, мелким убористым подчерком. Джек незаметно облизнул пересохшие губы и перевел дыхание, казалось, ему удалось произвести на этого человека нужное впечатление.
- Я буду рад вернуть все сокровища казне, и на королевской службе принесу Британии еще много пользы, так как мой корабль является самым быстроходным! – Горячо произнес он.
Но Арчер не отреагировал на это заявление, и по-прежнему продолжал писать.
Взгляд Джека скользнул по изрядно поношенному, дешевому камзолу следователя, остановился на любовно заштопанном воротничке простой суконной рубашки, отмечая явный недостаток средств, в семейном бюджете Арчеров.
- Так значит, ты утверждаешь, что спрятал клад на «Пурпурном острове», как называют его многие моряки? – неожиданно прекратив писать, спросил Арчер. - Но я слышал, что это проклятое Богом место, и ни одному человеку не удавалось еще, живым вернутся из джунглей…
Джек четко уловил сомнение в голосе следователя и решил, что пришло время пустить в дело весомый аргумент. Он наклонился, словно почесывая ногу под голенищем высокого сапога, пальцы нащупали потайной карман и ловко извлекли из него маленький твердый предмет. Джек положил закованные в кандалы руки на стол и доброжелательно улыбнулся:
- Все это сказки, мистер Арчер, выдумки, активно поддерживаемые пиратами которые прятали там свои сокровища на протяжении многих веков. Я вижу, что вы очень добрый и достойный человек – окончательно осмелев, продолжал он – и мне искренне хотелось бы, что бы ваша семья прибывала в достатке и благополучии. Я твердо решил начать новую, честную жизнь и вы можете мне в этом помочь… - с невинной улыбкой закончил Джек, затем медленно разжал пальцы, открывая лежащий на ладоне сверкающий крупный рубин.
Маленькие голубые глаза Арчера расширились, словно от изумления, он застыл и несколько секунд пристально смотрел на камень, ни говоря, ни слова.
Джек сохранял на лице невинную улыбку, в то время как его взгляд был прикован к лицу следователя. Внезапно он с ужасом заметил, что оно медленно меняет свой цвет, постепенно становясь бордовым, выражения глаз Арчера тоже переменилось, и они внезапно налились кровью. Широкие кисти рук сжались в кулаки, с такой силой, что побелели костяшки пальцев.
Джек понял, что совершил ужасную ошибку, но было уже поздно. Невинная улыбка медленно сползла с лица Капитана Воробья: «ЗАРАЗА!» мысленно произнес он, и в ту же секунду раздался оглушительный грохот.
Арчер в ярости ударил кулаком по столу, да так сильно, что чернильница и часть письменных принадлежностей полетела на пол.
- Так, ты подкупить меня задумал, грязный пират?! – голос следователя дрожал от гнева – Да ни один вор в Порт Рояле не посмел бы даже пытаться подкупить Бенджемина Арчера! – следователь угрожающе вскочил на ноги.
Джек инстинктивно отпрянул назад, но сильные руки солдат схватили его за плечи, не позволяя, сдвинутся с места. Вырываться было бесполезно.
- Ты еще попомнишь, «кающийся грешник», как подкупать государственных чиновников! – яростно прогремел Арчер – Тащите его к бочке!
Солдаты рывком подняли побледневшего узника на ноги:
- Вы просто не так меня поняли! – нервно улыбнувшись, воскликнул Джек.
Но следователь больше его не слушал.

От ощущения собственной беспомощности капитана Воробья охватил страх, он пытался вырваться, но сильные руки палачей железной хваткой держали его за плечи. И единственное, что ему оставалось, это осыпать их грубыми ругательствами.
Солдаты подтащили пленника к наполненной водой бочке.
- Значит, святошу из себя строил?! – Арчер был просто в ярости - Думал, можешь водить меня за нос! Сейчас я раз и навсегда отучу тебя подкупать стражей закона! Макайте его! – приказал он солдатам.
Джек едва успел сделать вдох, прежде чем его голова и плечи оказались погруженными в воду. Он замер, понимая, что так дольше сумеет сохранить кислород. Мысли вихрем проносились у него в голове, пират лихорадочно пытался найти выход из сложившейся ситуации, но не мог ничего придумать. Было очевидно, что его игра раскрыта и надеется на то, что следователь теперь сменит гнев на милость, не приходилось.
Прошла минута, а затем и вторая, сердце бешено колотилось, в ушах шумело. Джек выдохнул остатки воздуха, пузырями поднявшегося на поверхность. Еще несколько секунд он оставался без движения, безвольно обмякнув в руках палачей, а затем резко дернулся вверх. Но сильная рука следователя схватила пленника за волосы, не позволяя выдернуть голову из воды. Кислород в легких закончился, Джек слышал каждый удар своего сердца, отдающийся в висках. В эти секунды он страстно желал только одного – сделать вдох.
Сил терпеть больше не осталось, пират забился всем телом с таким неистовством, на которое человек способен только в критические минуты.
Но вырваться все же не удалось, палачи были значительно тяжелее и крепче своей жертвы. И Джек сделал вдох.
Мутная застоявшаяся вода хлынула в рот, попала в дыхательное горло, обожгла легкие. И в эту же секунду рука Арчера выдернула голову пленника на поверхность.
Джек судорожно вздохнул, и тот час закашлялся, выплевывая затхлую воду.
- Ну что, пират, - с издевкой спросил Арчер, по-прежнему держа его за волосы – хорошо искупался? А теперь повторяй за мной фразу – «Я самый жалкий пират на Карибах, молю прощения у Бенджамина Арчера, за то оскорбление, которое нанес ему, пытаясь подкупить». Повторяй! – рявкнул он и угрожающе наклонил голову пленника над водой. – Повторяй – «Я самый жалкий пират на Карибах…»
- Ты… самый жалкий… пират …на Карибах… - подражая его интонации, сквозь кашель и слезы произнес Джек и невинно улыбнулся.
- Что?!!! – взревел Арчер, крепче сжав волосы пленника.
«Зря я это сказал…» подумал Джек, когда его голова, вновь погрузилась в воду. На этот раз он не выдержал и пол минуты, так как не успел набрать в легкие воздуха. Однако жестокий следователь не спешил дать ему возможность вдохнуть.
Умом Джек понимал, что топить его насмерть никто не собирается, однако животный, панический страх все ровно охватил душу. Он вновь начал биться в руках палачей, стремясь вырваться, пока опять не вдохнул носом воду.
Но Арчер подождал еще несколько секунд, прежде чем выдернуть голову пленника из ужасной бочки.

[Кэролайн]

Автор Кэролайн:

Капитан Воробей с трудом сделал вдох, легкие болели, его бил судорожный кашель. Ухмыляющиеся палачи выпустили из рук ослабевшего пирата, и он скорчился на полу, продолжая кашлять и отплевываться.
Когда Джек смог сфокусировать взгляд, то сквозь слезы и прилипшие к лицу мокрые волосы увидел нависшее над собой, довольное лицо следователя.
- Ну что, отдышался, святоша? – с насмешкой спросил Арчер. Было очевидно, что он в полной мере осознал, что несколько минут назад пират просто искусно навешивал ему лапшу на уши. – Теперь «сирота бесприютная» расскажет мне, где спрятал свои сокровища? – в голосе следователя звучали отвращение и издевка.
- Они зарыты на «Пурпурном острове», мистер… - сипло прошептал Джек и с трудом выдавил из себя улыбку.
- Почему-то я тебе не верю… - задумчиво протянул Арчер и усмехнулся – но мои парни быстро умеют развязывать языки…
Капитан Воробей с опаской покосился на одного из солдат, который уже держал ту самую запачканную запекшейся кровью плеть, и ухмылялся, демонстративно похлопывая ею по своей ладони.
По спине Джека пробежала дрожь, что легко можно было списать на промокшие насквозь камзол, жилет и рубашку.
- А вы знаете, что бить заключенных плетью не гуманно…, а главное совсем не оригинально… - нервно улыбнувшись, пробормотал он, подняв взгляд на следователя.
- Зато эффективно… - благодушно возразил Арчер, – под ударами этой крошки даже самые хитрые лжецы становятся откровенными, а когда всю спину преступника уже покрывают кровавые борозды, ты можешь увидеть истинное лицо даже самого виртуозного лицемера. - Он широко улыбнулся, обнажив пожелтевшие зубы – Мне вот лично интересно, с какого по счету удара легендарный капитан «Черной жемчужины» начнет кричать во весь голос…
Следователь довольно хмыкнул, видя, что улыбка пленника сделалась совсем кислой.
- Все, парни, давайте срывайте с него одежду и приковывайте к стене! – приказал он солдатам – А то мы что-то совсем заболтались!
- Камзол, жилет и рубашка больно хороши, мистер Арчер… - огорченно произнес один из солдат – рвать жалко… может снять с него кандалы и раздеть?
- Ладно, валяй, только быстро… - разрешил следователь.
Джек отполз назад и вжался спиной в бочку, без труда изображая на лице дикий ужас, и одновременно лихорадочно планируя дальнейшие действия.
«Сейчас один солдат наклонится ко мне, что бы снять кандалы, я ударю его сапогом в пах. Затем быстро вскочу на ноги и накину цепь на шею этому жирному борову Арчеру» думал он «Ничего не выйдет… Здесь есть второй солдат, который немедленно среагирует на твои действия, да и следователь тоже не промах…» возразил пирату безжалостный внутренний голос.
Но Джеку так не хотелось оказаться прикованным к этой жуткой стене, на которой были отчетливо видны следы кровавых брызг.
- Я выбью из тебя правду, можешь не сомневаться! И даже не пытайся солгать… Больше я на твои штучки не поведусь! – криво усмехаясь, продолжал Арчер.
Джек вновь покосился на семихвостную плеть в руках палача и взглотнул подступивший к горлу ком. Неистово напрягая мозг, он старался придумать хоть что-нибудь, что позволило бы избежать жестокой, унизительной пытки, но не мог. Палуба «Летучего Голландца» и образ боцмана Дэви Джонса, внезапно всплыли в памяти несчастного капитана «Черной Жемчужины», заставляя холодеть кровь. Тогда ситуация была такой же безвыходной.
Но сейчас пират решил, что все же будет сопротивляться до конца, и хоть исход драки предопределен заранее, возможно ему удастся авансом отомстить своим палачам.

Здоровенный детина солдат сделал шаг, приближаясь к сидящему на полу пленнику, Джек напрягся, приготовившись ударить его ногой в пах, но в эту секунду тяжелая дубовая дверь внезапно открылась.
От удивления капитан Воробей округлил глаза: на пороге камеры стоял мистер Крендл, крепко держащей за руку бледную растрепанную Элизабет.
- Джек!!! – отчаянно вскрикнула девушка и, вырвавшись из рук чиновника, бросилась к лежащему на полу пирату. – Джек, что…, что они с тобой сделали?! – опустившись перед ним на колени и осторожна касаясь пальцами мокрого лица, груди и плеч возлюбленного, дрожащим голосом шептала она. Глаза Элизабет уже были полны слез.
- Не поверишь, цыпа…, но ты как раз вовремя! – с облегчением выдохнув задержанный в легких воздух, произнес Джек и подарил девушки счастливую улыбку.
Оба солдата-палача застыли в недоумении, а Арчер буквально побагровел от переполнявшего его возмущения.
- Что это значит?! – с трудом сдерживая гнев, спросил он, у вошедшего в камеру чиновника – Я еще не успел выбить из него показания!
- Это уже не нужно… - Мисс Суон сообщила мне все необходимые сведенья. Открыла координаты настоящего места клада.
- Значит, этот ГРЯЗНЫЙ ПИРАТ нам солгал! И пытался заманить вас в ловушку на проклятый Богом остров! – гневно прогремел Арчер – Мне довелось пару раз бывать в «Башни Смерти» и начальник тюрьмы рассказывал страшные вещи…
В джунгли там заходить смертельно опасно! Разве вы не хотите наказать пирата, за столь злостную ложь? Пусть мои парни всыплют ему хотя бы десяток плетей!
Услышав эти слова, Элизабет крепче обняла Джека и прижалась к нему всем телом:
- Помните, что вы дали мне слово, Вильгельм! – горячо произнесла она, снизу вверх глядя на своего кузена.
- Да, действительно…, я дал слово – помедлив минуту, подтвердил Крендл – Но на тех условиях, что вы, Элизабет, сказали мне правду… Пусть мистер Воробей подтвердит координаты названные вами.
- КАПИТАН Воробей! – поучительным тоном, уточнил Джек – Ну неужели так сложно запомнить?
- Координаты острова! – не отреагировав на эту реплику, повторил чиновник, пристально глядя в лицо пирата – Я жду!
Джек ободряюще сжал руку Элизабет, и назвал Крендлу выученные наизусть цифры.
- Все верно… - чиновник по особым поручениям искривил губы в брезгливой улыбке. Так, как если бы надеялся, что координаты все же не совпадут.
- Но этот пират солгал нам и должен понести наказание! – продолжал настаивать Арчер – Для меня это уже дело принципа, поскольку мерзавец пытался меня подкупить! – следователь порылся в кармане и продемонстрировал начальнику сверкающий рубин.
- Его повесят в ближайшее воскресенье, я полагаю этого наказания вполне достаточно. – Холодно возразил Вильгельм.
Побагровев от гнева, Арчер бросил ненавидящий взгляд на сидевшего на полу пирата. Джек не смог удержатся от соблазна, и подарил ему в ответ широкую насмешливую улыбку. От чего следователь пришел в такое бешенство, что казалось у него из ушей сейчас пойдет пар.
- Пожалуй, вы правы… - неожиданно произнес Крендл – он получит дополнительное наказание…
Элизабет вздрогнула и бросила на кузена уничтожающий взгляд, Джек нервно облизнул губы, а Арчер удовлетворенно хмыкнул.
- Вы дали мне слово! – вновь воскликнула Элизабет.
- Не волнуйтесь, мисс Суон, я всегда держу свое слово. У меня есть способ наказать КАПИТАНА Воробья без применения пытки… - Крендл слегка улыбнулся – Я выбрал для него такое наказание, которое, возможно причинит больше боли, чем удары плети.
Все в кто находился в помещении замерли, с недоумением или страхом глядя на чиновника по особым поручениям, пытаясь угадать, что же он имеет ввиду.
- Корабль – «Черная Жемчужина»… - выдержав эффектную паузу, продолжал Вильгельм – я приказал набить ее трюмы порохом и сжечь, завтра на рассвете, в бухте не далеко от порта. Пожалуй, капитану Воробью стоит на это посмотреть, а вы, мисс Суон, не откажетесь составить ему компанию, верно? – С подчеркнутой вежливостью, закончил он.
Глаза Джека расширились и вспыхнули гневом, тело напряглось, ладони сжались в кулаки, с такой силой, что побелели костяшки пальцев. Элизабет почувствовала это и крепко стиснула его руку, словно удерживая от необдуманных действий.
В эту секунду капитану Воробью показалось, что ему по сердцу полоснули раскаленным ножом. Дикая ненависть охватила все его существо, и слова Тиа Далмы вновь всплыли в памяти: «А еще, Джек, он захочет уничтожить твой корабль…»
Крендл пристально взглянул в горящие гневом глаза пирата и едва заметно улыбнулся, наслаждаясь местью.
- Как вам такое наказание, КАПИТАН Воробей? – слово «капитан» он произнес с особым призрением – Ваш легендарный корабль с черными парусами будет уничтожен, как символ пиратства в Карибском море, и вы станете свидетелем этого исторического события.
Джек стиснул зубы так, что они заскрипели, но затем все же сумел совладать со своими чувствами, и нашелся что ответить:
- Зато моя Жемчужина – самый быстроходный корабль во всей Атлантике, не достанется королевскому флоту, и это не может не радовать… - искривив губы в саркастической усмешке, произнес он – А мне после повешенья, корабль уже все ровно не понадобится…
Улыбка медленно сползла с лица Крендла, замечание пиратского капитана действительно было резонным.
- Офицер! – громко позвал он – Отведите заключенных в камеру!
Услышав эти слова, Джек бросил на Элизабет удивленный взгляд.
- Я хотела, что бы в обмен на координаты острова тебя отпустили, но он отказал, - прошептала Элизабет.
- Тогда я потребовала избавить тебя от пытки и чтобы оставшееся до казни время мы провели вместе, - с нежностью глядя в глаза возлюбленного, прошептала девушка.
- Обожаю шантажисток… - едва слышно выдохнул Джек и улыбнулся.
Он знал, что Элизабет не собираются повесить, и мысль о том, что они сейчас окажутся вдвоем, в одной камере согревала душу, и не давала отчаяться.
Вошли конвоиры и через несколько секунд Джек вместе с Элизабет с облегчением покинул это страшное помещение, все еще чувствуя на себе свирепый взгляд Арчера, упустившего свою жертву.

[Кэролайн]

Автор Piratka:

Солдаты резались в карты и подначивали заключенных.
- Эй, пират! Не хочешь выпить рома? – с притворной доброжелательностью спросил неприятного вида сержант и громко заржал.
Солдаты тот час поддержали его дружным смехом. Один из них кинул опустевшую бутылку в решетку ближайшей камеры, раздался звон битого стекла, темные осколки разлетелись по всему полу.
Пираты с руганью отошли от решетки, и только капитан Форд не сдвинулся с места, продолжая злым взглядом сверлить солдат. Он все еще не мог смириться с заточением, хотя и оставался внешне спокойным. За всю свою карьеру контрабандиста его ни разу не арестовывали, но вот стоило только зайти в первый кабак с Джеком Воробьем, как сразу же повязали.
Радовало его только одно, что Лейла чудом осталась на свободе. Но вот собиралась ли она его спасать? Джеймсу было бы легче, если бы жена вернулась в Англию и жила как вдова, в безопасности рядом с его родителями. Но он знал, что Лейла так не поступит, знал, что она неприметно придет за ним, что бы освободить. Точно так же как поступил бы он сам, окажись на ее месте.
В этот самый момент его мысли были прерваны грохотом и громким женским воплем:
- Будь поласковее, милый!
Солдаты так же обернулись на звук. По коридору, развязно шагая и посмеиваясь, шел молодой рослый солдат, в котором Форд с изумлением узнал Уилла Тернера. Молодой человек весьма грубо тащил за руку его жену Лейлу, завернутую в серый плащ. Уилл выглядел очень наглым, он кивнул солдатам и громко сказал:
- Завидую я вам, ребята! Начальство, поди, вас высоко ценит, раз прислало такую птичку!
Солдаты слушали его с открытыми ртами. Затем к сержанту, наконец, вернулся дар речи и он спросил:
- О чем ты говоришь, юнец? Какой еще «подарок», с чего вдруг такая милость?
- Начальник тюрьмы, верно, понял, какая у вас вредная работа и прислал шлюшку, чтобы вы расслабились! – со смехом ответил Уилл. Его голос и поведение были такими естественными, что солдаты начали ему верить. Но сержант все еще сомневался.
- С каких это пор начальство нас так "ценит"? Мы жалование месяцами иногда не видим, а тут целая шлюха, - он оглядел Лейлу – и даже вроде не страшная.
Уилл собрал всю волю в кулак и, приняв равнодушный вид, недоуменно пожал плечами:
- Я то здесь при чем? – удивленно спросил он – Хотя, если она вам не нравиться…
- Так мы ее даже не видели! – в унисон отозвались солдаты. – Нам хоть краем глаза…
Уилл постарался, чтобы его вздох не выглядел уж слишком облегченным. Он улыбнулся и сказал:
- Говорят, она восточная танцовщица. Вот уж чего я точно не видел…

Солдаты радостно загалдели, выдвинули стол на середину коридора, Уилл помог Лейле на него забраться. Он легонько сжал руку женщины, стараясь хоть как-то ободрить, но потом столкнулся с ее взглядом. В этом взгляде не было ни капли страха, или стыда. За свою долгую жизнь в гареме Лейла видела и делала еще и не такое.
Она подмигнула Уиллу, и сбросила с себя плащ. Солдаты как по команде ахнули и отшатнулись. Красота ее была неописуемой, такой дикой, такой чужой. Весь ее костюм состоял из золота и газовой ткани. Даже у Форда, наблюдавшего за этим из-за решетки камеры, перехватило дыхание от осознания того, что он женился на такой красавице.
Солдаты заулюлюкали и захлопали в ладоши. Лейла широко им улыбнулась и начала танец. Подвески на ее талии звенели и переливались в не ярком свете факелов, она притягивала их своей магией, магией танца. Усмешки исчезли с грубых потных лиц, глаза вспыхнули страстью. Никогда еще в своей постной обыденной жизни эти люди не видели такого совершенства, не ощущали такого всепоглощающего желания, не предвкушали такого блаженства.
Уилл видел то, что она с ними делала, и видимо именно благодаря этому она выдержала все эти долгих пятнадцать лет в гареме. Не она была рабыней, а они все были ее рабами, готовыми подчиниться любому движению ее тела. И когда Лейла поняла, что все солдаты уже опьянены ее чарами, она ловким движением расстегнула лучи-браслеты, обхватывающие ее руки, и сжала их в цепких пальцах подобно вееру. Солдаты даже не заметили, как изящное украшение превратилось в смертоносное оружие.
Уилл едва успел отскочить назад, когда Лейла резко вскинула руки, и острые лезвие вспороли солдатам глотки. Кровь фонтаном брызнула на нее, на стол, заливая босые ноги. Лицо Лейлы оставалось все таким же прекрасным, с губ не сходила легкая улыбка.
Уилл почувствовал, как к его горлу подступил ком, а кровь резко отлила от лица. Он отвернулся, чтобы не видеть, как солдаты дергаются в предсмертных конвульсиях. И в этот момент юноша точно понимал, как эта женщина-демон смогла выжить в гареме и стать главной женой султана.
Уилл выхватил у осевшего на пол сержанта тяжелую связку ключей и поспешно отпер камеры. Лейла ловко спрыгнула на пол и, под одобрительные возгласы пиратов, бросилась на шею мужу. И в этот момент Уилл опять поразился перемене в этой удивительной женщине, только что она играючи убила пятерых человек, а в следующую минуту уже с нежной страстью прижимается к груди возлюбленного.

Автор Кэролайн:
Пираты высыпали из трех открытых Уиллом камер, казалась, здесь была вся команда «Черной Жемчужины», но молодой человек с тревогой оглядывался по сторонам, тщетно пытаясь заметить знакомое лицо в обрамлении светлых волос.
- Где Элизабет?! – Наконец, спросил он, обращаясь к Гиббсу.
- Эх, мистер Тернер… Мисс Суон вместе с капитаном держат в карцере под усиленной охраной! Мы слышали это от солдат…
- Тогда мы должны взять оружие и спасти их! – ни секунды не сомневаясь, воскликнул Уилл.
- Нет! Нам надо уходить! – решительно отрезала Лейла.
- Да, она права… - Форд ободряюще хлопнул друга по плечу – но не отчаивайся, мы обязательно найдем способ им помочь…
- Все! Уходим! – Лейла первая побежала обратно к проходу.
Форд, Гиббс и остальные пираты последовали за ней, и только Уилл замешкался, в последний раз взглянув на залитые кровью трупы несчастных солдат. Но это был тот выбор, который он сделал, и назад пути уже не было.
- Быстрее, мистер Тернер! – крикнул ему Гиббс – завтра на рассвете, «Черную Жемчужину» должны сжечь, нам надо успеть спасти ее!
Уилл тряхнул головой и побежал вслед за остальными.
«Я вернусь за тобой, Элизабет…» мысленно произнес он.

Теплая ночь спустилась на город, окутала туманной мглой улицы, накрыла порт и стоящие у причала суда. Легкий восточный ветер шевелил канаты и нежно ласкал свернутые черные паруса. Величественный корабль нервно дремал, то и дело вздрагивая и поскрипывая старыми досками. Швартовые канаты связывали его словно узника перед казнью. «Черная Жемчужина», мерно покачивалась на волнах, прекрасная, неукротимая, как само море, сейчас она выглядела одинокой и покинутой… Словно обреченная на гибель эбеново-черная красавица чувствовала приближение своей участи, тихонько постанывая во сне, она все же сохраняла гордую осанку истинной королевы.

Несколько солдат сидели на палубе и резались в кости, в свете масленых фонарей их блестящие потные лица казались огненно красными, а мундиры приобрели кровавый оттенок. Ром закончился, и бравые гвардейцы явно начинали скучать. Тем более смена только что началась и впереди их ждала долгая бессонная ночь на пустом пиратском корабле, каюты которого были опечатаны, а трюмы заперты на замок.
Внезапно с пристани донесся смех, громкие голоса и кокетливое женское хихиканье. Большая компания изрядно подвыпивших гвардейцев в обществе двух ярко наряженных шлюх приблизилась к кораблю.
- Эй, на борту! – задыхаясь от смеха, крикнул светловолосый красавец офицер – не повезло вам нынче с работенкой! – его искрящиеся весельем светлые глаза отражали свет факелов, в одной руке блондин держал полупустую бутылку рома, а другой обнимал за талию черноволосую красотку.
- Да, это верно! – не весело крикнул один из охраняющих судно солдат – а вы чего празднуете?
- Мое повышение! – ответил жизнерадостный офицер и отсалютовал бутылкой с ромом – Эх, жаль мне вас ребята! В такую ночь торчать на этой посудине!
- Это «посудина», кстати, называется «Черная Жемчужина»! – донесся с борта обиженный голос солдата – «Черная Жемчужина» это самый известный пиратский корабль на Карибах! И нам доверено его охранять!
- Да ну? – офицер громко рассмеялся – ну тогда вам повезло! – он обернулся к своим пьяным приятелям – А что, ребята… Давай поднимемся на борт и угостим наших «везучих» товарищей доброй порцией рома?
- Да их там, поди, больше дюжины! Так рома не напасешься! – возразил уже не молодой гвардеец.
- Да нет! Нас тут всего шестеро! – поспешно крикнул стоящий на палубе солдат – поднимайтесь на борт! Повеселимся!
- Нет! Нам не велено пускать на борт посторонних! – решительно возразил совсем молодой солдат, тоже свесившись с палубы.
Но старший товарищ отвесил ему подзатыльник и со смехом сказал:
- Сейчас ночь, идиот! Все начальство давно спит! Так что расслабься!