Liana - Морской дьяволенок

[Li Nata]

- Я все равно сделаю все, что могу. – Холодно и твердо, каждое слово будто топором отсекая, проговорил Билли. – Я пойду с Морганом, с Барбоссой – с кем угодно. Я сделаю то, что должен сделать. Ты можешь мне это запретить или разрешить – но я не могу ее оставить.
И он резко кинулся к борту, вскочил на планшир, готовый кинуться в море и плыть на «Авантюру»… Уилл рванулся было перехватить его, как вдруг почувствовал, что не в силах пошевелиться. На его плечо легла прохладная даже сквозь ткань рубахи рука…
- Уильям Тернер! – властно произнесла Тиа-Дальма. Не было времени уточнять, каким образом она оказалась на «Императрице». Билли замер на планшире, на лице Элизабет застыла тревога…
- Капитан Морган намерен вернуть дочь, капитан Барбосса – корабль, - сухо произнесла Тиа-Дальма. Она протянула Билли раскрытую ладонь, на которой лежала маленькая витая раковина. – А ты?
«Мой свисток…»
- Только истинный наследник морского дьявола способен управлять левиафаном. – Глаза Тиа-Дальмы полыхнули расплавленным золотом. Билли, как под гипнозом, взял свисток, поднес к губам. Воздух рассек долгий, тягучий звук. В нем смешались крики чаек и свист ветра, надувающего паруса, скрип мачт и плеск волн, шепот морской пены и пение сирен…
Море забурлило. Сквозь его толщу, с самого дна поднималось нечто живое, быстрое и необыкновенно мощное… Волны рассекались длинным и гибким телом, над водой одно за другим встали арками извивающиеся кольца – покрытые зеленовато-сизой чешуей, с мутноватым плавником по хребту… Прямо перед бортом из-под воды поднималась на длинной шее голова чудовища. Морда, напоминающая лошадиную, только с жесткой и длинной бахромой по бокам и перепончатыми ушными раковинами, как рисуют у гипподамусов. Широко распахнутые глаза, каждое – со штурвальное колесо! – напоминали по форме миндаль и переливались всеми цветами радуги.
- Левиафан! Левиафан! – суеверно кричали матросы. На лице Джека Воробья появилось выражение, сравнимое разве что с тем, когда «Черная Жемчужина» пошла посуху, влекомая полчищем крабов. Морган поперхнулся очередным приказом. Барбосса запрокинул голову, чувствуя, что вот-вот оглохнет от верещания своего капуцина…
Не чувствуя страха, Билли не отрывал взгляда от исполина, выглядевшего точь-в-точь как фигура на носу погибшего корабля.
- Йормунгард… - выдохнул Уилл. – Дружок… - Чувствуя, что тело снова повинуется ему, он шагнул к борту и протянул руку, дотрагиваясь до переливающегося тела морского змея. Перепонки на глазах того дрогнули и чуть опустились.
- Это… он?.. – прошептал Билли, глядя, как отец ласкает морское чудовище. – Корабль?.. «Левиафан»?
Тиа-Дальма кивнула ему.
- Тогда его сильно ранили пушкари Барбоссы. Теперь он поправился, - туманно сказала она.
Удивляться было некогда…
Левиафан опустил голову – теперь его макушка сровнялась с бортом «Императрицы». Билли растерянно оглянулся на родителей.
- Левиафан – порождение моря. «Голландец» - творение человеческих рук, - прошептала Тиа-Дальма. – спеши, Уильям Тернер… Никто не посмеет тебе мешать.
Все тело Билла стало вдруг необыкновенно легким. Исчезли все лишне мысли, точно их сдуло порывом ветра или смыло набежавшей волной. Мышцы налились силой, сознание – уверенностью. И он сделал то, что и оставалось сделать – шагнул на голову левиафана.
Морской змей колыхнулся – по его телу прошла волна – и вытянулся во всю длину, пускаясь вперед… На мгновение Билли ощутил, как заходила под ногами его опора – но только на миг… Он схватился за перепончатый гребень и прошептал, вспоминая, как называл левиафана отец:
- Давай, Йормунгард… Давай, дружок!..
Он оглянулся – и увидел, как быстро уменьшаются оставленные позади корабли. Но, кажется, они все-таки отважились идти за ним – паруса на всех трех оказались подняты…
Морской змей, гибкий и мощный, со страшной скоростью рассекал волны, то погружаясь почти до половины, то как будто поднимаясь и паря над водой. Соленые капли врезались Биллу в лицо, колясь, как иголки. Ветер свистел в ушах и дергал за волосы, глаза, смотрящие на солнце, почему-то не слезились, а из всех ощущений осталось лишь одно – восторг. И ярость. И скорость… Билл Тернер-младший и Йормунгард как будто слились в единую струну, тонкую и напряженную…

* * *
«Летучий Голландец» мрачноватым призраком показался из-за горизонта. Какие бы сильные ветра ни наполняли его паруса – нет силы против божественной стихии. И, кто знает, не эта ли божественная стихия так напитала огнем и могуществом все тело Билли, все его жилы и суставы, каждую косточку, каждую каплю крови?.. И казалось все невиданно легким, не чугунные ворота перед тобой – бумажные: пальцем прочь снести!
- Ты только «Голландца» не сломай, ладно? – крикнул, перекрывая свист ветра, Билл. – Он ведь папин, все-таки… Ну, уже не папин… Но все равно, корабль-то чем виноват?..
Левиафан даже телом лишний раз не шевельнул – показать, что услышал и понял. Ему предупреждения были не нужны. С каждым мигом корабль-призрак увеличивался, приближаясь. Его мачты, казалось, задевают низко нависшее сизо-блеклое небо.
Билли прищурился, вглядываясь: Беккет, кажется, заметил преследование и начал паниковать. Было видно, как он бестолково хватается то за одну, то за другую снасть, кричит на съежившуюся под штурвалом Марго… Интересно, он ее что, связал, раз она не подает никаких признаков сопротивления?..
До борта «Голландца» оставалось не больше кабельтова, когда Билл заметил, что левиафан начинает как-то странно извиваться в горизонтальной плоскости. По телу исполина одна за другой проходили волны… и словно проецировались на поверхность воды. Морская гладь взбугрилось под сначала медленными, а потом все ускоряющимися движениями, амплитуда размаха делалась все шире, и Биллу пришлось даже припасть к чешуе друга, чтобы не свалиться.
«Летучий Голландец» вздрогнул от первого же удара. За первой волна последовала вторая, третья… Кажущийся плавучим бастионом флейт* раскачивался, точно скорлупка, скрипя и стеная... Беккет наконец догадался использовать скорострельные орудия на корме. Единственный выстрел прозвучал жалко и одиноко. А левиафан метнулся в сторону, огибая «Голландца» и захватывая его в водоворот от своего мощного тела. Билли, пригнувшись, просчитывал момент: когда перепрыгнуть на борт… В какой-то миг Йормунгард резко подался вертикально вверх – у Билли даже голова закружилась: в первый миг ему показалось, что оставшийся внизу «Голландец» оказался не больше ладони… Воздух ударил ему в лицо снизу вверх, и он уже осознал, что стоит на раскачивающейся со страшной силой палубе «Голландца». А перед ним – его Противник…
Его одежда, полусгнившая за пятнадцать лет, кое-где была облеплена водорослями. Изжелта-белое лицо со вздувшимися жилами. Редкие волосы, подернутые солью. Покрасневшие и глубоко запавшие глаза в зеленовато-лиловых кругах. Пальцы, напоминающие извивающихся червей…
- Отпусти ее! – с нарастающей яростью крикнул Билли.
- Она сама захотела уйти! – холодно и жестко бросил Беккет.
Краем глаза Билли отметил, что Марго действительно связана – и по палубе ее метает как щепку. Кинулся – успеть, схватить, пока за борт не выпала! – и сам же поскользнулся, больно ударившись лицом о мокрые доски.
- Тебя сожрет левиафан! – выдохнул Билли.
- Морской дьявол мной подавился! – Беккет демонстративно схватился за штурвал. – Куда тебе, щенку! Этот корабль теперь мой! И будет моим! Я теперь и дьявол, и бог! Черт побери, я слишком долго ждал! Я неуязвим – я капитан! Я – хозяин морской стихии! – Ветер подхватил его последний крик и рассыпал над горизонтом.
- Билли! – отчаянно крикнула Марго. Она, скорчившись, цеплялась за изломанный фальшборт. – Билли, куда же я тебя втравила…
«Летучий Голландец» раскачивался, грозя в любую секунду черпнуть бортом. Беккет хохотал, как безумный. И вдруг море, как живое, застонало, в боли и ярости. Волны, только что казавшиеся огромными, стали просто неестественно гигантскими – поднимаясь много выше клотика, захлестывая палубу… Билли, растянувшись до судорог, схватил Марго за руку и вжался в доски палубы. Беккета сшибло с ног. Левиафан вновь вырос над мачтами, не прекращая извиваться. Из палубы и бортов вытекали водоросли, кораллы, странная и страшная морская живность. Осьминоги, полипы, губки, анемоны, актинии, рыбы, моллюски, крабы всех мастей покрывали «Голландца» своей живой массой. Билли вскочил, и, таща за собой Марго, пробивался сквозь это живое и сильное скопище к корме… Руки его сводило судорогой, к горлу подкатывала тошнота. Еще один толчок – и палуба уходит из-под ног, корма резко идет вверх, а нос на миг скрывается в волнах… Билли почувствовал, как летит в пропасть – и вдруг из его груди разом выскочил весь воздух, на глазах выступили слезы, исчезла вся опора замершему в пустоте телу, и все, что осталась – болтающаяся тяжесть в руках…
Он висел, перекинутый через топсель-рею. Где-то внизу уже вода уже по самый фальшборт дотянулась до сплошь кишащего морской живностью «Голландца» - а обеими посиневшими кулаками Билл сжимал руки Марго-Жемчужинки.
- Брось меня! – хрипло взвизгнула девушка.
- Ни… за… что! – процедил Билли, чувствуя, как медленно соскальзывает, влекомый добавочной тяжестью.
- Брось, говорю! Оба… сдохнем…
Ее голос был уже едва слышен за стонами моря, свистом ветра, ревом левиафана и скрипом вот-вот грозящего развалиться флейта.
…Не удержу!..
…оба сдохнем…
…Там, внизу, слышен нечеловеческий вопль. Вопль еще живого, мыслящего тела, ощутившего вошествие смерти и ее неотвратимость...
…Из единой шевелящейся массы тянется окровавленная рука… Тянется, судорожно дергаясь, ища ту самую соломинку… ища и не находя… Исчезая в скопище белесых, непрерывно шевелящихся крабов…
…Рея рогатиной давит на живот…
…НЕ УДЕРЖУ!!
- Не-смей-отпускать!!! – проревел Билли, из последнейших сил сгибая руки, последним рывком… – НЕ СМЕЙ ОТПУСКАТЬ! – глаза сами собой зажмурились до боли, тело взорвалось тысячью осколков, «Летучий Голландец» издал последний стон и разлетелся мириадами пыли и плесков, море перевернулось и разверзлось, на прощание полыхнув взглядом отливающих золотом женских глаз, темнота выскочила и впилась когтями, точно хищник из засады…
…но рук я не разжал…

*Флейт – вид судна, к которому относится «Летучий Голландец».

[Li Nata]

* * *
Медленно, с болью – ресницы слиплись от перемазавшей все лицо слизи – открыть сначала один глаз, затем второй.
И увидеть впереди гладкую деревянную бесконечность, расчерченную на доски палубы.
И пучки чьих-то чужих, рыжеватых волос, лезущих в глаза почему-то тебе.
И руки, онемевшие от долгого напряжения руки… И гибкая изломанная фигурка на мокрых гладких досках.
- Марго?.. – Билли не узнал свой собственный голос. Сиплый, глухой – как из завитой раковины протрубить.
- Мы… упали?.. Оттуда? – напарница, воровайка, мятежница, юная пиратка – в общем, просто Маргарита-Жечужинка Морган дер Крайгер, - задрала лохматую голову, глядя на угрожающе скрипящие мачты флейта, к топу грота…
- Какая разница, - промолвил Билли. Отчего-то все слова разом разлетелись с его языка, точно стая испуганных чаек, а мысль о том, что наконец все ДЕЙСТВИТЕЛЬНО кончилось, приятно щекотала сознание… Билл встал на ноги, протянул сидящей напарнице руку, поднял и ее. – Давай вернемся. Не впервой вдвоем управлять кораблем?..
Марго улыбнулась. «Летучим Голландцем» можно управлять и в одиночестве – достаточно быть его наследником…
И вскоре призрачный флейт медленно тек по волнам навстречу трем ожидающим его у горизонта парусникам.
Билли стоял за штурвалом.
- Слушай, Марго, - вспомнил юноша, - ты ведь тогда пошутила, когда сказала, что твоя мама – обычная?
- Почему ты так решил? – хитро прищурилась девушка. Она сидела рядом, на планшире.
- Ну… кажется! Не может у пиратки быть обычной мамы.
- Правильно! – засмеялась Марго. – У пиратки мама может быть только тоже пираткой.
- На своем собственном корабле?
- Угу. У нее точно такая же бригантина, близняшка папиной. Только паруса не зеленые, а синие.
- А как твою маму зовут?
- А зачем, хочешь предложение делать? Сейчас ее зовут Амалия Морган. Добропорядочная жена добропорядочного торговца.
- А раньше? По-другому, что ли, звали?..
- Раньше – Лиана, Лиана дер Крайгер, гроза испанского флота, краса и гордость Фландрии и Голландии, - мечтательно протянула Марго. – Когда-то ходила с командой Флинта за сокровищами, спрятанными на Острове Кидда. Много тогда славного народа собралось… Среди них, кстати, и твоя… Кхм, сказать «бабушка» язык не повернется… Любовь твоего деда, в общем, некая рыжуля по имени Гелла-Лилит Альтаир. Они с мамой очень дружили.
- Понятно…
- Он так боялся смерти, что сумел остаться на борту «Голландца» в своем собственном теле, - вдруг тихо проговорила юная пиратка.
- Ты это о ком? – удивился Билли.
- О Беккете. Он ведь и был не мертвый, единственный на борту. Но и живым он был быть НЕ ДОЛЖЕН… Наверное, поэтому Морской Дьявол и не почувствовал его присутствия.
- А сейчас?.. – Билли почувствовал запоздалую ватность в ногах – как подумать, каким жутким образом проклятый лорд встретил свою смерть…
- Никто не способен бросить вызов стихии, - задумчиво сказала Марго. – Боги живут далеко от людей, а сейчас отдаляются все больше и больше… Но все-таки иногда находят время напомнить о себе. И никакой Источник Жизни не поможет. По крайней мере, в этом случае. Ведь он – только для таких случаев, когда тебе ДЕЙСТВИТЕЛЬНО нужна жизнь. Ну там, незаконченные дела, или если нужно ждать мужа из плавания по десять лет. Источник Жизни – это еще не сама жизнь. А просто так, сама по себе, эта аква-вита - просто вода. Это как тренировочные клинки – если они висят на стене, мышц у тебя не прибавится. Или деньги – сами по себе они ничем не помогут, их надо тратить. И жизнь надо тратить толково…
Марго замолчала. Билли, изумленный таким красноречием, обернулся – глаза подруги мечтательно золотились… И вдруг мигнули, загорелись прежним, бесячьим огоньком, а их обладательница капризно-озорно протянула:
- А вообще, какого черта вы меня так долго спасали?? Между прочим, слушать этого лорда с манией величия было чертовски скучно!
Билли едва не ахнул, сраженный в самое сердце. Ты тут жизнью рискуешь, со всеми имеющимися в наличии взрослыми ругаешься, на спине морского змея на выручку мчишься, а она!.. Сердцем чужим, как котенок клубком играет – то коготки запустит, то игриво лапкой оттолкнет, то по ниточке раздирает… Оскорбленный юноша едва не кликнул левиафана – уплыть самому на «Императрицу», а наглую девчонку оставить на флейте, пусть сама выкручивается… Но сдержался, лишь больше нахмурившись.
В молчании они добрались до трех кораблей. В молчании перебрались – Билли на «Императрицу», Марго – на «Авантюру». Барбосса же, весьма довольный, поспешил занять место у штурвала «Голландца». Вопросов никто не задавал – не такое было у взрослых настроение… Взрослые, они вообще очень многое упускают из виду. Иногда к сожалению, иногда- к счастью. Вернулись детишки живы-здоровы – и ладно.
Из пышных юбок Тиа-Дальмы на свет явились навигационные карты покойного Сяо-Фенга. И четыре корабля, выстроившись в линию, двинулись туда, где на карте держали причудливую чашу ангел и скелет с косой…
А позади, перекатываясь кольцами, плыл сверкающий чешуей левиафан…

Утес, поднимающийся над морем, все так же напоминал гнилой зуб гиганта - узкий, бесформенный, с зияющими расщелинами, такой же пустынный. Такой же, как и пятнадцать лет назад.
Однако озерцо у подножия скалы оказалось пустым.
- Что за… - вспылил было Барбосса. Маленькая ведьма нежно коснулась его локтя:
- Потерпи, Гектор. Пятнадцать лет еще не прошли… По крайней мере, полностью. Дотерпи до рассвета – осталось не так уж и много…
На горизонте уже вычерчивалась узенькая ниточка расплавленного золота. Она росла, расширялась, бросая отблески на довольное лицо колдуньи, и наконец сильным толчком оторвало себя от линии моря и свободно заблестело в небе…
И в лунке под скалой что-то зажурчало, запело… Из самого центра ударила, наполняя озерцо, веселая струя не то жемчужной, не то серебристой жидкости пульсирующей, как живая…
- Она… - благоговейно произнес Джек, готовый ринуться обеими горстями хлебать драгоценную влагу. Тиа-Дальма протестующе подняла тонкую руку:
- Источник не терпит ссор и раздоров. Разве ты, Джек, и ты, Гектор, не убедились в этом в прошлый раз?..
Два капитана переглянулись.
- Подойди сюда, малыш, - обратилась морская ведьма к Билли. Тот подошел, но насупился:
- Я не малыш…
- Если уж для меня даже Джек с Гектором малыши!.. – залилась смехом жрица богини Калипсо. – Зачерпни.
Билли послушался, дивясь радужному перламутру в своей ладони.
- А теперь выпей.
Билли поднес ладонь ко рту, глотнул. Вода как вода, обычная, ключевая, прохладная. Ничего сверхъестественного…
- Теперь ты, девочка.
Марго шагнула к источнику. Следом из Источника испили супруги Тернеры, а после – одновременно шагнули Джек и Барбосса.
- Дважды – зачем? – взмахнула ресницами Тиа-Дальма.
- Как это дважды, мы же только по капле!.. – возмутился Джек.
- Но все же выпили, - наставительно произнесла Тиа-Дальма. – Сколько бы вы ни выпили, каплю или пригоршню – результат будет тот же… Источник не прибавит ничего нового тому, кто уже пил из него…
- Но старое-то только продолжит!.. – не унимался Барбосса. Отмахнувшись, маленькая ведьма приглашающе протянула руку Моргану. Тот не шевельнулся:
- Зачем? Жизнь лишь тогда имеет смысл, когда она конечна. И как я вернусь на корабль бессмертным, зная, что вся моя команда – смертна? Еще одного «Летучего Голландца» Карибское море, пожалуй, не выдержит.
- Ну что ж, - вздохнула Тиа-Дальма. – Тогда, если Эликсир Жизни все же кому-то из вас – для себя или для других, неважно, - понадобится, вы знаете, где его искать.
- Ты возьмешь его с собой? – удивилась Элизабет. – Разве такое возможно?
- Возможно. Унести с собой, налив его в то, что украли один раз, второй раз отдали добровольно, а в третий раз – тоже отдали, хоть и без согласия. – Ведьма хитро сощурилась.
- Что за белиберда?.. – вымолвил Джек. А Билли старательно думал… Что-то ему это напомнило… Но что?...
- Кошелек! – воскликнул он. – Кошелек, на Тортуге!.. Марго мне еще втирала, что пиратство – дело не такое уж и ужасное! Ну да, его украл какой-то воришка, а чтобы не попасться, сунул мне. А потом Марго его у меня выхватила! Я хотел отнять, только не до этого стало. Ты его не потеряла?..
Марго молча порылась в карманах и достала потертый, засаленный кошелек. Маленькая ведьма взяла его, аккуратно расправила, зачерпнула горсть сияющей жидкости и перелила в кошелек. Ни капли не просочилось наружу. И так – пока кошель не наполнился, а лужица Эликсира Жизни не пропала совсем, исчерпав положенное ей время.
Тщательно завязанный кошель исчез в складках юбки, а на смену ему появилось нечто, похожее на отлитую из чистого золота печать.
- В мире остается все меньше чудес – а те, которые остаются, часто служат во вред. Это – артефакт под названием Печать Цербера. Если приложить ее к чему-либо, то оно замкнется навеки, и лишь тогда откроется, если Печать или нечто с ее оттиском приложить к замкнутому.
- Ты хочешь!.. – Возмущенно начал Джек.
- Не хочу, но надо, - мягко улыбнулась маленькая ведьма. – Разве не убедился ты сам, что будет, если Эликсир Жизни попадет в дурные руки? Как, например, лорда Беккета. И еще повезло, что он не успел натворить бед… Нет, я запечатаю Источник, и никто и никогда не получил ключа к Источнику Вечной Жизни…
Колдунья опустилась на колени и приложила к расщелине золотую печать. Та словно покрыла все на пядь вокруг тонкой сияющей пленкой – и пленка тут же обернулась каменным монолитом. Тиа-Дальма подняла печать.
Источник Жизни был сокрыт на века.
- Ты будешь хранить ее у себя? – невинно поинтересовался Джек. Маленькая ведьма засмеялась.
- Нет, в куда более надежном месте. Я не забыла ни перстней, ни прочих безделушек, которые ты, клептоман, то и дело у меня таскаешь. Я же сказала – никто и никогда не получит золотой печати.
Она прошлась по камням - они, как и пятнадцать лет назад, грели – выбрала местечко погорячее, и аккуратно поставила туда Печать.
Та тотчас начала плавиться, точно свеча под собственным огнем, точно кусок масла на сковороде.
Тиа-Дальма улыбалась.
- Никто и никогда… - повторил капитан Джек Воробей.

* * *
Две шлюпки подходили к стоящим на рейде кораблям.
В одной сидели Тернеры, Джек, Морган, Тиа-Дальма. В другой – Барбосса, несколько человек из его команды и запрыгнувшая в последний момент Марго.
Люди из первой шлюпки разошлись по своим кораблям – а вторая, не высадив никого, так и повернула к «Голландцу».
В этот-то момент у Билли и екнуло тревожно сердце…
Нет, уверял он себя, она просто не поместилась в первой шлюпке, вот и села к Барбоссе. Сейчас новая команда корабля-призрака займет свои места, а по-прежнему весело ухмыляющаяся Марго-Жемчужинка заберется на борт «Авантюры». Еще, наверное, всю обратную дорогу будет строить рожи с мачт… Ну не может быть по-другому, просто не может… Почему? Да потому что не может быть никогда! И все тут… Это же она… ну, просто она… с которой он столько всего пережил… спиной к спине стоял. Обманы ее прощал… На какой-то миг взгляды двоих подростков пересеклись, и Тернер-младший почувствовал, что, крикни она ему хоть слово – он бы головой вниз кинулся бы в сизые волны и в два гребка добрался бы до шлюпки… Одно только слово… - И тут же опустил глаза, как будто в них можно было прочесть его мысли. Нет, этого не понадобится, правда же?.. Она сейчас вернется… Вот сейчас, - убеждал он сам себя. Вот увидишь…
Но с каждым новым всплеском волн, потревоженных веслами, уверенность Билли таяла. Вот лодчонку почти вплотную подвели к облепленному водорослями, блестевшему борту. Вот кто-то из ребят попроворнее вскарабкался на судно по упавшему канату и сбросил штормтрап. Через пару минут в шлюпке осталась одна Марго – все остальные успели подняться. Юная пиратка, встав на ноги, застыла в нерешительности.
- Марго! – Барбосса, шедший последним и еще не добравшийся до фальшборта, оглянулся. – Ты с нами?
Девушка явно мешкала. Ее взгляд беспорядочно скользил, останавливаясь то на мачтах «Голландца», то на «Авантюре», то на лице Билли. Она попыталась поймать его взгляд – но почему-то парень, как ей почудилось, упорно отворачивался. Ей подумалось, что, подними он глаза – они прожгут ее насквозь… Как и глаза всех остальных. Что было в этих глазах – ненависть, презрение, просто разочарование?.. Это для нее было неважно. А важно было только одно…
…Черт побери, скажи только одно слово! Пока я не решилась окончательно… Одно слово! Скажи, пожалуйста, скажи!..
- Ну же, девочка! – с нажимом повторил Гектор. – Решайся…
Глупая маленькая девочка, мечтающая добраться до таких высот, которые и не каждому мужчине удастся…
Маленькая обманщица, возомнившая себя грозой морей и сломавшаяся на первом же шторме…
Посмешище, жалкое в своей неудавшейся наивной интриге…
…Но, то, что было в ЕГО взгляде – ранило ее сильнее любого клинка…
Барбосса спустился на пару шагов вниз, оторвал одну руку от штормтрапа и протянул ей.
- Здесь для тебя ничего не осталось!
Марго обернулась, бросая прощальный взгляд на тех, кто еще смотрел на нее… Протянула одну руку Барбоссе, а другой схватилась за штормтрап.
…За тем, как отходил прочь «Летучий Голландец», наблюдали по-разному. Уилл – с долей сочувствия. Элизабет – с тревогой и страхом. Джек – насмешливо прищурившись, но, в конце концов, кто знает, какую эмоцию скрывала его обычная маска… Тиа-Дальма – с холодным спокойствием…
А Билли Тернер – с тем же знакомым покалыванием в сердце. И пустотой…
У штурвала проклятого корабля ему помстилась хрупкая девичья фигурка в облаке выгоревших до рыжины волос…

* * *
После титров

Взрезая острым килем непокорные волны, по темной сини стрелой летело трехмачтовое судно. Тугие черные паруса, пестрящие заплатками, едва не лопались из-за наполнявшего их ветра.
Позади остались «Авантюра» и «Императрица». Капитан первого, в смятенных чувствах, спешил домой, в Нью-Провиденс, к красавице жене. Супруги Тернеры же подрядились отвезти в дельту реки маленькую ведьму, а уж после – на Тортугу, наверное… Ну что ж, еще свидимся! Даже наверняка.
Капитан Джек Воробей уверенно сжимал штурвал одной рукой. Правой. Левую он, удовлетворенно улыбаясь, поднес к глазам.
Жизнь пиратская – монетка разменная, шрамом меньше, ожогом больше – какая, к Морскому Дьяволу, разница! Тем паче если ожог – не простой, а в прямом смысле золотой! Джек только усмехался, вспоминая, каких трудов ему стоило не выдать себя сдавленным криком. Зато сейчас – единственный оттиск Печати Цербера при нем! А это значит, что к Источнику Жизни можно будет наведаться еще не единожды…
Капитан Джек Воробей мечтательно смотрел на манящий горизонт и напевал:
- Удача при мне… Так выпьем же чарку, йо-хо!

* * *