Невидимая сторона. Часть 3

Фанфики с рейтингом NC-17 НЕ РЕКОМЕНДУЕТСЯ ЧИТАТЬ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИМ. Предупреждаем авторов, что размещение таких фанфиков в общем разделе запрещено.

Модераторы: piratessa, ovod, Li Nata, Ekaterina

Ответить
Сообщение
Автор
Аватара пользователя
Лунный Ирис
Сообщения: 24
Зарегистрирован: Вт фев 28, 2012 9:07 pm
Реальное имя: Саляхова Рената
Откуда: Сочи
Контактная информация:

Невидимая сторона. Часть 3

#1 Сообщение Лунный Ирис » Вс авг 18, 2013 2:54 pm

Название: Невидимая сторона. Часть 3
Автор: Лунный Ирис (Саляхова Рената Артуровна)
Фэндом: Фанфик по фильму "Пираты Карибского моря", аниме "Тёмный дворецкий", аниме "Хеллсинг", аниме "Кровь окаянного пса"
Бета: нет
Жанр: джен, ангст, романтика, фантастика, психология, стихи
Пейринг: Дарис Нисс (Гробовщик)/фем! Грелль Рэдклифф, Джек Воробей/Анжелика Тич
Рейтинг: G
Размер: миди
Содержание: Третья часть завершает мой цикл фанфиков на данную тему. Несомненно, кого-то этим огорчу, кого-то обрадую… Но в любом случае, дорогие читатели, бывшие со мной это время, готовьтесь к тому, что «Восход Луны» расставит всё (или почти всё) по своим местам и наконец сдёрнет завесу с тайн фанфика под названием «Невидимая сторона».
Предупреждения: ООС, ОМП, ОЖП, насилие
Статус: закончен
Дисклеймер: права на героев ПКМ принадлежат Диснею. Права на прототипов аниме-персонажей - мангакам Яне Тобосо, Сугуро Тяямати и Коте Хирано
Комментарии: viewtopic.php?f=4&t=1956


ЧАСТЬ 3. ВОСХОД ЛУНЫ

Глава 1.

Огонь разгорался в камине всё ярче. Выписывал причудливые узоры на стенах, наполнял комнату живительным теплом, плясал озорными искрами в чёрных глазах Лукаса. Как всегда растянувшись у ног своей владелицы в этот зимний вечер, он не сводил с пламени взгляда.
- …Ты уверен? – возобновила, видимо, прерванный разговор Интегра, устроившаяся в кресле с книгой.
- Да, хозяйка. Я бы ни за что не поверил сагрину, если бы не убедился на собственном опыте: угроза, исходящая от того, кто прежде назывался Легендарным Ирисом, теперь реальна, как никогда.
- Но ведь он может и не знать о своих новых способностях.
- Поверьте - ему не потребуется много времени, чтобы их открыть. – волосы разметались чёрным шлейфом, когда Алу резко обернулся к девушке. – И тогда будет уже слишком поздно что-то менять.

Интегра помолчала.
- Какова вероятность того, что ваши силы на равных?
- Сорок на шестьдесят в мою пользу. Кто бы ни изготовил его Арео-модуль, верная технология только одна.
- А если что-то всё же пойдёт не так?
Кроуфорд провёл пальцем по длинному стволу оружия, лежащего на столе.
- В этом случае я подарю ему быструю и лёгкую смерть. В конце концов, мы прошли один и тот же путь… Однако я, конечно же, не спущу курок без вашего ведома.
- Тебе самому-то хочется его спускать? – леди Хельсинг укоризненно на него посмотрела.
- Живое Оружие не прислушивается к своим желаниям. Оно лишь делает то, что необходимо.
- И ты легко отнимешь жизнь у человека, который и так довольно намучился?
- Если будет необходимость, да.

Больше девушка ничего не спросила. В сущности, ей нечего было удивляться хладнокровию Лукаса – шесть лет сурового «воспитания» у её отца сильно изменили характер тогда ещё семнадцатилетнего юноши. И хотя Алу пока ни разу не проявил необоснованной жестокости, Интегра, унаследовав дом Хельсингов, всё же волновалась, как бы он однажды не вышел из-под контроля. Ведь привязь, на которой его держал Артур, она сняла добровольно.
- В таком случае, иди, Кроуфорд. Но помни – здесь не ты принимаешь решения.

Когда тагурец с поклоном удалился, прихватив пистолет, девушка обратилась к вошедшему в зал пожилому мужчине:
- Уолтер… как думаешь, я поступаю правильно?
Тот улыбнулся:
- Почему вы спрашиваете меня? Я лишь скромный дворецкий.
- Однако ты рядом со мной с самого детства. И ты же неоднократно давал советы отцу.
- Что ж… если вам нужен совет, в данном случае скажу так: права отнимать жизнь у лорда Кроуфорда нет. Особенно ту жизнь, что загорелась снова ценой огромных усилий. Но, тем не менее, нельзя отрицать, что бывают ситуации, когда ради общего блага необходимо идти на жертвы.
- Жертвы? – тихо повторила Интегра. – Неужели нет способа избежать их совсем?
- Вы можете попробовать это сделать. Однако не забывайте, что ваш противник сейчас равен Кроуфорду. А опаснее Алу нет никого в Четырёх Великих Державах.

Добавлено спустя 3 минуты 13 секунд:
Глава 2.

«Раньше я наивно полагал, что знаю о Дарисе всё. Те секреты, которые он не раскрывал сам, всегда (или почти всегда) раскрывала Грелль. А при нашей первой встрече мне не давал покоя лишь один вопрос: откуда пришёл этот странный, нелепый, но поистине мистический человек? И вот теперь, когда я узнал это, количество вопросов увеличилось вдвое…»
- Эй, кэп! Сегодня же праздник, чего такой хмурый?
Пират подскочил от мощного шлепка по спине. Бард весьма наивно считал сей жест дружеским, однако давать ему сдачи сейчас не хотелось.

Джек обвёл взглядом кухню, где сидел за Рождественским ужином вместе с прислугой. Только Рэдклифф было позволено присутствовать на балу, который давал у себя в особняке юный граф. Если бы он знал, что мысли девушки тоже были далеки от веселья!..
- Бард, можно тебя кое о чём спросить?
- Валяй. – прорычал повар, не отрываясь от куриной ножки.
- Вот скажи… что бы ты делал, если бы какой-нибудь человек помог тебе благополучно устроить жизнь, а сам при этом остался несчастным?
- Хе-хе, ясен пень: постарался бы отплатить ему тем же!
- А если отплатить нет возможности? Если его собственная жизнь поломана так, что ничем уже не исправишь?
- Знаешь, - задумчиво отвечал мужчина, - до того, как Себастьян пригласил меня сюда работать, я был солдатом и воевал в Гарие. Вот почему я ни фига не умею готовить, зато умею шарахать из пушек по чему попало. На войне я не раз был свидетелем страданий людей. Одни умирали быстро и безболезненно, другие перед смертью здорово мучились, а третьи становились калеками до конца своих дней. Иначе, как чудом не назовёшь то, что меня всё это не коснулось, однако солдаты защищали не только Родину, но и друг друга. И вот когда я остался единственным выжившим из своего отряда, решил: раз на крови этих славных парней построено общее и моё личное благополучие, я и в мирное время буду продолжать служить им с полной самоотдачей.
- Но ведь они мертвы…
- Нет, Джек. Они продолжают жить в своих близких, которые остались на этом свете. Вот почему моя задача – защитить их. Это и будет платой павшим товарищам. А если человек, спасший твою жизнь, сам всё ещё жив, ты и только ты в состоянии сделать его по-настоящему счастливым, в каком бы сложном положении он ни находился.
- Точно, точно! – подхватил Финни, слушающий их разговор. – Тем более, сегодня же Рождество! Загадай желание, попроси помощи в осуществлении своих замыслов, и всё обязательно сбудется!
- Ты уверен? – улыбка Воробья вышла грустной.
- А разве не веришь, что в такой праздник случаются чудеса?

* * *

- Спасибо вам большое! С Рождеством!

Ганджи бежал по улице, насвистывая себе под нос какую-то весёлую песенку. В его руках был зажат аппетитно пахнущий свёрток, который только что вручила торговка. «Ину всегда нравилось шоколадное печенье. Надеюсь, успею к нашему убежищу до того, как оно остынет!»

Неожиданно его внимание привлекли двое полицейских, беседующих в переулке. Не сдержав любопытства, парень прислонился к стене соседнего дома и, надвинув капюшон на глаза, приготовился слушать.
- Ещё одно убийство? – спрашивал один из них.
- Да. – его сослуживец покачал головой. – Уже тринадцатый жестоко изувеченный труп… Но знаешь, сегодня, говорят, нашли живого похищенного.
- Не может быть! Скар же всегда тщательно заметает следы!
- Я и сам не поверил сначала, однако в Рождество воистину творятся чудеса! Правда, ещё неизвестно, выживет ли этот бедняга… Врачи говорят, что состояние тяжёлое.
- Но если выживет, его показания могут помочь нам наконец прищучить серийного убийцу! Мы уж без малого три года за ним гоняемся.
«Серийный убийца? Скар?» - мысли Баркинса перескакивали с одной на другую. - "Кажется, я про него уже где-то слышал…»
- Кстати, а как парня зовут? – прервал его размышления второй полицейский.
- Пока никто не знает. Личность не установлена (ещё бы – так изуродован!) и в сознание не пришёл… Поэтому допрос сходит на нет, сам понимаешь. Эх, дай Бог, чтобы и вправду очухался!

Никем не замеченный, Ганджи покинул переулок. «Значит, Скар… Может ли он быть причастен к исчезновению Ириса? Если так, мне придётся заглянуть в местную больницу».

Добавлено спустя 32 секунды:
Глава 3.

- Грелль, что это с тобой?

Рыжик вздрогнула от резко раздавшегося голоса Михаэльса и обернулась. Себастьян вошёл в комнату и положил ладонь ей на лоб.
- Эй, ты что делаешь?
- Проверяю, здорова ты, или нет.
- А с чего бы мне быть больной?
- Просто за ужином ты вела себя подозрительно тихо. Никаких выходок, приколов, даже подлянок! Вот я и решил, что ты заболела.
Девушка рассмеялась и, отстранив его руку, стала убирать своё праздничное платье в шкаф.
- Сёба, неужели мне обязательно нужно подцепить какую-то болячку, чтобы выглядеть вдвое серьёзнее, чем я обычно бываю?
- Граф за тебя беспокоится.
- Так передай ему, что нечего волноваться!
- И беспокоюсь я.
С этими словами юноша обнял её.
- Расскажи, что тебя мучает? Мы же всегда были откровенны друг с другом, помнишь?
Рэдклифф положила голову ему на плечо и прикрыла глаза. Единственный по-настоящему родной человек, рядом с которым она чувствовала себя в безопасности...
- Я не мучаюсь, брат. Просто мои мысли то и дело возвращаются к тому несчастному, которого я подобрала сегодня…
- Ты молодец – вовремя его заметила. Я разговаривал с врачом в больнице. Он сказал: «Ещё бы чуть-чуть – и этот парень замёрз».
- Парень? – задумчиво переспросила Грелль. – Когда я согревала его, он даже не казался мне человеком.
- А что же это, по-твоему, было?

Возможно, Михаэльс сейчас посмеётся над её ответом… Однако девушка решительно подняла голову и, посмотрев ему прямо в глаза, сказала:
- Цветок. Цветок, красивее которого я ещё не видела.
Себастьян улыбнулся:
- Тебе показалось из-за метели.
- Метели не было и в помине, братишка. Я могла бы поклясться, что чувствовала аромат цветов! И та псина так точно не могла пахнуть!
- Кстати о псине… Сиэлю крайне интересно узнать, почему в окрестностях Шэнварда бегает безнадзорный кроу. Каждая из этих собак принадлежит лично Его Величеству, а на той даже ошейника не было.
- С кроу разбирайтесь сами. Он меня совершенно не интересует, в отличие от того бедолаги.
- А меня вот интересует, как ты не испугалась?
- Пёс не пришёл с тем парнем, но защищал его. – уверенно ответила Грелль. – Потому и позволил мне его взять, словно знал, что я могу о нём позаботиться. И ещё… помнишь, о чём мы с тобой говорили перед Рождеством?
Последняя фраза заставила Михаэльса чуть вздрогнуть.
- Так ты… Ну нет, и речи быть не может! Ты его не знаешь, он не знает тебя и ещё неизвестно, очнётся он, или нет! Зачем тебе эта морока, когда ты можешь потратить своё время на куда более достойного человека?
- Ты намекаешь на себя? – изумрудные глаза проницательно смотрели из-за стёкол очков.
- Хоть бы и так. – Себастьян обхватил ладонями её лицо. – Мы живём бок о бок уже довольно времени, Мина. При остальных слугах и графе мне было не обязательно показывать свои чувства, но сейчас говорю на полном серьёзе: только пожелай – и я сделаю для тебя гораздо большее, чем может сделать названый брат.

Несколько секунд Рэдклифф молчала. Затем одарила его улыбкой и чмокнула в щёку.
- Я вечно буду благодарна тебе за моё спасение. На свете нет никого, кто был бы мне столь же близок, как ты, но… эта близость не предполагает отношения, какие могут быть между парнем и его девушкой. Уж прости – мы слишком разные.
- А этот арксур? Думаешь, вы с ним похожи?
- Не знаю. Но я буду молиться, чтобы он выжил.

* * *

Свет в коридорах давно потушили, и большая часть больницы погрузилась во тьму. Горело лишь окно на нижнем этаже, в комнате для персонала, где оставались дежурные медсёстры. Одна из них – Сьюзен Келли – только что сняла с плиты весело зафыркавший чайник. Другая – Молли Тимс – поставила чистые чашки на стол.
- Ну и метель к вечеру разыгралась! Не припомню, когда ещё было такое холодное Рождество…
- И именно сегодня Браун велел мне оставаться на дежурстве! – Келли покачала седеющей головой. – Знал ведь, что завтра с утра должны приехать внуки.
- Слушай, а сколько их у тебя?
- Два месяца назад пятый родился. – в голосе женщины слышалась гордость. – До чего славные детки! Вырастут – будут такие же красивые, как их мама.
- Ха-ха, а папаша урод, что ли?
- Ну, не столь красив, как моя Мэри. До сих пор не могу понять, почему она выбрала именно его... Хотя, кто подлинно обделён красотой, так это парень, которого нам доставили сегодня.
Молли сочувственно вздохнула.
- Ты имеешь ввиду того бедолагу в жутких шрамах? Удивительно, что он ещё жив. Пневмония, огромная потеря крови, куча неизвестных препаратов в крови и всё вместе – на фоне физического истощения… Остаётся только гадать, что за садист мог сделать такое.
- А ты не знаешь? – понизив голос, спросила Сьюзен. – Полиция рассказывала о преступнике по кличке Скар, который уже несколько лет занимается похищениями людей. Жертв находили изрезанными скальпелями и замученными до смерти… Однако судьба, по-видимому, была благосклонна к этому парнишке, который каким-то чудом сумел спастись…
- Эй, тётеньки!
Обе вздрогнули, услышав голос из-за входной двери. В неё просовывалась золотистая макушка арксаирца.
- Тебе чего, мальчик?
- Не чего, а кого! – поправил Баркинс, снимая с головы капюшон и жадно глядя на чашку. – Чайку не дадите? А то сдохну прямо здесь от холода, и вам обеим влетит от начальства!
- Ишь, какой прыткий! – Сьюзен рассмеялась, наливая ему чай. – Вообще-то, часы посещения больных давно закончились… Но раз уж пришёл, заходи.
- Келли, ты что его привечаешь? – начала было Молли, однако слова застыли у неё в горле при виде жалобно блестевших голубых глаз парнишки. – А ты к кому пришёл, золотце?

Ответить на её вопрос Ганджи смог только тогда, когда перестал выбивать дробь зубами:
- Скажите, это ведь в вашу больницу доставили человека, которого сегодня нашли за городскими воротами?
- Да. Ты его знаешь?
- Дело в том, что примерно два года назад пропал без вести один мой друг… Вот я и думаю – уж не он ли это?
Медсёстры переглянулись.
- Я понимаю, чего ты хочешь. – сказала Сьюзен. – Но пускать ночью в палату посторонних нам строго запрещено.
- Очень прошу вас! – арксаирец умоляюще сложил перед ней ладони. – Я же просто посмотреть! И я вовсе не посторонний. Я ищу его целых два года, поймите…
Его моська сейчас могла разжалобить даже скалу. А сердца двух пожилых медсестёр и без того были отнюдь не каменные.
- Ладно, Келли. – снисходительно произнесла Молли. – Видишь же – мальчонка прибежал по такому холоду… Проводи уж его наверх, пусть посмотрит. Кроме того, Брауну всё равно велели разыскать родственников потерпевшего.

Ганджи так и подпрыгнул от радости. Правда, пока Сьюзен вела его на третий этаж, она всё же задала ему несколько вопросов.
- Парнишка, а где ты живёшь? И почему родители позволяют тебе поздно бегать по городу?
- Живу в Западном районе, тётенька. А родители… - Баркинс замялся, - ну, они не знают, что я здесь.
- Значит, ты без спроса ушёл из дома?
- Я просто очень хотел увидеть друга… Мы с ним были неразлучны до того, как он пропал.
- Ясно. И всё же, мой тебе совет – не убегай. Это может превратиться в привычку.
Скоро Келли распахнула перед ним дверь палаты. Ещё никогда Ганджи не волновался так сильно, как сейчас, переступая порог, одновременно боясь и желая увидеть того, кого искал столь долгое время. Все его желания, мечты и надежды на возрождение Ириса могли стать явью, или же рухнуть в единый миг.

Приборы чуть слышно попискивали, врезаясь проводами в иссохшую, покрытую ужасными шрамами кожу. Грудь, будто просвечивающая рёбрами, тяжело вздымалась и опускалась. Седые волосы, ещё спутанные и не расчёсанные, разметались по подушке и плотно закрывали глаза. Но отшатнуться арксаирца заставил вовсе не страшный облик.
- Нет аромата ириса…
- Что с тобой? Что ты сказал? – Сьюзен едва успела прервать его «поцелуй» с полом.
- Ничего, тётенька. – парень через силу выдавил улыбку. – Простите за беспокойство, это не он.
- Ты точно уверен?
- Да. Он и отдалённо не напоминает мне Дамиана.

Всё же, Баркинса сильно шатало, пока он спускался по лестнице вслед за медсестрой. Сердобольная Келли предложила проводить его до дома, однако юноша отказался по понятным причинам. Выйдя на улицу, он полной грудью вдохнул морозный зимний воздух, пытаясь скорее прийти в себя. Если вернётся в столь подавленном состоянии, Ину тотчас это заметит и начнёт беспокоиться…
- А ведь ты был моей последней надеждой.

Добавлено спустя 33 секунды:
Глава 4.

- Почему ты плачешь?

Руки матери легли на жалко дрожащие плечи. Она откинула с лица сына непослушную чёлку и заглянула в глаза, покрасневшие от тока слёз.
- Мне тяжело, мама… Ещё недавно я был бесконечно благодарен за своё спасение, но теперь изнемогаю и боюсь, что всё-таки скоро умру… И жить калекой для меня… - юноша обернулся назад, разглядывая будто сквозь туман собственное тело, лежащее в клубке проводов на больничной койке. – Каким образом я смогу служить людям в таком состоянии?
Ника ласково улыбнулась.
- Сын мой, никто не знает пути, который уготовили Небеса. Но знай, что здесь, на земле, остались те, кто любит тебя всем сердцем. Взять хоть ту девушку, что сейчас за тебя просит…
- Какую девушку? – удивился Нисс.
- Ты увидишь её, когда проснёшься. Её молитвы горячее огня. Если бы можно было представить их в виде языков пламени, они давно бы уже выжгли дотла всю твою боль. – ладонь легла на поседевшую макушку. – Так иди же к ней.
Парень едва заметно вздрогнул.
- Она не знает меня… и уже готова любить?! Я не заслуживаю…
- Не тебе решать, чего ты заслуживаешь, а чего нет. Сейчас перед тобой награда, подлинной ценности которой ты пока не осознаёшь. И не осознаешь, если и дальше будешь продолжать сдаваться.

* * *

Неделя святок, которую в Тагуре праздновали на широкую ногу, пролетела незаметно. Себастьян за это время даже как-то ослабил надзор за Воробьём. Может, понял, что бежать Джеку было некуда. А может, его куда больше волновала заметно притихшая Грелль. Обычно яркая, весёлая и взбалмошная, Рэдклифф сейчас выглядела серьёзной. Она мало разговаривала с дворецким и остальными слугами, подолгу просиживала у себя в комнате и почему-то ходила со стянутыми в хвост волосами, будто пытаясь унять их неистовый жар. Капитан «Жемчужины» тоже видел эту внезапную перемену, но спрашивать о чём-либо девушку не решался. Шестое чувство подсказывало ему, что Рыжик занята чем-то важным. Настолько важным, что по сравнению с этим все её прошлые заботы и увлечения просто меркли.

И только спустя неделю, он понял причину её сосредоточенности. Понял в тот вечер, когда они все вместе сидели на кухне, и в углу неожиданно зазвонил колокольчик, обозначающий, что юный граф требует к себе своего дворецкого.
- Разве господин не должен уже спать? – горничная Мэйлин с сомнением посмотрела на часы. – Всё-таки, час ночи…
- Уж не случилось ли чего? – забеспокоился и Финни. – Себастьян, давай я схожу с тобой!
- Сиди, где сидишь. – строго приказал Михаэльс, снимая со спинки стула пиджак и выходя за дверь.
Слуги обменялись беспокойным шёпотом. Грелль же с невозмутимым видом уткнулась в свою чашку. Впрочем, Воробей видел, как на дне её глаз, не прикрытых стёклами очков, вспыхивали искорки волнения.

Дворецкий вернулся намного раньше, чем все ожидали.
- Ну, что там, Себастьян? – ёрзая на стуле от нетерпения, спросил младший садовник.
- С господином всё в порядке. Куда важнее то, что ему звонили из городской больницы.
- И что же в ней случилось?
Джеку показалось, что кровь остановила бег у него по жилам.
- Тот парень, которого нашла Рэдклифф… Знаю, прозвучит невероятно, но его состояние резко улучшилось. Настолько, что послезавтра с ним, возможно, уже дадут поговорить полиции.

Никто, кроме сидевшего рядом пирата не видел, как счастливая и обессиленная девушка уронила голову на грудь. «Слава Богу, всё получилось!»
- Нам с графом тоже придётся задать ему несколько вопросов. – продолжал между тем Михаэльс. – Есть версия, что этот арксур – единственная выжившая жертва серийного убийцы по кличке Скар.
При последней фразе слуги вздрогнули все, как один.
- Скар? – испуганным шёпотом переспросил Финниан. – Тот самый маньяк, что замучивал похищенных им людей до смерти?
- Именно. И этот юноша может помочь нам взять след первыми.
- Ты практичен даже в подобной ситуации, да, братишка? – от взгляда Рэдклифф Джека покоробило.
- Это мой долг, как дворецкого. - показалось, или в голосе Себастьяна прозвучала ревность?

Добавлено спустя 33 секунды:
Глава 5.

Рэдклифф не принадлежала к числу девушек, которые излишне долго разбираются в своих чувствах. Её не волновало неведение относительно личности Нисса, подозрения по поводу Джека и недавнее признание в любви Себастьяна. Кому какое дело до этих мелочей, если самое важное событие уже случилось? Она хотела, чтобы жизнь, покидавшая тело арксура капля за каплей, возвратилась назад, и её желание исполнилось, заставляя сердце переполняться искрящимся ключом радости. Или, точнее, огнём, воплощением которого Грелль всегда себя ощущала.

Она вовсе не собиралась ждать, пока молодой господин и его дворецкий отправятся к незнакомцу за ответами на свои вопросы. У неё их накопилась вообще масса! И в частности, девушке очень хотелось узнать, откуда взялся в то морозное утро восхитительный аромат ириса.

Уставший Себастьян сегодня лёг спать пораньше, не забыв пожелать доброй ночи сестрёнке. Едва он сомкнул глаза, как Грелль выбралась из-под одеяла, одела заранее приготовленную тёплую одежду и на цыпочках прокралась мимо двери его комнаты.
- МЯУ-А-А-А!!!
Рэдклифф свечкой подпрыгнула от внезапно раздавшегося под ногами вопля. Кот, чья шерсть практически сливалась с тьмой, осуждающе смотрел на неё янтарно-жёлтыми глазами. На кошачьем языке это означало примерно следующее: «СОЙДИ С ХВОСТА, ДУРА!!!»
- А ты откуда здесь? – нахмурилась Рыжик, подхватывая животинку под лапки и поднимая на уровень своего лица. – Опять Сёба скрывает от графа свои маленькие слабости?
Приглушённо зашипев, котик сбил очки с её носа, оставив на память царапину, и ускакал по коридору, держа хвост трубой. Решив выдать Сиэлю тайну «братишки» в случае, если он наедет на неё за самовольную отлучку, Грелль продолжила путь. Однако стоило спуститься в холл, как её окликнул из темноты знакомый голос:
- Куда собралась на ночь глядя, милашка? Хоть бы бензопилу прихватила.
- Голову я и без пилы оторвать могу. – проворчала Рэдклифф, не оборачиваясь, но узнавая Джека. – А куда собралась – не твоего ума дело!
Пират улыбнулся, спокойно приблизившись к ней.
- Ну, зачем же так грубо? Я ведь просто спросил… Впрочем, о твоём пункте назначения догадываюсь.
- Да что ты! – как кошка, фыркнула Рыжик, поправляя цепочку очков.
- Да. Ты идёшь в больницу.
«А бомж-то у нас проницательный!» - мелькнуло в алой макушке, однако сказала Грелль совсем другое:
- И что с того? Сёбе разболтать собираешься, или прямо графу стучать побежишь?
- Нет, ты как была вздорной маленькой девочкой, так и осталась!.. – продолжал улыбаться капитан «Жемчужины».
- Что ещё за бредовые фантазии? Я сказала это потому, что ты ведь наверняка хочешь выслужиться перед Сиэлем, дабы он перестал тебя в чём-то подозревать и отпустил на свободу. Хотя… - девушка окинула его взглядом поверх очков, - вряд ли ты в самом деле хочешь скоро от нас уйти. Ты ж неплохо здесь прикормился!
- Тоже верно – хозяйские харчи всегда хороши. Но об этом позже. – Воробей подошёл вплотную, положив руку ей на плечо. – Тот парень, которого ты столь великодушно подобрала у ворот Шэнварда, напоминает мне одного моего знакомого… Вот и хочу сходить в больницу вместе с тобой – посмотреть, не он ли это.
- Знакомый? – задумчиво переспросила Грелль. – А какой знакомый?
- Ну, мы с ним путешествовали когда-то вместе. Можно даже сказать, были, как братья. Его звали Дамиан О Корнэлл.
- Первый раз слышу подобное имя… Он тоже был арксуром?
- Э-э… да! Только не седым, разумеется.
- А мне вот интересно, от чего мог преждевременно покрыться сединой этот юноша… - уже дорогой размышляла Рэдклифф, позволившая Джеку пойти с ней. – Да ещё такие ужасные шрамы… Странно, почему я вспомнила об этом только сейчас?

Воробей ничего не ответил, хотя на душе скребли кошки. До чего же хотелось рассказать девушке обо всём, что произошло с ней и Дарисом, кто он на самом деле и почему здесь! Но пират (пусть и с трудом) держал язык за зубами. «Не вмешивайся больше в ход его истории!» - так справедливо замечала Анжелика.

Добавлено спустя 1 минуту 5 секунд:
Глава 6.

Дежурная медсестра была, мягко говоря, ошарашена, когда среди ночи в приёмный покой ввалились растрёпанная девушка и потрёпанный небритый мужик с кучей бусин в волосах.
- Э-э-э... вам кого, уважаемые?
Грелль бухнула кулаком о стойку.
- Того парня, уважаемая, которого сюда доставили в Рождество!
- Но к нему запрещено проходить. - покачала головой медсестра. - Полиция велела никого не впускать, пока с ним не поговорит инспектор.
Девушка и пират многозначительно переглянулись.
- А что, если так... - Воробей положил на стойку кисет, доверху набитый (естественно, "позаимствованными") деньгами. - Вот вам небольшой презентик, и про приказ солдафонов забудем!
Сначала медсестра хотела возмутиться, как и положено законопослушной гражданке... Но потом, оценив размер кисета, поспешно спрятала его под халат и кивнула:
- До утреннего обхода у вас есть ровно час.

В больнице Джек никогда не был, однако быстро смекнул, что местечко это мрачное. Длинные коридоры, призрачно-белые стены, залитые светом Луны... В воздухе запах болезни, незнакомых лекарств, человеческих нечистот и, казалось, самих страданий, что способны в таком мраке принять собственный образ. Даже у пиратского капитана при виде всего этого сжималось сердце. И вовсе не потому, что он испытывал жалость к чужим людям - на них ему было плевать. Куда страшнее было то, что среди них находился тот единственный, ставший бесконечно дорогим ему и Анжелике человек, который пережил по их вине столько мучений. За это Воробья всё ещё терзали угрызения совести, молчавшей много лет, а теперь, благодаря Дарису, проснувшейся и начавшей враз высказывать то, что у неё наболело.
- Здесь... - негромко шепнула Рэдклифф, открывая белую дверь.

Палата, озарённая всё тем же сиянием ночного светила, выглядела почти мистически. Только привычного аромата ириса больше не было, и это заставило Джека поволноваться. В самом деле - он ведь уже успел привыкнуть к тому, что благоухание, идущее от волос Дариса, означало силу жизни в его с виду хрупком теле. А сейчас дивный запах исчез...

В отличие от Грелль, он не решился подойти к кровати, вокруг которой стрекотали приборы. Даже ему было больно видеть изуродованную, будто щетинившуюся костями плоть, с изрезанной кожей и бурыми кровоподтёками в области вен, куда несчётное количество раз мучители вонзали иголки. Он не смог бы заглянуть в ничего не видящие жёлтые глаза, прикрытые спутанной чёлкой. Он не выдержал бы осознания того, что Нисс, некогда его лучший друг, возможно, изменился до полной неузнаваемости. Если бы только Грелль знала, через что они в будущем пройдут вместе...

Но Рэдклифф, на своё счастье (или беду), ещё ничего не знала. Осторожно приблизившись к Дарису, она села на стул возле его постели. Изумрудные глаза прошлись по каждой складке одеяла, по каждому локону седых волос, будто столь мелкие детали могли поведать им историю этого человека, найденного морозным утром за городскими воротами. Кто он, зачем и откуда пришёл? Вот вопросы, вертящиеся сейчас во взбалмошной рыжей головке. А рука девушки уже проводила по бледному лицу, чётко повторяя линию шрама.
- Ты готов, Дамиан. - прозвучало в ушах последнее наставление матери. - Иди же и начинай жизнь заново.

Скрывшаяся было в тучи Луна вынырнула на свободу, только теперь почему-то осветила помещение особенно ярко. Каскад пепельных прядей вдруг вспыхнул серебристым светом под ладонями Грелль. От изумления та даже отдёрнула руки. А Джек почувствовал, как сердце у него забилось быстрее - аромат ириса возвращался. Однако сейчас он был настолько сильным, что даже не верилось, что такое хрупкое создание способно его источать.

Оставшиеся проводки сами собой спали с тела, будто освобождая его от тяжёлых пут. Душистые "лепестки" окутывали со всех сторон, превращая измученную плоть в цветок невиданной красоты. И напрасно здравый смысл, ещё оставшийся в некоторых частях мозга Рэдклифф, твердил ей, что это всего лишь игра света и тени. Потрясающее превращение происходило у неё на глазах, и она верила им гораздо больше, чем своему рассудку.

Джек же поразился исходящей от арксура силе, которую он ощущал каждой клеточкой тела. Он не сомневался, что пережитые ужасы изменили Нисса, но не думал, что настолько. Ещё больше его изумил вполне осмысленный взгляд, коим после чудесного "превращения", посмотрел на девушку Гробовщик. Нет сомнений - слепота исчезла.
- Кто ты? - смуглая рука вновь погрузилась в мягкие серебристые волны.

Добавлено спустя 31 секунду:
Глава 7.

Очарованная столь красивым и внезапным зрелищем, Рэдклифф, естественно, не заострила внимания на том, как легко вся аппаратура отсоединилась от тела Дариса, плотно скрытого завесой волос. А вот Джек обратил, и это его серьёзно обеспокоило. Что, если эксперимент Блейка всё же дал результаты?! В какой-то миг ему даже показалось, что он видит голубоватые отсветы вокруг Нисса.

Гробовщик, казалось, не понимал обращённого к нему вопроса. Он чувствовал лишь, как поглаживающие его макушку руки словно гонят прочь охватившее душу смятение. Подобное было приятно, но и только.
- Эй! - Грелль, конечно, никто не говорил, что с больными, чьё состояние лишь недавно стабилизировалось, так не обращаются, вот почему она бесцеремонно вздёрнула его за подбородок. -Невежливо молчать, когда дама тебя спрашивает! Ты вообще разговаривать умеешь?.. А-АЙ!!! ЭТО ЧТО?!!!

Как ни странно, у пирата сразу отлегло от сердца, когда он увидел знакомые, уже можно сказать родные слюни, двумя "водопадами" заструившиеся из уголков рта Нисса. Рыжик всё ещё оскорблённо верещала и пыталась оттереть заляпанные брюки, а он с улыбкой набросил одеяло на мелко задрожавшие плечи парня.
- Сама виновата. Нечего теребить человека, который даже толком не пришёл в себя.
- Его я теребить не буду, а вот тебя точно прибью, если скажешь, что это твой кореш!
Подобное сложно было говорить под взглядом мутных, уставших глаз, но капитан "Жемчужины" давно славился редким самообладанием.
- Нет. Я сразу понял, что он вовсе не Дамиан.
Последнее слово также не вызвало у арксура никакой реакции. Если не считать опять же знакомой и откровенно сумасшедшей улыбки, с которой он посмотрел на Грелль:
- Кхих!.. Я умею разговаривать...
Голос, сорванный криками боли, ещё не вернулся к нему и звучал хрипло. Однако искру жизни, разгоравшуюся внутри истерзанной плоти, уже нельзя было спутать ни с чем другим. Кризис благополучно миновал и Ирис, забывший о своей легендарности, возвратился в этот мир. Но каким именно возвратился?
- Подруга, - видя, что Рэдклифф собирается повторить вопрос касательно имени парня, Воробей удержал её, - не стоит сейчас нагружать его расспросами. Пойди-ка лучше принеси ему свежей воды.
Рыжик собралась было возмутиться, однако Дарис при виде пустого стакана сделал несколько судорожных глотков. Видимо, его и вправду мучила жажда.
- Сейчас, подожди минутку.

Как только она скрылась за дверью, Джек присел на кровать возле Нисса. Тот занервничал, явно чувствуя себя неуютно.
- Всё хорошо. Я не причиню тебе зла. Просто хочу кое-что проверить.
С этими словами он осторожно высвободил из складок одеяла его худую руку. Та была ощутимо напряжена, но капитана "Жемчужины" беспокоило не это, а крестообразный шрам на запястье. Он не был бы примечателен среди прочих, если бы не одно обстоятельство: точно такие же темнели на ногах и на другой руке, причём в строго определённых частях. Успокаивающе гладя арксура по голове, пират убрал пряди волос с его груди и едва слышно скрипнул зубами: самый большой "крестик" красовался в центре грудной клетки. "Плохо... Очень плохо! Но почему кожа в этих местах остаётся гладкой? В будущем Рэдклифф говорила мне, что чипы представляют собой нечто вроде металлических пластинок, вживлённых в плоть... Тогда их должно быть видно! Или они, по крайней мере, должны ощущаться!"
- Что ты делаешь?.. - Дарис наконец выдернул свою ладонь.
- Скажи, дружок, - произнёс Воробей, стараясь, чтобы голос звучал как можно спокойнее, - у тебя болит здесь?
Парень помотал головой и подтянул колени к животу, чтобы спрятать увечье. Однако вышедшие из строя приборы и голубое сияние в памяти Джека были ещё свежи.
- Не уходи от ответа! Ты сам не представляешь, насколько он важен!

Если бы у барона Карибского моря была возможность здесь и сейчас вырвать из тела Нисса ту дрянь, которой его нашпиговали в лаборатории "Миллениума", он бы сделал это, не задумываясь. И в тот самый момент, когда он снова потянулся проверить местонахождение чипа, память Гробовщика, дотоле молчавшая, услужливо подсунула ему один из самых страшных эпизодов прошлого.
- Остановись...
Полупрозрачные провода, лишившие Блейка конечности, в мгновение ока просочились сквозь шрам на груди. Воробей в ужасе замер, наблюдая, как каждый из них всё крепче опутывает его запястье. Один нажим - и голубоватые змейки вопьются в кожу, рассекая её до самых костей...
- А вот и я! - внезапно раздался с порога голос Рэдклифф. - Ну и больница - ещё бы дальше раковину привинтили!.. Эй, Джек, что тут у вас происходит?!

Добавлено спустя 2 минуты 20 секунд:
Глава 8.

- Зараза… - сквозь зубы процедил пират, оборачиваясь на голос.
Грелль села рядом и шутливо погрозила ему пальцем:
- Значит, тебе его можно теребить, сколько вздумается, а мне нельзя? Нехорошо, мужик, нехорошо!

Джек непонимающе воззрился сначала на девушку, потом на свою руку. Неужели Рыжик ничего не видела?! К его изумлению, так и оказалось, ибо проводки с молниеносной скоростью втянулись обратно под кожу, а сам Гробовщик припал к стакану с водой.
- Не спеши. – улыбнулась Рэдклифф, поддерживая посуду, чтобы парню удобнее было пить. – Ну, так что вы тут без меня делали?
Капитан «Жемчужины» пристально посмотрел на Грелль. «Наверное, будет лучше, если я ей расскажу… Всё-таки, ход истории Легендарного и без того исковеркан до неузнаваемости!»
- Меня просто обеспокоил шрам на его груди… почему-то не перевязанный. – поспешно сказал он, пока Дарис был занят водой. – Не удивляйся, Рэдклифф, но мне кажется, что именно он – причина одного таинственного явления…
- Да? Мне кажется, сейчас будет явление…

Рыжик слишком поздно поняла, какую допустила ошибку, дав арксуру попить: пустой желудок тотчас получил промывание и не замедлил сообщить об этом. Благо, под кроватью в каждой палате всегда находилась «утка», над которой парень и согнулся в приступе рвоты.
- Ну, ты молодец! – Джек едва успел удержать его от падения и с укором посмотрел на девушку. – Ладно, поговорим позже.
Та и сама была не рада, что принесла Ниссу эту злополучную воду.
- Прости меня. – шептала она, гладя дрожащие костлявые плечи. – Я правда не хотела…

Что-то до боли знакомое было в её движениях… Ну, конечно – именно так она вела себя, когда плавала с Дарисом на «Чёрной жемчужине»! Джек закусил губу. Неужели девчонка в самом деле полюбила Гробовщика, ещё даже толком не зная его?! «Да уж, как тут не поверишь в Промысел свыше? И мои скачки во времени не причём… Появился я бы здесь, или нет – это нисколько не изменило бы сути».
- Ты так и не назвал своего имени. – желая отвлечь арксура от начинающихся в пустом животе новых спазмов, сказала Грелль. – Как тебя зовут?

Этот вопрос поверг его в шок, прогнавший тошноту. Он вдруг осознал, что решительно ничего о себе не помнит. Не то, что имя – даже разговоры с отцом и матерью напрочь стёрлись из памяти. Вместо них перед мысленным взором возникали безобразные видения того, что он запомнил до того, как ослеп в лабораториях «Миллениума».
- Я…
Дрожь, бившая его до сих пор, усилилась.
- Я…
Жёлтые глаза меркли, будто снова теряя зрение.
- Я не помню…

Теперь тьма вокруг стала гуще. И всё тот же торжествующий отвратительный голос слышался из её глубины. Душу охватила паника – она сделалась незащищённой, как тело. Однако приступ почти животного ужаса исчез под мягким взглядом изумрудных глаз.
- Это не страшно. – Грелль крепко сжимала его худые пальцы. – Пусть твоя истинная суть остаётся внутри. А я буду называть тебя… Дарис.

* * *

Засунув руки в карманы, Ганджи неспешно шёл по улице. Прошло уже немало времени с момента его визита в больницу, но разочарование так и не покинуло душу. Ведь до встречи с незнакомцем парень практически на сто процентов был уверен, что это Легендарный Ирис! Увы, он снова разочаровался в своих ожиданиях…

Баркинс остановился у заброшенного торгового склада и, сдвинув на затылок капюшон, стал наблюдать за кружащими в воздухе снежинками. Зима выдалась настолько лютой, что в горах Шэнварда птицы падали с небес, замерзая на лету. Но арксаирцу хотелось верить, что даже в самом сердце этого жуткого царства холода всё ещё жил аромат Белых Цветов.

Внезапно он огляделся по сторонам. До дома, в котором нашли приют они с Шио, оставалось ещё два квартала, однако внутреннее чутьё не подвело Ганджи и в этот раз: где-то рядом притаилась опасность.

Совсем скоро фигура, закутанная в чёрный плащ, неспешно прошла к нему сквозь метель. Тёмные волосы каскадом рассыпались по плечам, жёлтые глаза, как прежде смотрели в самую душу…
- Ирис?!
Юноша бросился к нему и тотчас был отброшен назад сильным ударом в живот, заставившим согнуться пополам.
- Приятно слышать, что я стал на него похож, Баркинс… Только ты ошибся.

Добавлено спустя 31 секунду:
Глава 9.

Лезвия бангаков сверкнули в воздухе и провели по свежему снегу.
- Какие люди и без охраны! – насмешливо протянул Ганджи, хотя его нутро цепенело от ужаса. – Сто лет не пересекались, Лэри.
Арксур сделал шаг к нему.
- И сразу боевая стойка? Ты всегда видел меня насквозь, Солнечный.
- Видеть-то видел, да никак не ожидал, что ты способен на такую подлость. – глаза парня сердито блеснули из-под капюшона. – Это ведь ты поспособствовал исчезновению Ириса?!
- Не понимаю, о чём ты говоришь. Я лишь искал вас с Таммой. И врезал тебе справедливо, как полагается дезертиру.
- Ну, Шио я бить точно не дам. И мы вовсе не дезертиры! Разве можно дезертировать из армии, которой нет?
Недобрая улыбка появилась на лице Чёрного Ириса.
- Значит, вот как ты заговорил, живя на улицах?
- К твоему сведению, я с детства тут жил. И лучше сдохнуть под забором, чем работать на засранца вроде тебя!

С места они сорвались одновременно, и бангаки почти сразу полоснули по древку сверкающей алебарды, когда-то принадлежавшей Дарису.
- Зря стараешься. Оксбеллскую сталь тебе не пробить.
Пауэрс усилил нажим, оттесняя Баркинса к стене ближайшего дома. Ганджи не хотелось раньше времени признавать поражение, однако он понимал, что победа в этой схватке за ним вряд ли останется. Тем не менее, он принял боевую стойку, готовый сражаться до самого конца. Единственным, кого ему осталось терять, был Ину…

* * *

- Дарис?! – Джеку показалось, что он ослышался. – Грелль, почему ты решила назвать его так?
Рыжик недоумённо пожала плечами.
- А что тебя не устраивает? Дарис, и всё тут.

Если капитан Воробей правильно помнил, то во время их совместного плавания на «Жемчужине» Рэдклифф говорила, что это имя – единственное, что помнил о себе Гробовщик после того, как она его обнаружила. Однако сейчас из-за вмешательства пирата данное обстоятельство переменилось: Нисс забыл своё имя, и всё же получил назад из уст будущей второй половинки. Именно поэтому барону Карибского моря хотелось знать, каким образом оно закралось во взбалмошную рыжую голову.
- Нет, нет, устраивает, просто… откуда ты взяла такое слово?
Рука девушки снова погрузилась в серебристые локоны. Парень чуть вздрогнул от её прикосновения, но не сделал попытки увернуться.
- Знаешь легенду о цветке белого ириса? В детстве она была моей самой любимой.
- Знаю, конечно. Получается, ты решила назвать его в честь главного героя?
- А разве не находишь, что внешне они схожи? Да и аромат одинаковый.

Арксур, получивший имя, с интересом прислушивался к их разговору.
- Тебе-то самому нравится, если мы будем так тебя называть? – обратилась к нему Рэдклифф.
Душ из слюней был ей ответом. Правда, пришёлся в Джека.
- Надо полагать, нравится. – констатировал он, вытираясь. – Эй, приятель, что с тобой?
Видимо, даже недолгий разговор с ним и Грелль отнял у юноши силы. Девушка едва успела удержать его от падения мимо подушки.
- Всё хорошо. Ложись. Сейчас нам уже пора идти, но завтра мы обязательно навестим тебя ещё.
Пират, было насторожившийся, облегчённо вздохнул. Слава Богу, она не заметила реакции Нисса на резкое движение: проводки лишь мелькнули в воздухе и убрались так же резко, как появились. А на пороге возникла сердитая Сьюзен.
- Да уж, пора, ребятки! Не хотелось бы вас прерывать, но время не резиновое и пациенту нужен покой.
- Я вернусь. – улыбнулась Грелль, прежде чем исчезнуть в дверном проёме.

Добавлено спустя 33 секунды:
Глава 10.

- Эй! Ты какого кактуса вытворяешь, козёл?

Этот окрик заставил Лэри остановиться. Ганджи же видел на снегу только багровые разводы собственной крови. Но тот, кто был её краснее в тысячу раз, уже шёл вальяжной походкой навстречу его мучителю.
- Я, кажется, тебе задал вопрос, полукровка вонючая.
Пауэрс приподнял брови от подобной наглости. С тех пор, как он занял место Легендарного Ириса, ни один человек, включая придворных Каллиста, не смел так к нему обращаться.
- А ты хоть знаешь, с кем говоришь, бродяга?
- Конечно. - усмехнулся незнакомый парень. - С тупым арксуром, не понимающим тагурскую речь! И макулатуру я клал на то, кто ты есть на самом деле. Этот славный райончик мой и потому рекомендую убраться отсюда по-хорошему.
- Или что? - тоже с усмешкой поинтересовался Лэри.
Однако улыбка сползла с его лица и алебарда показалась уже не настолько надёжной, когда из темноты вокруг него выступили шесть, или семь внушительного роста головорезов, а точно между глаз смотрел пистолет незнакомца.
- Или я буду долго наслаждаться видом твоих мозгов на белом снежочке. Вали по-хорошему, ушлёпок, а мальчишку оставь нам в качестве залога твоей распостылой жизни. Живо!
К чести Лэри, он без колебаний выдержал пару-тройку выстрелов себе под ноги, после чего свернул "лепестки" алебарды. Затевать драку, когда на стороне противника численный перевес, было бы, по меньшей мере, неразумно.
- Я тебе это ещё припомню. - сквозь зубы процедил он, растворяясь во мраке.

Баркинс же почувствовал, как его поднимают с земли сильные руки.
- Пацан, ты в поряде?
Две пощёчины и комок снега в лицо заставили арксаирца окончательно очнуться. И первое, что он увидел, были горящие задором изумрудные глаза Данте.

* * *

Из больницы Грелль возвращалась счастливая, зато у Джека голова шла кругом. Он и не ожидал, что их с Анжеликой вмешательство запутает всё так сильно! Смерть чудесным образом обошла Гробовщика стороной... Однако за два года вместо одного "Миллениум" завершил-таки своё чёрное дело. Воробей ни секунды не сомневался в том, что виденные им проводки были Арео-модулем в теле Нисса. "Вот зараза... Если эту дрянь действительно питает энергия человеческого тела, то отключить её можно лишь убив Дариса! Нет, на такое я пойти не могу..." - он вспомнил обвившие его руку "элейки". - "Но даже Рэдклифф сегодня была в опасности. Для того, чтобы всецело контролировать чип, носителю надо, по крайней мере, пребывать в здравом уме... А рассудок Гробовщика замутнён сильнее, чем когда мы с ним первый раз встретились. Хорошенький расклад, ничего не скажешь! И одной только силой любви тут не обойдёшься." - он взъерошил свою и без того растрёпанную гриву ещё больше. - "Да уж, в жизни я успел наделать ошибок, но самыми крупными из них были две: бросить Энжи и вмешаться в судьбу Нисса..."
- Не соизволите объяснить, где вы шлялись? - вывел из раздумий знакомый голос.

У ворот особняка их встречал заспанный и явно рассерженный Себастьян. Рыжик тут же невинно хлопнула ресничками и калачиком покатилась к нему:
- Сёба, доброе утро! А мы тут с Джеком ходили мусор выкидывать...
- Правда? В четыре часа? - тот вскинул бровь.
- Э-э-э... ну, это ж самое подходящее время! Все пока спят, запах из мешков никого не беспокоит, да и мусоровоз проезжает как раз!
- Если мусоровоз и проедет в ближайшее время, то только за тобой! Ну-ка, пошли.
С этими словами парень взял её за ухо и потащил в дом, взглядом велев пирату следовать за собой.
- Лучше признайся честно, куда вы бегали. Впрочем, я уже начинаю догадываться...
- Эй! Если догадываешься, то зачем спрашиваешь? АЙ-ЯЙ, БОЛЬНО!!!
- Не ори, дура - графа разбудишь!

Однако стоило им войти в холл, поместья, как с лестницы спустился Сиэль. Тоже заспанный, тоже растрёпанный, но на счастье Грелль, пока не злой.
- Себастьян, что тут у вас происходит?

Добавлено спустя 54 секунды:
Глава 11.

В этот же момент под ногами девушки очень удачно прошмыгнула кошка.
- А происходит вот что, любезный граф… Сёба опять таскает в поместье животных без вашего разрешения! – выдала она, подхватив животинку под лапки.
Лицо мальчика осталось невозмутимым, зато пират и дворецкий округлили глаза.
- Не ожидал, что ты способна на такую пакость!.. – сквозь зубы процедил Михаэльс.
- Ты меня вынудил, братиш! – не осталась в долгу Рэдклифф, продолжая тискать зверька.
Парень только вздохнул и обратился к Сиэлю:
- Прошу прощения, что скрывал это от вас, молодой господин. Обещаю – впредь подобного больше не повторится…
- Прибереги оправдания на потом, Себастьян. – неожиданно властно произнёс маленький граф. – Если твоя сестра думает, что сможет сбить меня с толку какой-то кошкой, она сильно ошибается. Признавайся, Грелль, зачем ты ходила в больницу, да ещё тащила с собой нашего «гостя»?
«М-да!» - подумал про себя Воробей. – «Как видно, в этом весь Сиэль: маленький, но уже жутко прагматичный!»
Рыжик же нерешительно переминалась с ноги на ногу.
- Я скажу вам… только не в присутствии двух тупиц, не способных оценить всю глубину моих чувств!
- Эй! – теперь вспыхнул и капитан «Жемчужины». – Поаккуратнее в выражениях, Рэдклифф!
Ответом ему был высунутый язык:
- Аккуратной я бываю, когда бью тараканов тапком! Мне их и то жальче, чем тебя, дуралей!
- Да ты хоть знаешь, КАК это называется?!

Однако повозмущаться Джеку не дали: Себастьян с уже отточенным годами мастерством затолкал девушку в кабинет графа и, почтительно поклонившись ему, пошёл готовить завтрак. Лишь на секунду задержался, чтобы бросить пирату через плечо:
- Ты идёшь, или нет?

* * *

- Я давно понял, что мой дворецкий к тебе не равнодушен.

Грелль, замершая у двери и не ожидавшая ничего подобного услышать от графа, стала краснее своих волос.
- Это Себастьян вам сказал?
- Отнюдь. Это я сам заметил. – улыбнулся мальчик, устроившийся в мягком кресле. – Или ты полагаешь, что если мне всего тринадцать, я не способен увидеть очевидных вещей?
Рэдклифф потеребила алый локон.
- Вы же состоите в секретной службе при короле Каллисте. Глупо было бы полагать, что что-то укроется от ваших глаз… Вернее, глаза. Кстати, а каково видеть только одним? – ни с того, ни с сего ляпнула она.
- Терпимо. – сдержанно ответил Сиэль, хотя имел право оскорбиться подобным вопросом. – Речь сейчас не о моём глазе и даже не о Себастьяне, а о том, что ты видела. Этот странный парень… он и есть Легендарный Ирис?
- Что?!
- Что слышала. Вопрос был предельно прост. – отчеканил юный граф.
Впервые Рыжик не знала, что ему ответить.
- Я… не понимаю, с чего вы так решили. – наконец сказала она. – Лишь потому, что от них обоих исходит аромат цветов?
- Цветы меня волнуют в последнюю очередь. Я видел Легендарного всего один раз, но сходство между ним и твоей «находкой» очевидно. И ещё я хочу понять, какую роль во всём этом сыграл серийный убийца по кличке Скар. Тебе достаточно пояснений?

Несколько минут Грелль молчала.
- Именем Скара пугали детей ещё в мои школьные годы. – наконец сказала она. – Однако на этом мои знания о нём и исчерпываются. Бабушка всегда предусмотрительно сжигала обрывки газет, на которых было напечатано об его преступлениях до того, как я успевала их прочитать. Что же до того, кто зовётся Легендой Северного Королевства… не думаю, что это он. Наткнись Ирис на Скара, он бы мгновенно разделался с ним!
- Ты так думаешь?
- Конечно! Он же герой из героев, величайший и красивейший из всех воинов, какие только были со дня основания Тагура!

В глубине изумрудных глаз уже вовсю разгорались звёздочки. Вот почему Сиэль счёл своим долгом остановить Грелль, пока её пылкое девичье сердце не унеслось от темы в дальние дали, где здравомыслящим существам делать попросту нечего.
- Ну, ладно. Вижу, толку от тебя сейчас не добьёшься. Извинись перед Себастьяном, и мы поехали обратно в больницу.
- С чего это?! – моментально возмутилась Рэдклифф.
- Да хотя бы с того, что стучать на собственного брата – свинство последнее! А кошки к моему возвращению чтобы не было. Знаете же – у меня на них аллергия.
- Стоп, стоп, стоп, граф! – Рыжик придвинулась ближе и забарабанила пальцами по крышке стола. – То есть, к Дарису вы меня с собой не возьмёте?
- К какому ещё Дарису? – не понял Сиэль.
- Дарис – это Дарис. Потому что я так его назвала. – пояснила девушка.
Мальчик выдал сдержанную улыбку.
- Богатое воображение… Так можно назвать собаку, или кошку. Повезло же тебе, что он умом повредился, иначе давно бы обиделся до глубины души.

Да… до глубины души обиделся вовсе не Ирис, а Грелль. Имя, принадлежавшее герою её любимой легенды, всегда звучало для неё прекрасно… И тут – такой плевок в эту самую душу!
- И ещё, - произнёс граф, часом позже, спускаясь по лестнице в холл, - подумай над своим поведением, если хочешь и дальше ходить к нему. А нам с Себастьяном надо поговорить с ним сразу после ухода полиции.

Добавлено спустя 35 секунд:
Глава 12.

Хотя тело до сих пор ломило, пробуждение оказалось на удивление приятным. Во всяком случае, Ганджи больше не чувствовал ни холода, ни вязкой липкой жижи с металлическим привкусом. На месте ран белели свежие повязки, а вокруг, словно заключая в невидимый кокон, стояло такое тепло, в каком парень давно уже не был. Именно поэтому он позволил себе ещё несколько приятных мгновений между бодрствованием и сном.
- Надо же, а ты живуч. – усмехнулся кто-то рядом с ним. – Не ожидал, что уроженец Юга столь долго протянет в сердце холодного Севера.
Повернув голову, Баркинс увидел рыжеволосого юношу. Нет, рыжеволосого – слабо сказано. Казалось, его длинные пряди полыхали, как огонь. И такой же огонь задора разгорался всё ярче в зелёных глазах.
- Кто ты?
- Можешь называть меня просто Данте. Заметь – я не спрашиваю, кто ты, ибо в наше весёлое убежище дорога открыта всем… Ну, или практически всем.

В словах Кастора звучала плохо скрытая тень недоверия. Впрочем, Баркинс и не обижался. В конце концов, кто он, чтобы в чужом месте его приняли сразу?
- Понял, не дурак… Скажи лучше, почему ты вмешался в драку и спас меня?
- Просто мне нужны толковые, сильные ребята. А ты, я смотрю, как раз один из таких. Айда ко мне в компанию – заработаешь всяко больше, чем шаря по подворотням!
Ганджи сердито взглянул на него из-под золотистой чёлки.
- Я вовсе не шарил! К твоему сведению, съестное тайно взять – не грех.
- Хех! Ты будешь мне говорить о грехах, мелкий? – Данте невесело усмехнулся, давая понять, что всё прекрасно знает и сам. – Я лишь придерживаюсь мнения, что умные люди не должны гнить на улицах. Кстати, чего этому ушлёпку было от тебя надо?
Арксаирец осторожно повернулся на другой бок.
- Это… это было моё бывшее начальство.
- Ах-ха-ха, сочувствую! Начальство (да ещё и бывшее) всегда злое! – рассмеялся Кастор.
- Не смешно. – неожиданно серьёзно произнёс Баркинс. – Не смешно ни капли… Напротив – я сейчас готов выть от того, что ничего не могу сделать!

За годы жизни в суровых условиях Шэнварда юноша отвык жаловаться кому бы то ни было. Ему приходилось «держать марку», играя роль сильного, даже если на самом деле было очень больно. А живой, экспрессивной натуре Ганджи трудно давалась подобная выдержка. Он осознавал, что в один прекрасный день сломается… но не думал, что это произойдёт перед чужим человеком. И всё же, чужой человек впервые положил руку ему на плечо и, глядя в глаза участливым взглядом, спросил:
- Что с тобой произошло?
Этот вопрос не задавала даже мать. Да её ничто больше и не интересовало, кроме «устройства личной жизни» в собственноручно сделанном притоне, где не было места ни настоящим чувствам, ни тем более – любви к сыну. «Неужели сейчас я не разочаруюсь в своих ожиданиях? Неужели меня не оттолкнут, как обычно, а спокойно выслушают?» Ещё не завершив в мыслях последней фразы, он ответил Данте:
- Произошло многое… Рассказывать всё сначала будет слишком долго и утомительно. Скажу лишь, что меньше всего на свете Солнечный Ирис рассчитывал вновь очутиться во тьме переулков…

Стоило ему это сказать, как глаза его собеседника вспыхнули гневом. Безо всякого предупреждения Кастор свалил парня с кровати и пребольно прижал лопатками к каменному полу. Тот вскрикнул:
- Эй, эй, потише! Я же ранен!
- С почти трупами такое обращение в самый раз! – прошипел Рыжий сквозь зубы. – Однако прежде, чем я сверну тебе шею, хочу получить ответ на вопрос: как ваши миротворцы обнаружили нас в Легандорской пустыне? Им кто-то наводку дал?!
- Наши… миротворцы? – боль во взгляде Баркинса сменилась таким искренним удивлением, что даже король воров не выдержал и слегка ослабил хватку.
- Ты только что назвал себя Солнечным Ирисом. Раз ты – один из них, то должен знать…
- Я давно уже покинул армию миротворцев. Работать под началом придурка вроде Лэри было совершенно невозможно человеку, который, в отличие от многих своих сослуживцев, сохранил здравый смысл.
- Лэри – это тот тип, что за тобой гнался?
- Именно. Каким-то образом он выследил нас с Ину, хотя мы целых два года очень тщательно прятались… Ину! – вспомнив о своём слепом друге, Ганджи без труда сбросил обалдевшего Кастора. – Ты не видел где-нибудь поблизости мальчика-гарийца?
Тот встал и, с достоинством отряхнувшись, открыл дверь в соседнюю комнату.
- Ты про этого? Мы сначала не хотели брать с собой калеку, но он даже в метель следовал за нами по пятам.

Едва услышав оклик Баркинса, Шио, дотоле тихо дрожащий в углу, без труда нашёл дорогу к нему. Данте озадаченно наблюдал, как мальчонка, издавая тихие шипящие звуки, беспокойно обнюхивает повязки на теле арксаирца, очевидно, чувствуя запах крови.
- Всё хорошо. – тот успокаивающе трепал его по макушке. – Я здесь, не бойся. И никому не позволю тебя обидеть.
Конечно, при Касторе, которому он не вполне доверял, Ганджи не стал говорить о выдающемся нюхе Таммы. Ведь предводитель разбойничьей шайки вполне мог использовать способности мальчика в своих неблаговидных целях. Вот почему, указав Ину кровать, он решил побыстрее перевести разговор на другую тему:
- Выходит, в Легандоре на твоих ребят напали миротворцы?
- Вообще-то, напали андроиды, однако как позже выяснилось, управляли машинами именно они. – уточнил Рыжий. – Из пятидесяти своих людей я потерял тридцать. И то среди уцелевших пятеро были серьёзно ранены, за жизнь одного из них мы перестали бороться лишь несколько дней назад. Но, тем не менее, он остался калекой.
- Я вижу, ты необычный вор. – улыбнулся Ганджи, садясь рядом с Шио. – Ведь бандиты обычно подставляют, или бросают друг друга в беде.
- Не знаю, что там у других, а у нас так не принято.
- Хех! Значит, мы с тобой в чём-то похожи.
- Ну-ну! Нечего глупости болтать. Мы живём в совершенно разных мирах, которые по случайности пересеклись сегодня и всё.
- Случайности не случайны, мудро подметил кто-то из древних. – парировал Баркинс, чем вызвал улыбку и у Данте.
- Да, ты парень не промах и с жизнью на улицах тоже знаком. Не хочешь всё-таки перейти к нам в компанию? Еда, выпивка и крыша над головой всегда есть, знай себе тырь побольше!
- Тырить я тоже умею… Однако не считаю нужным к вам присоединяться, потому что ещё слишком мало вас знаю. В любом случае спасибо за то, что выручил нас.
- Ладно, подумай, как следует, прежде чем высказывать окончательное решение. Сильно, кстати, прижал-то? – спросил Рыжий, указывая на побагровевший бинт.
- Ерунда – жить буду.

Когда Кастор покинул комнату, юноша огляделся по сторонам. Судя по всему, место, где он находился, было глубоко под землёй.
- Что ж, предусмотрительно. Сбежать нельзя и чужой не зайдёт. Эх, знать бы ещё, где этот клоповник выходит на поверхность…
Шио, уткнувшийся в его плечо, зашипел, как бы задавая вопрос.
- Ладно, подумаем позже. – Ганджи осторожно опустился на подушку. – Куда важнее сейчас понять, зачем Ирисы напали на, в общем-то, простых разбойников вместо своих обычных врагов… Есть какие-нибудь догадки, а, Тамма?

* * *

Башни, убранные снегом, словно серебром, вздымались к розовевшему небу. Здесь, на границе Запада и Севера, Тагур лишь слегка веял своим ледяным дыханием. Зато его серые хищники были тут частыми гостями.
- Найл, смотри-ка. – стоявший у ворот стражник махнул другому, только что закончившему обход. – Здорово же они оголодали, если предпринимают за два дня уже третью попытку.
Действительно – равнину пересекала волчья стая. Десять, или пятнадцать голодных зверей бежали к каменному бастиону, дабы поживиться человечьим мясом, столь неосторожно вышедшим за ограду. Даже несмотря на надёжное убежище, некоторым из его обитателей уже пришлось плохо.

Как по команде оба стражника сняли с плеч ружья, однако не успели сделать даже одного выстрела. Словно пущенная из лука стрела, на равнину вылетел ещё один зверь, по сравнению с которым самые матёрые волки казались карликами.
- Что за… - Найл вздрогнул всем телом, когда снег окрасился кровью.
Чёрный пёс невероятных размеров рвал хищников в клочья. Он вовсе не был голоден – убийство сородичей выглядело весёлой игрой. И хотя волчьи зубы впивались в его собственную лохматую шкуру, оставляя на ней кровавые борозды, боль для кроу тоже выглядела развлечением. Или, точнее, лёгким хлыстиком, подстёгивающим к скорейшему исполнению того, что велел сделать хозяин…

Люди не поймали момент его гигантского прыжка. Они увидели его лишь тогда, когда он замер на крепостной стене, держа в зубах тело последнего волка. Некогда могучий вожак стаи висел, будто тряпка, исколотая белоснежными лезвиями, среди которых, извиваясь, струился горячий пар. Фонтан алых брызг извергнулся к небу после того, как кроу раскусил добычу и, сбросив её жалкие останки на головы изумлённым людям, протяжно завыл. Этот вой заставил замереть в воздухе хороводы снежинок. Этот вой приковал к месту спешащих из чащи новых волков. Этому вою отозвались сами горы.

Соскочив вниз, пёс устремился дальше, вглубь Севера, оставляя за собой след из своей и чужой крови. Стражи границы же обменялись беспокойным шёпотом.
- Ты когда-нибудь видел собаку таких размеров? – шепнул Найл напарнику.
Тот покачал головой:
- Я и не мог её видеть прежде. Ведь этой дорогой Хозяин Тагура впервые возвращался в свои владения.

Добавлено спустя 55 секунд:
Глава 13.

Дарис, сжавшийся в дальнем углу палаты, на первый взгляд выглядел испуганным. Однако жёлтый глаз, блестевший из-под чёлки на медсестру и двух санитаров, излучал предупреждение. Это случилось сразу после того, как Сьюзен хотела сделать укол. И хоть клыки арксура не могли причинить такого вреда, как зубы тагурца, она предпочла вызвать на помощь мужчин.
- Тихо, дружок. Не нервничай, тебя никто не обидит.

Притворно-ласковый голос был точь-в-точь как у Дока… Вот почему, стоило санитару протянуть руку, как ладонь обагрилась кровью. Даже Сьюзен, видавшую много странных пациентов на своём веку, покоробило от молниеносности, с которой был сделан укус.
- Вот же тварь… Ну, всё больше я с ним церемониться не буду!
- Майкл, подожди! – женщина перехватила занесённую для удара руку.
- В сторону, Келли! Ты же видела, что он вытворяет! Пойди лучше, скажи копам, что разговор сегодня не состоится!
Ещё раз глянув на Нисса, Сьюзен вздохнула и вышла за дверь. Второй санитар одной ладонью обхватил оба запястья парня, прижимая его к полу свободным коленом. Однако даже его усилий было не достаточно.
- Надо же… с виду тщедушный, а как крутится! – усмехнулся Майкл, подключаясь и наблюдая за теперь уже тщетными попытками арксура вырваться. – Ну, это ненадолго. Всего одна инъекция – и ты у меня сутки проваляешься вообще без движения.

Руки ломило так сильно, что Дарис не ощутил, в какую из них был сделан укол… как, собственно, и действие самого укола.
- Что ты… - Майкл не договорил, увидев своего напарника отброшенным в другой угол.
Оттолкнув и его, юноша флегматично посмотрел на шприц, торчащий из вены. И в этом взгляде было нечто до того безумное, что настал черёд пугаться и Майклу. Инъекция не оказывала никакого воздействия.
- Если и здесь начнётся то же самое… - Гробовщик скалил зубы в беззвучном смехе, хотя по его бледным щекам уже текли слёзы. – Почему вы сами меня вынуждаете, а?
- Дарис!
Он повернулся на зов. На пороге вместо Сиэля и Себастьяна стояла запыхавшаяся Рэдклифф.
- Грелль?

Джек, заглянувший в палату следом за ней и тоже ещё не отдышавшийся после бега через два квартала, отметил, что с прошлой ночи Нисс, по крайней мере, запомнил её имя. Когда он сделал неуверенное движение, Майкл попытался ухватить его за ногу, но замер под предостерегающим криком девушки:
- А ну, назад!

Шприц выпал и гулко звякнул о пол, оставляя после себя тонкую струйку крови. Укутанный волосами не хуже одежды, Дарис кое-как подполз к своей спасительнице и виновато ткнулся носом в плечо.
- Всё хорошо. – та покрепче обняла его прижимая к себе. – Здесь тебя никто больше не тронет.
Прикосновения к голове снова доставляли ему удовольствие. Даже у не вполне здраво мыслящего существа действовал инстинкт беречь эту часть тела более остальных. И то, что арксур не сопротивлялся Рэдклифф, показывало его высшую степень доверия к ней.
- Миледи, подержите-ка его чуток… - идиллию нарушил голос Майкла, приближавшегося к ним с новой дозой.
Рыжик взглянула на санитара так, что у того появилось ощутимое желание выронить шприц и спрятаться под койку.
- Я тебе эту гадость самому воткну куда-нибудь! Ещё раз до него дотронешься – и тебе не жить, понял?!
Дарис круглыми глазами посмотрел на девушку. Он и представить себе не мог, что она может так рявкнуть! А стоявший за дверью Михаэльс уже хотел вмешаться, но был удержан своим юным господином.
- Граф, почему вы…
- Нет нужды ругать твою сестру за то, что она ослушалась моего приказа и пришла сюда. – улыбнулся мальчик. – В конце концов, это сыграло нам на руку: мы сможем допросить важного свидетеля раньше полиции и первыми узнать все детали.
Джек усмехнулся – слишком уж сильно одноглазый малыш сейчас напомнил ему пирата.
- Похоже, вы из тех, кто ищет выгоду во всём, да, граф?
- Я лишь исполняю долг перед королём. – отрезал Сиэль. – Если подобное хоть как-то задевает чувства Рэдклифф, мне безразлично. Кстати, вам я тоже не разрешал сегодня покидать поместье, поэтому благодарите Бога, что здесь нет полиции.
Ощутив угрозу в его словах, Воробей промолчал.

Однако нормального разговора у них так и не получилось. Вернее, нормального с точки зрения обычного человека. Дарис, уже лежавший в постели, уютно устроил голову на плече Грелль и, чуть сжимая её ладонь всё ещё трясущимися, как в лихорадке пальцами, улыбался. Но не ей, не Джеку, не Себастьяну и даже не Сиэлю, присевшему напротив него. Взгляд жёлтых глаз, в котором затравленность сменялось тихим восторгом, был устремлён куда-то в пространство. Ничего больше не нужно – только вот это уже ставшее для него бесценным плечо. Мягкое, как у девушки и надёжное, как у парня.
- Дарис… так ведь, кажется, тебя зовут? – кашлянув, спросил юный граф.
Дворецкий и капитан «Жемчужины» наблюдали за ними на почтительном расстоянии. Решив, что молчание – знак согласия, Сиэль продолжил:
- Учитывая теперешние обстоятельства, установить твою личность будет непросто. Однако для начала мне нужно знать: что случилось с тобой до того, как ты попал в эту больницу?

Пират ожидал реакции. В худшем случае – новой истерики, или вспышки гнева. Его воображение живо нарисовало «элейки», смертоносными змеями обвивающие тела всех, кто находился в комнате… Но вместо рвущих плоть проводов, слёз, или боли в голосе – новая сияющая улыбка. Джек поражён, однако на маленького графа подобное действует совершенно иначе.
- Эй! Ты меня хоть слышишь? И вообще понимаешь, что я говорю?
При виде его сердитого детского личика Гробовщика вдруг пробивает на «хи-хи», чем он заставляет уже всех окружающих впасть в замешательство.
- Что смешного? – надувшись, спросил Сиэль.
- Ах-хах, ну, как же… - парень слегка потёрся макушкой о плечо Рыжика, - довольно забавно с вашей стороны использовать леди в качестве щита при разговоре со мной!
- Щита?! О чём ты говоришь?! – вспыхнул мальчик.
- Не злитесь. – костлявая рука легла поверх его миниатюрной ладошки. – Я ведь вижу в ваших глазах то же, что и у тех двух трусов, столь неосторожно посмевших подобраться ко мне. Хих-хи, не надо бояться! Я не кусаюсь, пока не укусили меня.

В его голосе, как прежде звучит безумие, но оно… странное дело – оно стало казаться Воробью чужим! Словно перед ним сидел уже не тот Гробовщик, какого они с Анжеликой знали прежде. Внешне, кроме длины душистых волос, ничего не изменилось. Но нутро мало-помалу открывалось перед пиратом с какой-то новой, невидимой стороны.

Сиэль же наконец высвобождает руку из цепких пальцев арксура.
- Кусаешься ты, или нет, не имеет никакого отношения к делу. В отличие от врачей, я никогда не хожу вокруг да около, а всегда спрашиваю прямо: что с тобой произошло? Откуда ты пришёл? Каким образом на твоём теле появились все эти шрамы?
Юноша склонил седую голову набок.
- Не слишком ли много вопросов?
- Достаточно. И не прикидывайся, будто не понимаешь, ведь твой взгляд тоже кое о чём говорит.
Себастьян кашлянул, тактично давая понять своему господину, что стоило бы поумерить пыл.
- Прости. – тут же осекается тот. – Тебе, видимо, и так пришлось несладко. Но я не смогу помочь тебе, если ты мне ничего не расскажешь.
- Помочь? – безучастным голосом переспросил парень. – А вы хотите? Она вот хочет, однако ж спасает меня молчанием. – благодарный взгляд в сторону Грелль.
Мальчик тоже посмотрел на неё, но совсем по другой причине. Прочитав немой приказ, Рэдклифф чуть кивнула и обняла Нисса за плечи.
- Дарис, послушай… для графа крайне важно узнать о тебе как можно больше. Это может спасти жизнь другим людям.
- Другие люди уже мертвы…
- Что ты говоришь?
- ВСЕ мёртвые. – на дне жёлтых глаз промелькнуло отчаяние. – И никто из них больше не нуждается в вашем спасении! К чему теперь мучить меня бестолковыми расспросами?!
- Мы думали, что ты выведешь нас на след убийцы по имени Скар! – перекрикнул его Сиэль.
- К Скару я не имею никакого отношения. Я не знаю, кто он и как давно убивает, потому что есть те, кто пострашнее всех серийных убийц вместе взятых!

Эта реплика заставила всех, включая Грелль, воззриться на Дариса с удивлением.
- Вместе… взятых? – растерянно переспросил юный граф. – О ком ты говоришь?
Безумная и беспечная улыбка неожиданно вновь озарила лицо Гробовщика. Аккуратно сняв с себя руки девушки, он устало откинулся на подушку.
- Их-хих, неважно! Это уже не важно. Если они и придут, то встретят силу, которую сами создали. А теперь… - выражение его глаз сделалось усталым, - могу я немного отдохнуть? Ещё не вполне оправился после морозной ночки под звёздами, знаете ли…

Грелль изъявила желание остаться с парнем, пока тот не уснёт. Мужчины же покинули палату в полном недоумении. Вернее, Джек-то – почти в шоке. Однако он понимал смешанные чувства Сиэля. Ведь «цепному псу» короля, столь ловко обскакавшего конкурентов в сборе информации, впервые не удалось выяснить ничего мало-мальски ценного.
- Только зря потеряли время на этого придурка. – сквозь зубы процедил он, одеваясь в холле.
- Ну, - Себастьян слегка улыбнулся, - по крайней мере, нам стало ясно, что в деле выслеживания Скара он нам не помощник.
- Но эти его шрамы всё равно не дают мне покоя. Ясно, что за подобным стоит кто-то ещё. Он может и не может прийти, исходя из слов Дариса… Да разве ж такого чудика толком допросишь?!
- Не вина парня, что он помутился рассудком. Однако кое-что в его словах было верно. Господин, - Михаэльс сдвинул брови, - я тоже заметил, что вы использовали мою сестру в качестве живого заслона.
- В своё время Грелль дала клятву защищать меня, ровно как и ты. – невозмутимо отвечал мальчик. – Шестое чувство подсказывает, что в случае проявления со стороны арксура агрессии она смогла бы его удержать. А теперь пусть тратит свои нервы полиция.

Добавлено спустя 39 секунд:
Глава 14.

За очередное ослушание графа Грелль, конечно, влетело. Но Джеку, сидевшему в одиночестве в комнате для прислуги, было ещё хуже. Лишь сейчас он в полной мере осознавал совершённую им с Анжеликой ошибку. «Всё идёт не так. В жизни Дариса всё перепуталось. А главное – я не чувствую в нём того человека, которого знал прежде! И в одиночку мне эту кашу не расхлебать… Придётся серьёзно поговорить с Рэдклифф, ведь больше ни от кого в поместье помощи не дождёшься. Себастьян и Сиэль потеряли интерес к Ниссу сразу после того, как уверились в том, что он никоим образом не связан со Скаром. Кроме того, пропала и надежда графа на то, что Гробовщик может быть Легендарным Ирисом. А поскольку он никогда ничего не делает без собственной выгоды (как, впрочем, и я до встречи с Энжи и Дарисом), глупо думать, что изуродованный, никому не известный арксур ему всё ещё нужен».

Эти мысли не покидали пирата и тогда, когда несколькими часами позже он ворочался с боку на бок в своей кровати, пытаясь уснуть. «Невидимая сторона… вот то, что я доселе не замечал в Дамиане и вот то, что изменило его. Из-за моего вмешательства она открылась только сейчас, и даже капитан Джек Воробей решительно не представляет, что с нею надо делать! А Грелль…» - конец разы ускользнул, однако сердце словно сжала невидимая когтистая лапа, когда мужчина представил себе, что лучшая пара Тагура, надежда новой человеческой расы исчезнет по его вине. – «Нет, Дарис не видит в ней возлюбленную, как и она не видит в нём парня своей мечты. Ведь раньше при их встрече всё выглядело совсем по-другому. Они влюбились с первого взгляда и с первого прикосновения. А сейчас даже я ощутил ту холодную каменную стену, чуть скрашенную проявлением симпатии, которой Гробовщик пытается отгородиться. Поэтому он и сказал, что граф просто использует Рэдклифф в качестве заслона. Нежность, с которой она отнеслась потом к Дарису, была фальшива, ведь эта алая фурия всегда была хорошей актрисой…»

Неожиданно Джек рывком сел в кровати. Ну, конечно, как он сразу не понял! Холодность Дариса тоже была игрой. Только наградой за этот спектакль будет сохранность жизни людей. «Если они придут, то встретят силу, которую сами создали» - это воспоминание было последним доказательством верности его хода мыслей. Не задерживаясь больше ни на минуту, пират оделся и поспешил в комнату девушки.
- Грелль! А ну, живо открой!
Сонно потирая глаза и набрасывая пеньюар поверх красной ночнушки, Рыжик распахнула дверь.
- М-м-м, Джеки… тебе, видимо, жить надоело, раз решился разбудить меня среди ночи…
- Да тише ты! – Воробей бесцеремонно зажал ей рот и ввалился в комнату. – Нам надо серьёзно поговорить!
Резкая боль в вывернутой руке заставила его вскрикнуть.
- Ты упустил одну деталь, красавчик: я не терплю с собой подобного обращения.
- Уй-ёй, да понял, понял! Хватит уже – разговор и вправду серьёзный!
Как ни в чём не бывало, Грелль разжала свою стальную хватку, которой позавидовали бы многие мужчины, и села перед ним на кровать.
- Ну, выкладывай. Только быстрее – я злая, голодная, непричёсанная и дико хочу выспаться!

Словом, расположение духа, в котором сейчас пребывала девушка, было не самым подходящим для важной беседы. Тем не менее, капитан «Жемчужины» в своей долгой удачливой жизни привык рисковать. Вот и теперь, откашлявшись, он попросил Рэдклифф спокойно его выслушать и начал рассказ с того самого дня, как они с Элизабет впервые встретили Дариса на необитаемом острове.

Конечно, сначала Грелль боролась с желанием запустить чем-нибудь тяжёлым в нахальную пиратскую рожу, врущую ей столь красноречиво… Однако чем дальше заходил рассказ Воробья, тем сильнее в ней крепла уверенность, что всё это – правда. Путешествие во времени, приключения в Карибском море, а главное – такая любовь с Дарисом, какой позавидовала бы любая пара на свете… Казалось, в устах Джека сбывались её собственные мечты, находили отражения мысли, чувства, желания. Под конец истории, когда за окнами уже восходило солнце, «роковая красотка» не выдержала и расплакалась, уткнувшись в жилетку пирата.
- Что такое? – тот привычными движениями погладил алые волосы.
- Да то, что ты дурак, Воробей… Полный, конченый и безнадёжный дурак! Да-да-да, придурок, подобного которому ещё не рождалось не только в Четырёх Державах, но и на всей планете, если то, что ты мне высказал – правда! – сквозь рыдания и размазывая по щекам слёзы, отвечала девушка. – Как правда и то, что встречи с людьми промыслительные… Ведь не будь тебя, я бы упустила своё счастье.
- Так ты… не сердишься? – осторожно спросил капитан.
Рэдклифф вытерла глаза и улыбнулась:
- Вот знаешь, когда ты сюда зашёл, я искренне сожалела, что Сёба на время конфисковал у меня бензопилу… А теперь рада, что ты остался целым, не распиленным на две аккуратные половинки! В общем, так… - она отошла к окну и убрала занавески, - любая нормальная леди на моём месте загремела бы в психушку, едва осознав, что начинает тебе верить. Однако поскольку я сама далека от понятия «нормальность», скажу вот что: мне глубоко наплевать на все ваши с Анжеликой вмешательства в нашу будущую жизнь, чихать на Лэри и Арео-модуль, а на «Миллениум» я вообще макулатуру клала! Ни Брэгстер, ни Пауэрс, ни кто-то там ещё не получит Нисса. Он будет принадлежать только мне, и мы ни за что не вверим себя в человеческие руки.

После сей вдохновенной речи капитан «Жемчужины» с облегчением улыбнулся:
- Да… теперь я окончательно убедился, что ты не обычная девушка. Обычные так не любят. И они не способны вместить то, что вмещаешь ты.
- Да ладно тебе – всему виной моя горячая легандорская кровь и совершенно бесшабашная голова! – рассмеявшись, Рыжик махнула рукой, потом вдруг посерьезнела и притянула Джека к себе. – Ну, а теперь пришёл черёд тебе меня выслушать. Раз ты здесь болтаешься, как не скажу что зимой в проруби по собственной дури, и раз тебе тоже дорог Ирисик (так, кажется, я его ласково называла?), то ты и поможешь нам соединиться! Когда всё, дай то Бог, будет исполнено, вали хоть в будущее, хоть в прошлое, хоть в настоящее и накрепко забудь дорогу сюда. Согласен?
- По рукам, моя прелесть. – кивнул тот, чувствуя в её голосе озорные нотки.
- Славно. Приятно быть девушкой, но мыслить, как мужчина. А посему вот твоя первая задача: выяснить, за счёт чего начинают функционировать чипы и обнаружил ли их кто-нибудь из медперсонала. Если да – будем действовать открыто. Если нет – медленно и осторожно.
- И что это значит?
- Увидишь. Главное – выясни в своей непринуждённой манере всё досконально. А я отвлеку Себастьяна, чтобы ты смог спокойно выбраться из поместья.

Добавлено спустя 38 секунд:
Глава 15.

Откровенно говоря, капитан «Жемчужины» не рассчитывал на столь скорое понимание со стороны Грелль. Может, это потому, что она девушка, а женщины всегда легковернее мужчин? Однако ход её мыслей во время разговора был далёк от того стандартного женского, который Джек привык видеть в дамах (за исключением, конечно, пираток и некоторых особо сведущих светских леди).

И всё же, цель, которой Рыжик собиралась достичь, поверив пирату и объединив с ним свои силы, была поистине женской: найти любовь. Точнее, обрести её заново, даже если она изменилась до неузнаваемости. Ведь в отличие от Джека, Грелль умела чувствовать невидимое более глубоко и тонко. Такова её яркая, экспрессивная, но, без сомнения, хорошая натура… А барон Карибского моря до сего момента надеялся, что сумеет разрулить ситуацию в одиночку, однако для него, не в полной мере знающего законы времени, в котором он оказался, задача была непосильной. Хотя, как известно, подобные задачи привлекали его с самого детства.

Рэдклифф сдержала слово лишь наполовину: дворецкого на своём пути к выходу Воробей часом позже не встретил, зато наткнулся на его юного господина.
- О… моё почтение, граф!
- Что ни утро, то сюрпризы с вашей стороны. – потягиваясь и зевая, заметил Сиэль. – Куда собрались на этот раз, капитан?
Посвящать мальчика в дела, которые он только что обсудил с Грелль, пирату не хотелось. Но обмануть ребёнка было вовсе не так просто.
- Эм… а мне что, всякий раз нужно спрашивать у вас разрешения, когда я захочу прогуляться?
Граф улыбнулся:
- Смотря, куда вы намереваетесь пойти. И про разрешение верно подметили. В конце концов, вы ещё в опале.

Внезапно на ум капитану «Жемчужины» пришла хорошая мысль.
- Видите ли… - сказал он, - сегодня до рассвета меня кое о чём попросил ваш старший садовник.
- Грелль? И о чём же?
- Вы видели, как она прониклась к тому арксуру. Но ей же запрещено выходить из дома. Вот она и попросила меня его проведать. Вы ведь уже потеряли к нему интерес, не так ли?
- Всё верно. Я лишь оплатил лечение. Не считаю нужным делать нечто большее для абсолютно чужого человека. Рэдклифф может навестить его, если хочет. Однако лишь тогда, когда поймёт, что в моём доме самовольные отлучки прислуги не поощряются.
- Но я-то не прислуга! – широко улыбнулся Джек. – И мог бы помочь вам разгадать тайну этого юноши, который, возможно, является пропавшим предводителем миротворческой армии.
Сиэль вскинул бровь.
- Каким образом? Желаете поговорить с ним, хотя он даже не обращает на вас внимания?
- У меня есть свои пути. Если развяжете мне руки и дадите возможность действовать, то вас в недалёком будущем ждёт исполнение данной вам королевской миссии.
- А если это всё же не он? Я лично сомневаюсь.
- Что ж, даже в таком случае вы выиграете: отличный способ проверить мою искренность по отношению к вам. Или вы намерены держать меня в своём особняке вечно? Подумайте. – чёрные глаза Воробья азартно сверкали. – Можно закончить эту мороку, просто сдав меня полиции. А можно извлечь выгоду из моих парламентёрских качеств.

Некоторое время молодой господин молча смотрел на него. Точнее, всматривался в лицо, пытаясь уловить, лжёт он, или нет. Хотя, отчасти Воробей сейчас говорил правду.
- Что ж, попробуйте, капитан. Чем скорее я раскрою дело, тем лучше. А в раскрытии все средства хороши.
- Тогда у меня к вам встречная просьба: придержите своего дворецкого, а то он меня явно хочет порвать на тряпочки.
- Много чести! – усмехнулся Сиэль. – И со своим дворецким я как-нибудь разберусь сам. А вы идите и делайте то, что должны, согласно нашему уговору.

* * *

Всё-таки, несмотря на довольно приличный срок жизни в 21-ом веке, пират ещё не освоился со многими его тонкостями. Вот, например, в данный момент он не знал, как выяснить, обнаружили ли врачи что-нибудь внутри Дариса. «Спросить их о промывании желудка, что ли? Но вряд ли чипы спрятаны в нём!»

В общем, единственное, что ему удалось выяснить в своей «непринуждённой манере» - это провал инспектора полиции, который тоже пробовал беседовать с Ниссом. Похоже, своим хихиканьем Гробовщик вывел его из себя настолько, что тот «ушёл красный, как кипятильник» со слов Келли. Однако Сьюзен поведала ему ещё кое-что:
- У этого парнишки необычная скорость регенерации. Всё, кроме шрамов на нём затянулось в рекордно короткие сроки. И тот случай с санитарами… знаешь, на него вообще не действуют препараты, введённые в стандартном количестве! Сначала доктор Браун списал это на состояние аффекта, в котором он пребывал до недавнего времени… но позже мы сделали инъекцию ещё раз и убедились, что эмоциональное возбуждение было тут не причём.
- Хотите сказать, его кровь уникальна?
- Очень может быть, что виной тому неизвестные вещества, обнаруженные в ней при первичном анализе. Наша лаборатория до сих пор точно не выяснила, что они из себя представляют. Знаем только, что смешанные в определённых пропорциях, они дают такой эффект, а катализатором служит кровь.

Джек не очень понял значение последнего слова, однако сведения, которыми с ним делилась медсестра, были поистине ценными.
- Значит, кроме этих веществ больше ничего стоящего не обнаружили?
Сьюзен пожала плечами.
- Ну, да. Арксур как арксур… который явно много пережил, судя по его внешнему виду. Признаться, я даже рада, что инспектор ушёл, распсиховавшись. По крайней мере, теперь не будет волновать пациента своими расспросами. Да и графу он, кажется, ясно сказал, что к делу Скара не имеет никакого отношения.
- Эх, ну, от идеи выяснить, к чему Дарис имеет отношение на самом деле, Сиэль тоже не отказывался. – заметил капитан Воробей.
- Слушай, - неожиданно спросила Келли, - а почему твоя спутница назвала этого парнишку именно так? Ведь Дарис – имя героя одной из красивейших легенд Королевства.
Джек улыбнулся:
- Воплощение цветка ириса… да, я знаю. Просто эта легенда особо любима Рэдклифф с самого детства.
- В любом случае, оно ему подходит. – медсестра ласково взглянула на спящего под капельницей юношу. – Ещё бы придумать фамилию, потому что свою настоящую он не может вспомнить, а нам надо заполнять на него документацию…
- Ну, раз уж имя Дариса связано с ирисом, то, полагаю, и фамилия должна быть соответствующей… Как, бишь, на местном языке звучит слово «цветок»?
- «Ниассэ» будет на моём диалекте. А если чисто по-тагурски: «нисс».
- Что ж, надеюсь, ему понравится.

Добавлено спустя 4 минуты 21 секунду:
Глава 16.

Прошла неделя. Семь кратких дней, за которые, тем не менее, произошло немало значимых событий. И первым из них было, к обоюдному счастью Джека и Грелль, прекращение вмешательства со стороны полиции: поняв, что найденный у ворот Шэнварда юноша действительно не имеет отношения к жертвам серийного убийцы, представители закона продолжили поиски Скара в другом месте. Сиэль же принял выжидающую тактику до тех пор, пока им не удастся раскопать что-нибудь мало-мальски ценное, а после пойти по «горячим следам» (разумеется, иным путём со стражами правопорядка).

Однако свидание Дариса с Рэдклифф оказалось первым и последним. И это не потому, что юный граф запрещал своему садовнику посещать больницу: Гробовщик сам не хотел видеть её. Выразив симпатию по отношению к Рыжику однажды, сейчас он всем своим видом показывал, что общество девушки (да и Джека) ему неприятно. Естественно, это огорчало Грелль, ведь она не могла взять в толк, почему так происходит. Зато капитан Воробей, видя боль и затаённую грусть на дне жёлтых глаз, понимал, что вовсе не из-за какой-то там неприязни Нисс ограждает её от контактов с собой.
- Ты же говорил, что прежде он любил меня больше всех на свете… - то и дело всхлипывая, спрашивала Рэдклифф пирата вечером. – Либо я настолько подурнела, либо из-за твоего вмешательства вся наша дальнейшая жизнь окончательно встала с ног на голову!
- Хватит нести чушь – ты такая же, как раньше! Просто мне кажется, он чувствует исходящую от себя опасность, поэтому и не хочет подпускать тебя близко.
- Но неужели эти чипы опасны настолько?! Неужели он не может себя контролировать?!

Если бы барон Карибского моря умел успокаивать плачущих женщин, Грелль сейчас, возможно бы, полегчало. Но, увы, единственное, что он смог сделать – обхватить её за плечи и прижать к себе.
- Честное слово, я понимаю, как тебе тяжело. Мне-то ещё хуже – от дорогих людей отделяют не морские лье, или километры, а целое временное пространство… И то я стараюсь держаться!
Девушка смахнула со щеки слезу.
- Тебе положено – ты мужчина…
- А ты разве нет?
- Что?!
Воробей взял её лицо в свои ладони, стирая оставшиеся солёные капли.
- Я обошёл множество земель в своих странствиях… но нигде, слышишь, НИГДЕ не встречал более сильную женщину (за исключением, пожалуй, Анжелики)! Твоя сила так велика, что ты вполне можешь составить конкуренцию нашему брату и даже пристыдить его. Потому что иные богаты мускулами, но слабы духом. А у тебя отлично развито и то, и другое.
На губах Рэдклифф появилась улыбка:
- Ты… действительно так считаешь?
- Ну, конечно! И хоть я часто обманываю, в данный момент лгать мне попросту незачем. Ты ОЧЕНЬ сильная, Рэдклифф – это щедрый дар, столь необходимый прародительнице новой человеческой расы. Обычная девушка на твоём месте не смогла бы вынести этого, но не зря говорят, что крест по жизни у каждого свой. Я хочу, чтобы ты несла его достойно и сделаю всё, чтобы помочь тебе и Дарису воссоединиться. Ведь подобной вам пары никогда не было в Северном Королевстве и никогда больше не будет.

Пока он говорил, изумрудные глаза жадно ловили каждое слово. Грелль ощущала, как её душу наполняет спокойствие и тепло. Так легко ей не было даже с Себастьяном. Вот почему она ещё доверчивее прижалась к груди пирата.
- Гроза Семи морей, барон Карибского моря, смертельно опасный разбойник, которого ищут правительства самых разных стран… Мне всё равно, кем ты был в своём мире. Здесь ты мне как отец.

Подобное заявление прозвучало весьма неожиданно. «Если бы у меня был отец, я хотел бы, чтобы им оказался ты». – вспомнились при расставании слова Нисса. – «Лучше тебя и Анжелики я ещё никого не видел!»
Рука сама собой потянулась погладить шелковистые алые волосы.
- Я знаю. Хотя, признаться, не думал, что ты скажешь такое после того, как я стал причиной стольких ваших бед.
- Никуда не денешься… Время не стоит на месте, и я это хорошо понимаю. Вот почему мы должны помочь друг другу исправить ошибки прошлого и не дать им отразиться на будущем.
- Верно.

Некоторое время они молчали. Потом Рыжик спросила:
- Скажи, а правда, что мой хозяин разрешил тебе вести дело Гробовщика? Я случайно подслушала, как слуги сплетничали об этом.
- Да, правда. Позже он даже сказал, что я могу использовать любые средства, потому что Сиэль тоже догадывается о том, кто Дарис на самом деле.
- Что же ты молчал? Воспользуйся предоставленной тебе возможностью, ибо заслужить благосклонность графа не так уж легко! – оживилась Грелль.
- Беда в том, что я не слишком хорошо знаю ваш мир… Хоть и живу здесь уже немало, многие вещи для меня до сих пор остаются непонятными. Вот, например, неделю назад я не знал, как спросить, обнаружили ли врачи Арео-модуль у Нисса.
- На этот счёт будь спокоен: если бы обнаружили, мы бы об этом узнали. Да и они стали бы обращаться с Ирисом совсем по-другому… - девушка нервно повела плечами. – Наверняка ему пришлось бы вторично пройти через ад, который два года продолжался в лаборатории «Миллениума». И это – главная причина, по которой в больнице ничего не должны узнать.
- Честно говоря, когда ты вышла из палаты при первом посещении Дариса, я его осмотрел. – признался Джек.
- И что?
- Да, шрамы одинаковой величины остались в тех местах, где ты мне, собственно, и говорила в будущем, однако иных признаков, доказывающих существование инородных тел внутри, не было.
Рэдклифф задумалась.
- Должно быть, чипы создают вокруг себя какое-то защитное поле… Вот почему их нельзя обнаружить даже на рентгеновских снимках. Соединённые с нервной системой, они подчиняются импульсам своего носителя.
- Но я уверен, что Дарис не осознаёт в полной мере той силы, которой он обладает. Именно поэтому не подпускает нас к себе слишком близко.
- Глупыш… - Рыжик грустно усмехнулась. – Если у него столь серьёзные проблемы с психикой, сам он никогда этого и не поймёт. Ему нужно помочь.
Джек отошёл вглубь комнаты и сел на кровать.
- Знаешь, я всегда хотел тебя спросить…
- О чём?
- Почему Легендарный понравился тебе с первого взгляда? За что ты полюбила человека с изломанной судьбой, от которого отвернулся весь мир? В будущем ты говорила мне, что сначала это была только жалость, а дальше всё изменилось…
- Какой вопрос ты задаёшь… - Рэдклифф приложила палец к губам, размышляя. – Что ж, зато теперь я знаю – мои нынешние чувства отличаются от тех, которые я испытывала прежде.
- И чем?
- Они глубже. Я не ощущаю жалости – я ощущаю любовь.
- К малознакомому человеку? Не путаешь ли ты её с легкомыслием?
- Вряд ли. Я легкомысленна во всех остальных вопросах, кроме этого. Или, точнее… - она подмигнула, - говорят, кто серьёзно подходит к Любви, возвышенной над всем земным и небесным, того уже нельзя обвинять в легкомыслии.
«Скорее, в нём можно обвинить меня». – подумал капитан «Жемчужины», всю жизнь до встречи с Анжеликой гнавшийся лишь за призрачными тенями любви.
- Тогда есть ещё вопрос: а как же Михаэльс? Мне кажется, он не очень рад тому, что ты проводишь время со мной.
- О, не переживай – с Себастьяном я как-нибудь разберусь! Конечно, он не вполне доверяет тебе и Ниссу, однако не может противиться приказам своего господина. А господин велел ему не мешать расследованию, по возможности всячески тебе содействуя.

* * *

Сидя на кровати, полусонный Шио прислушивался к звону лезвий бангаков. Он не беспокоился, зная, что его друг всего лишь разминает мышцы после выздоровления. И хотя на теле Ганджи ещё осталась одна повязка, он уже приступил к тренировкам, помня наставление Ириса: «Настоящий миротворец должен всегда быть в форме».

Когда он закончил, со стороны входной двери раздался хлопок.
- А ты молодец! – похвалил Кастор, присаживаясь в свободное кресло. – Красивый и смертоносный стиль боя – давно такого не видел!
- Все в нашей армии дерутся так же. Ничего особенного. – пожал плечами блондин, утирая полотенцем со лба крупные капли пота. – И говори, пожалуйста, тише – ты пугаешь Тамму.
- Да ладно тебе! Он меня уже совсем не боится. – в доказательство своих слов Данте положил руку на голову мальчика.

К удивлению Баркинса, Ину не попытался вывернуться, лишь нетерпеливо обхватил запястье Рыжего, принюхиваясь к исходящему от него запаху.
- Смышлёный малютка, правда? Я давно заметил, что у слепых отлично развиты все другие органы чувств. – как бы между прочим сказал король воров.
- И на что ты намекаешь? – в голосе Ганджи звучал вызов.
- Да ни на что, в общем… Просто хотелось бы уже услышать ответ на вопрос, заданный аж неделю назад.
Снятые бангаки были небрежно брошены в другое кресло.
- Мы на твоей территории и наши жизни в твоих руках… По крайней мере, об этом ты думаешь. – лицо арксаирца озарила улыбка. – Но знай, что времена, когда я был обычной уличной крысой, давно миновали. Я получил новую жизнь среди миротворцев и скорее соглашусь умереть им, нежели присоединиться к твоей компашке!
Кастор сделал шаг к нему.
- Не лги себе. Ты такой же, как я.
- Неправда!
- Правда, и ты это знаешь. Потому что тоже лишился в жизни самого дорогого. Ты любил своего предводителя, любил тех, кто служил с тобою вместе… Однако сейчас их нет – получше посмотри вокруг. Если выйдешь на улицу с Таммой, вас обоих прикончит тот ублюдок. Раз тебе не жаль себя, пожалей хотя бы ребёнка, который явно видел гораздо меньше хорошего, нежели ты.
Ганджи взглянул на Шио, с беспокойством слушающего их разговор.
- Но я не хочу воровать снова…
- Хочешь, не хочешь, а придётся. – усмехнулся Данте. – Все, кто на меня работают, только так и получают свой хлеб. А ещё кров и защиту, о которых я тебе говорил раньше. Пойми наконец, что твои бывшие соратники обернулись против тебя! Ты считаешься дезертиром, как справедливо заметил Лэри, и, если они вас поймают - убьют обязательно. У вас не остаётся иного выбора, кроме как присоединиться ко мне.
При этих словах Баркинс вспыхнул:
- Ты полагаешь, что ВСЕ миротворцы вот так слепо подчиняются Пауэрсу?!
- Ганджи, ты видел его на улице, а я видел то, что случилось в Легандоре. И можешь мне поверить – столь жестоко с врагами расправляются только террористы мирового масштаба.
- Значит, по-твоему, армия Ириса стала такой же?!
- Вот это мы и могли бы сообща выяснить после принятия моего предложения. – Кастор протянул юноше свою смуглую ладонь. – Ну что, по рукам?

Добавлено спустя 34 секунды:
Глава 17.

Джек вздрогнул, когда из тьмы неожиданно появилась пара горящих яростью жёлтых глаз. Громадный чёрный пёс – намного больше того, которого они с Грелль видели у ворот Шэнварда – неспешно шёл сквозь окружающую их пелену мрака. Между клыков, как раньше струилось паром горячее дыхание, но главное – среди них пират заметил только что сорванный цветок белого ириса. Холодный взгляд собаки говорил сам за себя: ещё секунда – и хрупкое растение погибнет у него в пасти.
- Нет! Отпусти!

Не отдавая себе отчёта в том, что делает, Воробей бросился к кроу. Удар шпаги, конечно, не мог убить столь огромное животное, но, по крайней мере, заставил пса выронить ирис. Правда, теперь на снегу вместо цветка лежал тот, ради которого он и предпринял столь далёкое, полное опасностей путешествие в земли Тагура.
- Гробовщик?

Он протянул руку арксуру, чтобы помочь ему встать, и та вдруг оказалась пронзённой насквозь голубоватыми и безумно жгучими змейками проводов. Джек вскрикнул, пошатнулся, пытаясь отступить в сторону, но новые «элейки» уже опутывали его ноги, живот, плечи, вонзаясь всё глубже и глубже под кожу. Однако среди этой кошмарной боли самым страшным был тихий, откровенно сумасшедший смех Нисса.
- Дарис… почему ты…
- Сам виноват. – пёс смотрел ему в глаза уже чёрными глазами Кроуфорда. – Ты ведь желал спасти его, хотя знал, как он опасен. Дай же мне завершить своё дело.

Крови, между тем, натекла уже целая лужа. Чувствуя, что вот-вот захлебнётся, Воробей сделал отчаянное усилие и… проснулся.

В окно ярко светила Луна. Дом спал, словно убаюканный её призрачным светом. С кровати слышалось сонное дыхание Грелль. А он, Джек, так и уснул в её кресле.

Потирая затёкшие конечности, пират прошёлся по помещению туда-сюда. Конечно, лучше всего сейчас было бы уйти в свою комнату и доспать остаток ночи, но увиденный сон не давал покоя капитану «Жемчужины». «Белый ирис и чёрный пёс – две части одной и той же легенды… Значит ли это, что люди, являющиеся их воплощением в реальном мире, идут по следам друг друга? Я видел Лукаса, однако не думал, что его новым заданием может быть уничтожение Дариса. Если только… он не знает про чипы!»

Теперь Джеку стала ясна причина, по которой кроу спас Нисса у городских ворот. Алу лишь хотел дождаться, когда модуль начнёт действовать и проявит себя. Возможно, до этого ни он, ни его хозяйка не были точно уверены, что носителем уникальной технологии стал Гробовщик.
Воробей сдёрнул китель с вешалки в холле. «Если так, мне надо обратно в больницу. Сейчас же!»

* * *

Казалось, или за время пути Джек действительно слышал несколько раз заунывный собачий вой? Хотя, возможно, это были просто стаи городских шавок, околачивающихся возле помойки. Однако из тьмы переулков веяло чем-то таким же жутким, что пират ощущал и во сне. Вот почему он ускорил шаг, стараясь не оглядываться.

Часы посещения больных давно закончились, но проскользнуть мимо парочки медсестёр и полусонного охранника не составило труда для морского разбойника. Поднявшись на нужный этаж, Воробей распахнул дверь в палату. Внутри всё было спокойно, не считая того, что Дарис не спал. Мутные жёлтые глаза снова невидяще смотрели перед собой.
- Пришёл-таки… А я ведь тебя предупреждал…
Память воскресила виденный ранее кошмарный сон. Однако вместо того, чтобы испугаться, Джек склонился над парнем и откинул волосы с его лица.
- Дарис, что с тобой? Ты хотя бы видишь?!
- Вытащи… - прозвучал тихий ответ.
- Что?
Тонкий палец указал на катетер.
- Вытащи это, иначе я останусь в таком состоянии.

Теперь Джек понял, почему лечение Нисса в последнее время протекало столь спокойно и инцидентов с санитарами больше не повторялось. Чтобы не вводить каждый раз двойную дозу успокоительного, доктор Браун пользовался капельницей. Но, как видно, регулярное впрыскивание столь большого количества препарата отражалось на здоровье пациента не самым лучшим образом… если только не было очередным экспериментом под прикрытием.
- Подожди, я сейчас…

Конечно, с больничной аппаратурой Воробей знаком не был, поэтому извлечение катетера для него представлялось весьма сложной задачей. Тем не менее, он относительно быстро понял, с чего начать, и аккуратно снял пластырь, обнажив уходящую во вздувшуюся вену иглу. Зрелище было, мягко говоря, неприятное, но Гробовщик бы никак не отреагировал даже без воздействия препарата. За два года подобная боль стала для него привычной.

После извлечения иглы образовался порядочный прокол, начавший выбрасывать кровь. Оглядевшись по сторонам и увидев на прикроватной тумбочке ватный тампон, пират смочил его в спирте (честно конфискованным по дороге сюда) и приложил к повреждённому месту. Одного-двух тампонов для остановки кровотечения после катетера обычно хватало, однако сейчас оно прекращаться почему-то не собиралось… Почему-то?
- Какой дрянью они тебя накачали? – сквозь зубы процедил Воробей и оторвал полоску от простыни. – Подожди, попробую перетянуть…

Повязка действительно оказалась спасением. Отбросив ещё парочку мешавших проводов, Джек поплотнее завернул Дариса в одеяло и поднял на руки.
- Идём. Вряд ли Грелль тоже захочет, чтобы ты тут оставался.

Возможно, это было началом паранойи, но капитану «Жемчужины» в самом деле казалось, что из мрака на улице за ними кто-то следит сквозь окна. Выйдя в коридор, он, стараясь не стучать сапогами, спустился на первый этаж и сразу же увидел дверь под лестницей. «Кладовая? То, что нужно!»

Помещение оказалось не запертым. Войдя внутрь, пират смекнул, почему: у дальней полки спиной к двери стоял охранник и втихаря вытаскивал из-под груды матрасов припрятанную там бутылочку «согревающего». «Да уж… Не думал, что даже здесь есть те, кто похож на меня!» - усмехнулся Воробей себе в усы и нырнул с Дарисом за ближайший шкаф.

Ничего не заметив, охранник вышел и накрепко запер за собой дверь. Что ж, так даже лучше… Свалив в углу пару-тройку матрасов, Джек бережно уложил на них парня и уселся рядом, для верности прикрыв его своим кителем. К счастью, от стены веяло теплом – по соседству была котельная.

Примерно через час действие успокоительного закончилось. Будь организм Гробовщика обычным, он бы оправлялся после такой дозы много дольше… Впрочем, еле приподнявшегося арксура тотчас скрутил до того сильный приступ рвоты, что пират едва успел схватить с ближайшей полки кастрюлю и подставить ему.
- Ну, как себя чувствуешь? – спросил он через некоторое время.
Дарис вытер рот и, дрожа, усмехнулся:
- Хих… Как будто по мне танк проехал! Скажи лучше, зачем ты меня сюда притащил?
- А тебе что, понравилось разлагаться заживо под этой мерзкой штукой? Если так, могу отнести обратно.
Нисс снова прилёг на матрас, отчего волосы укутали всю его фигуру поверх одеяла и кителя.
- Не надо притворяться – ты же понял смысл вопроса…
- Я знаю, тебе хотелось бы, чтобы мы с Рэдклифф исчезли из поля твоего зрения, потому что считаешь себя опасным. – рука Джека легла ему на макушку. – Так вот и ты знай – мы никуда не уйдём, какая бы угроза от тебя не исходила!
- Ты мне кого-то напоминаешь… - задумчиво произнёс юноша, вглядываясь в его лицо.
- Вполне возможно. Ведь я здесь, чтобы помочь тебе.
- Почему?
- Потому что когда-то я хорошо знал тебя.

Гробовщик не успел спросить о значении последней фразы. Снаружи внезапно послышались крики и хлопки выстрелов.
- Всё, уходим. – шепнул Воробей, изо всех сил налегая на оконную раму.

К ужасу обоих, окно не открывалось, поскольку вообще не было для этого предназначено. Скрипнув зубами, Джек снова подхватил парня на руки и начал отступать с ним за стеллажи. Хотя, надежда спрятаться была слабой.

Ровно через минуту дверь снесло от мощного удара. В помещение, тяжело топая, вошли четыре андроида и юноша примерно одного возраста с Гробовщиком. Дарис дрожал всем телом, прижавшись к ногам пирата, предусмотрительно толкнувшего его за спину.
- Это они… Хих-хи, я знал, что они обязательно за мной придут!..
- Тише! – видя начинающуюся истерику, Воробей наклонился и зажал ему рот. – Нас же ещё не нашли…
Стоило ему это сказать, как незнакомец толкнул ближайший стеллаж. Вслед за ним все остальные рухнули, подобно домино, выставив Джека и Нисса ничем более не защищёнными.
- Вот и встретились! – на бледных губах парня появилась улыбка. – Заставил же ты нас побегать, Серебряный Пепел!..

Добавлено спустя 39 секунд:
Глава 18.

Страх и недоумение на лице арксура говорили сами за себя. Пират же обнажил шпагу, не сводя глаз с противника.
- Ты совершишь большую ошибку, приятель, если захочешь помериться силами.
- Да ну? – юноша усмехнулся, снимая с пояса странный полупрозрачный меч. – А вот мне так не кажется. Хочешь сдохнуть – валяй, защищайся!

Один его удар перерубил лезвие, как речную тростинку. Джек выронил оставшуюся в руке часть оружия и обхватил одну ладонь другой, пытаясь унять кровь, брызнувшую из глубокого пореза.
- Как же возбуждает… - незнакомец слизнул багровые капли с клинка. – Поиграем ещё?
- Дарис, беги!

Швырнув в лицо врага бесполезный обломок, пират ловко проскочил мимо него в другой конец помещения. Андроиды, подчиняясь приказу своего навигатора, вскинули ружья, но выстрелы пришлись в груду матрасов. А когда роботы переворошили её, Воробья там не оказалось. Пока машины сканировали пространство, оглядываясь по сторонам, сразу два больших шкафа рухнули на них сзади.
- Что ж, браво… Для сагрина ты весьма силён. – похвалил убийца, продолжая кошмарно улыбаться. – Именно поэтому мне забавно наблюдать за твоими потугами спасти жизнь этой кучке костей.

Пират собирался напасть неожиданно, однако юноша оказался проворнее. Нога, обутая в тяжёлый сапог, прижала край одеяла Нисса, пытавшегося отползти в сторону.
- Уже уходишь, приятель?
Складки белой ткани разметались по воздуху, когда незнакомец за горло поднял арксура и припечатал к стене.
- Если твой дружок сделает ещё шаг, я убью тебя быстро. Если нет – буду душить медленно и со вкусом.
- Отпусти его сейчас же! – уверенность в голосе Джека, правда, звучала слабо.
- С какой стати? Живая Легенда может быть и интересной игрушкой. Ну, чего молчишь? – едко спросил парень, созерцая тщетные попытки Дариса вырваться. – Или ты больше ни на что не способен?
- Пусти… - исхудавшие, бессильные руки скребли по его запястью. – Пусти, прошу тебя… Мне страшно…
- Страшно? – тот залился громким смехом. – Да-а, видать, «трупорезы «Миллениума» хорошо над тобой поработали! Ну, а так страшно? – он усилил нажим.
И без того бледное лицо Дариса вконец посинело. Воробей рванулся было к нему, но почувствовал присутствие всех четырёх андроидов у себя за плечами.
- Пожалуйста… Прекрати это… - еле слышно выдавил Нисс. – Я действительно… тебя боюсь…
- Ну-ну, не волнуйся! – юноша почти ласково провёл ладонью по перечёркнутой шрамом щеке. – Чем быстрее перестанешь дышать, тем скорее исчезнет страх. Ну, а после я с чистой совестью прикончу твоего дружка и ту рыжую шлюху, столь неосторожно с тобой связавшуюся!

Краем глаза Гробовщик видел, что андроиды вновь взяли ружья на изготовку, целясь в капитана «Жемчужины». Но слова незнакомца о Грелль были ещё ужаснее. «Прости, малыш. Лучше бы я тебя не боялся…»

За секунду до выстрелов кладовую огласил дикий, нечеловеческий вопль. А по спине Джека пробежали мурашки, когда он наконец увидел настоящую силу Нисса. Все пять чипов выпустили «элейки», насквозь пронзившие руки, ноги и торс незнакомца, выйдя с другой стороны и устремляясь к пирату. Зажмурившись, он ждал, когда проводки, обгоняя друг друга, вгрызутся и в его плоть, но те на огромной скорости изменили траекторию движения, плавно огибая его и мёртвой хваткой сомкнувшись на шее каждого из андроидов.

Вне себя от изумления и ужаса Воробей повернулся к Гробовщику. Яркое свечение почти скрывало укутанную в белую ткань фигуру парня, сквозь складки которой яростно рвались проводки. Зато разметавшиеся волосы были прекрасны как никогда в лунном свете.

Ещё одна вспышка – и безвольно повисшее тело незнакомца разнесло на несколько хлещущих кровью кусков. Прежде чем пират догадался, что оно не выдержало разряда, пущенного по «элейкам» в роботов, Дарис уже очутился возле него и прижал к себе, укрывая серебристыми локонами. В ту же секунду всю больницу сотряс взрыв невероятной силы. Последнее, что помнил Джек перед тем, как потерять сознание, был трепещущий голубоватый кокон, сомкнувшийся вокруг них.

Добавлено спустя 37 секунд:
Глава 19.

Холод полз с гор, извиваясь под покровом ночи невидимыми, пробирающими до костей струями. Любой путешественник, окажись он здесь, давно бы замёрз, но только не тот, кто хорошо знал эти места и человеком никогда не был. В глубокой пещере, прогретой горячим подземным источником, лежал зверь. Или, точнее, Пёс, чья шерсть была темнее ночи.

Тепло, обволакивающее ласковым коконом, напоминало руки хозяйки. Если бы только девушка смогла обнять полностью такую громадную тушу… Эти мысли заставили оскал на морде превратиться в некое подобие улыбки. Его владелица… только ради неё он наконец-то позволил двуногим надеть на себя ошейник, блестевший сейчас ярче золота. А всё потому, что он не был подобен тем, которые люди пытались нацепить раньше. И сила, заключённая в нём, сдерживала его собственную.
- Добро пожаловать, владыка Севера.

Даже чуткий звериный слух не успел уловить, когда в пещеру заглянуло хрупкое создание, источающее запах цветов.
- Аромат ириса? – клыки чуть сверкнули в глубине пасти. – Пришла сюда, чтобы сбить меня со следа? Не выйдет.
Серебристые волосы рассыпались по плечам, а складки длинного белого балахона сложились в причудливый узор, когда создание, оказавшееся девушкой, опустилось перед Псом на колени.
- Я не пытаюсь вмешаться в задание, которое дала тебе твоя госпожа. Я лишь хочу предложить тебе сделку.
- Договор с арксуром? Хах, это занятно!

Жёлтые глаза в обрамлении пушистых ресниц смотрели на него, не мигая.
- Ты ведь пришёл сюда ради силы повелителя Ирисов. Забери же её, а ему оставь жизнь.
- А ты уверена, что твой повелитель не применит свои новые способности против людей? В этом случае я буду обязан его уничтожить.
- Дамиан – истинный сын О Корнэлла. Он никогда не поступит так. – уверенно произнесла гостья, кланяясь Псу до земли. – Прошу тебя, как Верховного лорда.

Лукас вздрогнул, услышав давно забытое к себе обращение, и открыл глаза. В пещере, кроме него больше никого не было, если не считать крохотную летучую мышь, прошелестевшую крыльями под высокими сводами. Уголки губ Кроуфорда поползли вверх, когда он вспомнил свой сон: кто бы ещё спал и видел себя собакой, разговаривающей с воплощением Белого Ириса? Однако слова девушки казались явью…

* * *

Пробуждение барона Карибского моря было куда менее приятным. Началось с того, что он, наскоро вспомнив события прошедшей ночи, подскочил и пребольно ударился о спинку кровати. От резкого движения стоящая рядом капельница покачнулась и рухнула на пол, разбудив только-только прикорнувшего на стуле Михаэльса.
- Себастьян? – Джек уже привычным движением избавился от катетера. – Почему ты здесь?
- Сестра не спала двое суток, помогая Келли за тобой ухаживать. А я наконец разобрался с делами в особняке графа и пришёл сменить её. Но не думай, что это - из-за тебя.
- Д-двое суток?! – заикаясь, переспросил Воробей и, недолго думая, ухватил за грудки дворецкого. – Что произошло, пока я спал?!
Юноша строго посмотрел на него и спокойно произнёс:
- Ничего существенного. Твой друг Дарис теперь в безопасности…
- Что ты говоришь, Сёба?! – в дверях невесть откуда возникла растрёпанная, запыхавшаяся Рэдклифф.
- Грелль, я же просил ждать меня в поместье!
- Сам жди! – грубо оттолкнув парня плечом, Рыжик влепила пощёчину и капитану «Жемчужины», да такую, что тот упал обратно на подушку. – Козлина! Между прочим, пока ты тут изволил валяться в отключке, Дариса забрали военные!
- О-ох… какие ещё военные? – пробормотал пират, потирая щёку.
- Обыкновенные, дурень! – новая пощёчина окончательно вдавила его в подушку, зато помогла стряхнуть сонный туман.

Военные… Значит, руководству больницы каким-то образом стало известно о причине взрыва андроидов. Да и от их навигатора ошмётки остались, что тоже навело на не самые радужные мысли. Вот почему все здесь сообразили быстро – Гробовщик больше не их клиент.
- Где находится их база?
- Если бы я знала, уже давно бы отправилась туда! – Рэдклифф укоризненно посмотрела на брата. – Кое-кто точно знает, но не говорит…
- Потому, что гражданских туда не пускают! Даже ты должна это понять.
- Сёба, я понимаю лишь то, что там будут делать с дорогим мне человеком! Или ты не знаешь военных?!
Слёзы, уже давно, как оказалось, стоящие в её глазах, могли бы разжалобить всякого, однако дворецкий оставался непреклонным.
- Даже у графа нет полномочий вторгаться на их территорию. А если бы и были, ни я, ни он бы не отпустили тебя.
- Почему?!
- Этот арксур опасен. Ты же видела запись камеры одного из андроидов.

Теперь Джек понял, откуда стало известно о происшествии в кладовой. Между тем, Себастьян продолжал:
- Я всегда был на твоей стороне, Мина. Однако сейчас ты сама не знаешь, что делаешь, и я не могу позволить тебе вмешиваться в подобное с риском для жизни.
- Нисс совсем не опасен! Он мой друг! Я его нашла, значит, должна о нём позаботиться! – не унималась девушка. – И кто сказал, что он опасен? Он разделался с навигатором только для того, чтобы защитить кэпа!
При этих словах Воробей потёр повязку на лбу.
- Кстати, а как он меня защитил? Сказать по правде, ничего толком не помню…

Грелль не успела ответить на его вопрос, потому что дверь в палату снова открылась. Джек ожидал увидеть Сьюзен, но вместо неё об его здоровье пришёл справляться сам доктор Джордж Браун.
- С чего вдруг такая честь? – осведомился он, когда врач закончил осмотр.
Тот улыбнулся:
- Капитан, мне нужно с вами кое о чём поговорить. Желательно с глазу на глаз. Вы можете пройти в мой кабинет?
Внутренний голос подсказывал пирату, что этого делать не стоит, однако в глазах Рэдклифф он ясно прочитал: «Иди!»

Как можно безмятежнее мужчина улыбнулся в ответ и, всё ещё пошатываясь, пошёл вслед за Брауном.

Добавлено спустя 37 секунд:
Глава 20.

- Весьма странное поведение для доктора, должен сказать. – заметил Джек, едва переступив порог кабинета. – Насколько я знаю, пациентам вроде меня полагается лежать, а не разгуливать по всей больнице.
Джордж жестом пригласил его в кресло за стеклянным столиком.
- Ну… когда благополучие, а то и жизнь пациента висит на волоске, можно сделать исключение из правил.
- Жизнь и благополучие? – переспросил пиратский барон. – Как прикажете вас понимать?
- Да всё очень просто, уважаемый капитан Воробей. – взгляд Брауна сделался откровенно недобрым. – Вам повезло, что вы не особенно ясно помните все детали недавнего происшествия… и я бы настоятельно рекомендовал вам не вспоминать и дальше.
Пират вскинул бровь.
- А, вот оно что… Хотите, чтобы я, будучи единственным свидетелем, играл в молчанку со всеми, кто будет спрашивать меня о Ниссе, иначе вы свернёте мне шею?
- Вот что до сворачивания, так этого я опасаюсь не меньше вашего. – поспешил «обрадовать» его Джордж. – Ребята с военной базы в Наканоре пока ещё вежливо попросили молчать нас обоих. Даже полиция не вмешивается в дело этого слишком необычного человека… Да и человека ли?

Воробей, голова которого до сих пор кружилась, откинулся на мягкую спинку кресла.
- Вы что же, сомневаетесь в человеческой природе Дариса?
- Причём тут его природа? Я говорю о той силе, что заключена в его теле. Не пытайтесь с ней связываться и отсоветуйте вашей не в меру любознательной рыжей подруге. Кстати, запись тоже забрали военные.
- Я могу хоть примерно знать, что будет там с Дарисом? – после некоторого молчания спросил капитан «Жемчужины».
Браун передёрнул плечами.
- Собственно, с экспериментальными образцами на военных базах не особенно церемонятся…

При словах «экспериментальный образец», употреблённых по отношению к его уже лучшему другу, у пирата ощутимо зачесались кулаки. Однако он сумел удержать себя в руках и лишь спросил, покидая кабинет:
- А врач, не так давно боровшийся за его жизнь, тоже считает его лишь образцом?

* * *

- Нет, нет и ещё раз нет.
- Граф, ну прошу вас!
- А я готов повторять сколько угодно: это тебе не игрушки!

Грелль, уже час как вернувшаяся из больницы вместе с Себастьяном и Джеком, наматывала круги по кабинету своего хозяина.
- Да кто сказал, что я играю?! Я вполне серьёзно собираюсь ему помочь! Только не понимаю причин, по которым мне отказывает в содействии самый богатый человек Королевства!
Сиэль испустил тяжкий вздох и подпёр щёку рукой, в упор глядя на девушку.
- Ты же знаешь, что я не всесилен и моё влияние в Тагуре не безгранично! Даже полицию попросили отойти в сторону от дела арксура, а Его Величество не давал мне приказа провести расследование.
- Вы всегда делаете лишь то, что говорит вам король! – зло бросила Рэдклифф.
- Естественно, я ведь состою у него на службе.

Рыжик подошла ближе и положила руки на стол, внимательно глядя на мальчика из-за стёкол очков.
- А вы ни разу не пытались задумываться о правильности королевских приказов?
- Приказы не обдумывают. Им следуют, даже если они не верные. – ответил маленький граф. – Однако тебе этого не понять, поэтому лучше и не пытайся.
- Не понять, значит? – ладони Рэдклифф непроизвольно сжались в кулаки. – Вы хоть сами верите в то, что сейчас говорите?!
- Пойми меня правильно. Я не вмешиваюсь в дело Нисса не только ради себя, или Его Величества, но и ради всех, кто живёт в этом доме. Если мы начнём совать нос туда, где есть большая вероятность его лишиться, лишимся не одни мы, а все, кто с нами связан. Мэйлин, Финни, Бард, Танака, твой брат, наконец… Неужели ради спасения Дариса ты подвергнешь опасности сразу столько человек? По-моему, это более чем эгоистично.

На гладкую поверхность стола закапали слёзы.
- Но Дарис… он же тоже не виноват, что у него теперь такое тело!
- Откуда ты знаешь? Может, всё это время он только играл роль добродушного простачка.
- А как насчёт спасения Джека? Или создание «элейками» защитного поля при взрыве андроидов, по-вашему, было случайностью?!
- Это ещё ничего не доказывает. – отрезал Сиэль. – И это больше не наша забота.

Видя его непреклонность, Грелль решилась на последний, самый отчаянный шаг.
- В таком случае, граф, позвольте рассказать вам ещё кое-что…

Добавлено спустя 2 минуты 17 секунд:
Глава 21.

Гробовщик уже давно осознал, сколь мучительно стоять на осколках разбитого мира. Того самого мира, в который он понемногу начинал возвращаться, благодаря Грелль, Джеку и визитам умерших родителей. После побега из «Миллениума» преобразования были не только с его плотью, но ещё и с душой. Не в том смысле, что часть мозга периодически отказывалась работать, а в том, что нутро Дариса представляло до этого дня чистую плодородную почву, на которой ему предстояло вырастить свой цветок новой жизни. Жизни, подаренной ему той Рождественской ночью.

Однако сейчас она вновь покидала его капля за каплей, и делала это мучительно больно: ускользала по лабиринтам проводов, опутавших тело, сочилась из игл, введённых глубоко под кожу, испарялась сквозь дыхательную трубку, оставляя на память лишь лёгкую испарину, доказывающую, что он пока ещё жив и терпеливо дожидается своего конца. Да, терпеливо. И хорошо, что он тогда совладал с собой, не оставил Рэдклифф надежды. Так ему кажется…
Подобное состояние вытесняет счёт времени. Арксур не задавался вопросами, где и сколько он уже находится. К чему, если остаётся лишь плавать в небытии, изредка сдабриваемом болью от какого-нибудь заново подсоединяемого прибора, и ждать, когда оно, временное, перейдёт в вечное?

В любом случае, где бы он ни был, умирать здесь несравненно легче, чем в лаборатории «Миллениума». Там его крики частенько заглушали чужие. Там люди (пусть и незнакомые) мучились рядом круглые сутки, лишний раз служа напоминанием о твоём собственном отчаянном положении, как и о том, что никого из них ты не спасёшь. Не это ли самая изощрённая пытка для миротворца, привыкшего защищать другие жизни?

В мутные глаза бил свет лампы, а они всё так же терпеливо ждали, когда он навсегда погаснет. Тело уже устало вздрагивать от непрекращающейся последние два часа саднящей боли, и теперь только едва заметно дрожало. Слёзы высохли, склеив некогда пушистые ресницы в ещё более тонкие стрелы. Сердце лениво отбивало число ударов ниже нормы в минуту. Наконец в горле появился давно ожидаемый знакомый металлический привкус.

Но именно в этот момент что-то случилось, словно бы на конце нити жизни завязался узелок. Сначала Нисс различил испуганные вопли фигур, которые, как он смутно видел, толпились около него. Затем погас свет и воцарившуюся было тишину прорезала канонада выстрелов. А потом в ответ раздались все три, сделанные предельно точно.

Наводящий тошноту туман рассеялся сам собой, когда чьи-то руки, разрывая и без того изрезанную шрамами кожу, вытащили провода – все до последнего. Запах собственной крови отрезвил Дариса, заставив его сфокусировать взгляд.
- Долго ты будешь валяться? – укутанная волосами высокая фигура Кроуфорда склонилась над ним. – Будто мне делать больше нечего, как нянчиться с полукровками…
Ирис не знал, кем являлся его спаситель, но быстро смекнул – он рассержен. И что-то подсказывало, что намерением умирать его лучше не злить!

Остатки проводов спали, когда юноша кое-как приподнялся на дрожащих руках. Лукасу всё же пришлось проявить терпение и подождать, пока арксур хоть немного сориентируется в пространстве. Однако когда было нужно, «цепной пёс «Хельсинга» умел быть безжалостным.
- Так-то лучше. Пошли отсюда.
Дарис свесил голову так низко, что волосы полностью зарыли ему лицо.
- Я не могу. Давно уже не могу ходить…
- Меня это не волнует. Не можешь идти – ползи. Или ты намекаешь, что я должен тащить тебя на руках? – усмехнувшись, Алу бросил ему снятые с какого-то солдата рубашку и брюки. – Если через пять минут не будешь готов за мной следовать, останешься здесь.

Слабый вскрик был ему ответом. Обернувшись, он увидел, что Нисс, окончательно придя в себя, с ужасом оглядывал помещение, где пол, потолок и стены были заляпаны ещё свежей кровью. А сам Кроуфорд уже давно не обращал на это внимания.
- Зачем… - Дарис отшатнулся в другой конец койки на которой лежал, подтягивая колени к исхудавшей груди, - зачем ты убил их?
Тагурец пожал плечами и будничным голосом ответил вопросом на вопрос:
- А ты сам разве не рад, что мертвы все твои мучители? К слову, они – не первые и не последние трупы сегодня.
- Но они же… были людьми! – страх в глазах парня рос с каждым мгновением. – Это же не андроиды, это люди!
- Хех! – оскал белоснежных клыков был ему ответом. – Говоришь так, будто никогда прежде не убивал человека. Уже забыл, что случилось пару дней назад в той кладовке?

Вопрос Алу мигом вернул Ниссу память. Вспомнив всё до мельчайших деталей, он пошатнулся и, наверное, рухнул бы на пол, если бы не подхватил Кроуфорд.
- Ладно, расслабься. – алый плащ укутал дрожащие костлявые плечи. – Я знаю, что ты пытался спасти своего приятеля.
- Джек… Грелль… Где они сейчас?
- Да откуда я знаю?! Здесь был только ты.

Совладать со страхом было сложно, однако арксур всё же спустил ноги в алую лужу. Лукас улыбнулся:
- Надо полагать, это означает, что ты готов следовать за мной.
Голубоватые змейки просочились сквозь кожу и окутали сверкающим коконом ноги парня.
- Если ты отведёшь меня к Грелль…

Добавлено спустя 41 секунду:
Глава 22.

Когда Кроуфорд только прибыл на базу, вокруг неё бушевала метель. Или, вернее, то, что могло показаться метелью обычному человеку. Ведь вокруг столь секретного военного объекта всегда должна быть защита, скрывающая его от посторонних глаз. И такие защиты «цепной пёс «Хельсинга» вычислял с лёгкостью.

Наканор представлял собой довольно отдалённое местечко, укрытое за хребтами Малых Снежных гор. В былые времена здесь селились предки современных голубоглазых тагурцев. А вот черноглазые, более дикие, сильные и устойчивые к холоду, охотно выбирали Большие Снежные в качестве места жительства.

Тысячи лет блужданий в этих ущельях выработали в предках Алу редкую выносливость. Вот поэтому он усмехнулся вопросу, который задал ковыляющий позади Гробовщик:
- А ничего, что я завернулся в твой плащ? Здесь довольно холодно…
- Ты говоришь это чистокровке, с лёгкостью способной сейчас лечь прямо на снег? – насмешливо скалясь, мужчина похлопал плотно прилегающий к его телу костюм. – Знай, что замёрзнуть для меня – так же недопустимо, как тебе – вернуться обратно на базу.
Дарис остановился.
- Кстати об этом… Ты что, там всех убил?
- Брось – я не настолько жесток. Всё зависит от ситуации. В данном случае пришлось разобраться лишь с теми, кто непосредственно работал с тобой. Остальные же знать не знали об этих исследованиях (в подобные дела не посвящают весь персонал), так что я стёр информацию и уничтожил систему.
- Ц-целую систему базы?! – заикаясь, выдавил Нисс.
Кроуфорд неожиданно повернулся к нему и проговорил ледяным голосом:
- Почему такое удивление? Ты ведь можешь сделать то же самое.
- Хих-хи, впервые за последнее время мне стало смешно! Спасибо, что развеселил, ты же шутишь?
- Отнюдь. Это ты строишь из себя полного идиота. Удобно, конечно, прикидываться бедным парнем, слетевшим с катушек вследствие суровых жизненных обстоятельств, но подобный номер прокатывает не всегда. Сейчас он не прокатил и со мной… Белый Цветок.

«Элейки» дрогнули, один за другим втягиваясь внутрь тела. Как только исчез последний из них, арксур упал на колени прямо в сугроб.
- О чём… ты говоришь?
- Значит, ты забыл, кем являешься на самом деле? Что ж, оно и к лучшему. По крайней мере, игра в благодетеля мне наскучила. – едва Алу произнёс последнюю фразу, как Дарис почувствовал вокруг себя дрожание воздуха. – А теперь сыграем по-настоящему.

Добавлено спустя 1 минуту 18 секунд:
Глава 23.

Нисс не двигался, делая лишь судорожные вдохи. «Элейки» похожие на его собственные, но отчего-то не видимые глазу, скользили вдоль шрамов и опутывали тело надёжным коконом.
- Да, ты не ошибся. – Кроуфорд усмехнулся, прочитав немой вопрос в жёлтых глазах. – Носитель настоящего модуля стоит перед тобой. Ты же был лишь моим прототипом. Но насколько жалким – предстоит ещё выяснить…

Удар невероятной силы отбросил парня далеко в сугроб. Не успел он подняться, как снова был придавлен тяжёлым сапогом к земле: Лукас преодолел разделяющее их расстояние парой звериных прыжков.
- Ну что же ты? Дерись!
- Я не буду… - чуть слышно прохрипел Нисс, чувствуя, что его рёбра вот-вот превратятся в кучу костяных осколков.
- Посмотрим…

Несколько проводков обвились вокруг шеи, приподнимая арксура на воздух, а другие в клочья рвали одежду, освобождая места расположения чипов. Однако Алу знал, когда следует остановиться и, увидев, что лицо Гробовщика начинает синеть, разжал невидимую хватку. Тот тяжело рухнул в снег, кашляя и сплёвывая кровь.
- Если думаешь обмануть меня своей тщедушностью, то напрасно. Я знаю, кто ты такой и на что способен.
- Прошу, отпусти меня… - из копны спутанных волос раздался слабый всхлип. – Мне ничего больше не надо – я хочу лишь спокойной смерти…
- И это слова Дамиана О Корнэлла? – новый тычок опрокинул его на живот. – Это желание Легендарного Ириса, который владеет Севером место меня? Что-то не верится.
- Дарис!

Знакомый крик прогнал безразличие. Дрожа от холода, слабости и унижения, арксур обернулся через плечо.
- Грелль?..
Рыжик действительно стояла позади них вместе с Джеком. Кроуфорда же ничуть не смутили направленные на него шпага и бензопила.
- По-твоему это разумно, да, девочка?
- Отойди от него. – ледяным голосом проговорила Рэдклифф. – Или пожалеешь, что вообще вернулся на земли нашего Королевства!
- Как страшно.

Воробей не успел опомниться, оказавшись прижатым к земле невидимой силой. Оружие выпало из его руки, с отвратительным хрустом повисшей плетью. Девушка же ощутила удавку.
- Нет!!! – видя ужас на её лице и скорчившегося от боли пирата, вскричал Гробовщик. – Ублюдок, не смей их трогать!
Довольный его реакцией Лукас заулыбался, скаля клыки:
- А разве тебе не безразлично? Ты ж собирался умирать.
- Дарис, беги… - хрипела Грелль, продолжая буравить Алу взглядом, а её руки тщетно пытались стиснуть корпус бензопилы.
- Нет, теперь я не уйду так просто…

Удар, равный по силе его собственному, заставил Кроуфорда выпустить жертв. «Элейки» не могли пробить защищающий тело тагурца костюм, однако ему пришлось отступить.
- Ты ведь этого хотел? – провода переплетались, образуя один, готовый вот-вот ударить снова клубок. – Тебе нужна моя сила, так получай её!

Джек, державшийся за сломанную руку, мог бы поклясться, что новый выпад Гробовщика был внезапным. Но Алу с поистине кошачьей ловкостью увернулся, пропустив поток «элейков» мимо себя.
- Твой модуль видим, и это делает его уязвимым. Хотя, чего ещё ожидать от дешёвой подделки… И полукровки, в чьём теле она находится.
Уже не на шутку рассерженный Дарис нанёс следующий удар. Однако провода остановились в полёте, будто встретившись с невидимой стенкой.
- Барьер…
- Вижу, в лаборатории тебя кое-чему научили. – усмехнулся тагурец. – Впрочем, мой бывший владелец меня тоже не тапочки заставлял приносить… И ты сможешь удивить меня, если пробьёшься сквозь подобный заслон.

Положение становилось опасным. Последние силы, что накопил в себе Гробовщик, стремительно покидали его. Он стоял, пошатываясь, и молился лишь о том, чтобы не упасть обратно. Ведь стоит потерять под ногами почву – и его убьют.
- Почему?.. – он бессильно сжал кулаки, опутанные «элейками». – Разве дева, Пёс и Цветок – не три части одного и того же чуда, случившегося сотни лет назад в этих горах?..
- Когда одна из этих частей становится опасной, будет лучше, чтобы легенда вовсе не воплотилась в жизнь!

Они схлестнулись вновь, с ещё большей яростью, чем прежде. Воздух наполнился гудением от проводков, видимых и невидимых Джеку с Грелль, снег летел веером из-под тяжёлых сапог, а чёрные и белые пряди волос развевались на колючем северном ветре.

Рыжик то и дело порывалась вмешаться в сей необычный поединок, однако каждый раз была удерживаема здоровой рукой пирата. И хотя Воробей сам боялся за Дариса, но понимал, что в битве двух носителей Арео-модулей простым людям делать нечего. Кроме того, он уже знал, что Алу вовсе не собирается убивать. Ему хотелось лишь выяснить, насколько разработка Блейка сильна по сравнению с его.

Кроуфорд быстро сообразил, что проникнуть в защитную программу Нисса не сможет. И хотя невидимость проводов в сочетании с ударной волной давала ему серьёзные преимущества, пришлось отметить скорость, с которой арксур наносил удары. Кроме того, Гробовщику здорово помогала перенесённая в лаборатории «Миллениума» слепота: он чувствовал колебания воздуха и безошибочно определял, куда ударят «элейки». От его вялости не осталось и следа. Только под конец, израсходовав всю энергию, он метнулся к Джеку и Рэдклифф. Лукас усмехнулся, но его проводки тотчас отскочили от барьера. Видимого, однако тоже прочного, созданного вокруг трёх людей.
- Оригинально… И как долго ты намерен прикрываться этим…

Закончить насмешливую фразу тагурцу не дали: голубоватый вихрь вырвался из сердца заслона, разрывая защитный костюм. Чёрные глаза расширились – мужчина отказывался верить увиденному. Впрочем, причиной появления такой невероятной по своей мощи энергии была сила духа… «Потрясающе… Я даже готов тебя похвалить».

* * *

Барьер исчез, открывая его взгляду странную троицу. Джек по-прежнему лежал на снегу, а Грелль прижимала к себе бесчувственного парня. Едва Кроуфорд шагнул к ним, она насторожилась и подняла пилу.
- Три части одного и того же чуда… - не обращая на неё внимания, задумчиво проговорил Лукас. – Кто бы мог подумать, что полукровка окажется прав.

Нисс закричал и вскинулся так резко, что Рэдклифф с трудом удержала его. Шрамы в местах вживления чипов вздулись и покраснели, после чего взорвались фонтанами крови. Только сейчас девушка и пират догадались, что плоть рвут на части «элейки» Алу.
- Прошу тебя, остановись! – с непривычной мольбой в голосе воскликнула Грелль. – Не мучь его больше, оставь в покое!
- Я не уйду, пока не получу то, что по праву принадлежит госпоже.
К счастью для арксура, сознания он лишился быстро. Вытащив чипы, с которых ещё капала кровь, проводки доставили их точно в руку Лукаса. Не говоря ни слова, он завернул их в обрывок плаща и медленно побрёл к лесу, на опушке которого уже ждал чёрный пёс.
- Ты следуешь приказам, несмотря ни на что… - усмехнулся Джек вслед тагурцу.
Тот остановился.
- Просто Пёс и Цветок Севера по-разному несут службу людям. Я позволил ему продолжить свою.
- Это жалость?
- Нет. Уважение.
- Лорд! – окликнул Воробей, когда Алу собрался идти дальше. – А всё же попробуй хоть раз сделать что-нибудь вопреки приказанию твоей госпожи! Для убийцы у тебя слишком доброе сердце.
Блестящие клыки были ему ответом:
- Не слишком ли много ты на себя берёшь, поучая меня, а, бродяга? Я не свернул тебе шею лишь потому, что ты, замешанный как совершенно лишний элемент во всей этой истории, вывел меня на след тех, кого в «Хельсинге» называют «Миллениумом». Но будь спокоен – теперь это наше дело. А вам скоро помогут .

Рэдклифф, продолжавшая прижимать к себе Дариса, не очень поняла смысл его последней фразы. Однако уже через минуту после ухода Кроуфорда над ними склонился незнакомец, очень похожий на Нисса.

Добавлено спустя 42 секунды:
Глава 24.

Ника улыбалась, поглаживая по голове своего спящего сына. Трава шумела вокруг и ирисы качали головками в такт налетевшему ветру. Тонкий аромат защекотал ноздри, возвращая арксура к жизни.
- Теперь… всё?
- Верно говоришь, Дамиан. – мягкая ладонь прошлась по его седым волосам. – Сегодня был положен конец твоей прежней жизни. Твоей наградой станет спокойствие… если ты сам его пожелаешь.

Лёгкий поцелуй матери окончательно привёл Дариса в чувство. Отвыкшие видеть глаза (должно быть, лежал очень долгое время) поначалу не могли дать представление о том, где он находится. Но когда взгляд сфокусировался, первое, что разглядел перед собой арксур, было лицо Грелль, спящей рядом. Гробовщик с трудом узнал её. Это была не та взбалмошная рыжая девушка, покорившая его своей бесшабашностью. Сейчас, в длинной ярко-красной одежде, со струящимися по шёлковой простыне огненными волосами и без очков она выглядела истинной королевой. Королевой, к которой было боязно и хотелось прикоснуться.

Высвободив свою руку из складок белого, расшитого серебристыми узорами балахона, он осторожно откинул волосы с её лба. Рыжик улыбнулась, так же медленно просыпаясь.
- Я могу тебя ждать хоть до самой смерти. – были первые её слова после пробуждения.
Вспыхнувшие серебром пряди сплелись с огненными.
- Не волнуйся. Теперь я всегда буду рядом.

Страшные раны заставили юношу больше, чем на месяц погрузиться в небытие. Но сейчас лишь несколько рубцов, очертания которых смутно напоминали лепестки ирисов, остались на теле. А самое удивительное – Дарис совсем не чувствовал слабости и легко поднялся с широкой кровати следом за девушкой.

Комната, где они находились, была прекрасна. Даже мало сказать «прекрасно» - это было волшебно. Лёгкие водопады, струящиеся по девственно-белому мрамору. Белые же колонны, увитые гирляндами растений, поддерживали потолок. И вокруг были цветы. Много цветов одного и того же вида, впервые согревшие своим ароматом ледяное сердце Тагура.

Локоны серебристых волос тянулись этаким шлейфом за арксуром, медленно приближавшимся к ним. Опустившись на колени перед Ниссом, он поднял голову. Золото глаз встретилось с золотом.
- Кто ты? – тихо спросил Гробовщик. – Ты похожа на мою мать.
- Та, что вела тебя сюда шаг за шагом и оберегала в пути, Дамиан О Корнэлл. – девушка встала, расправляя складки белого платья, и коснулась губами головы парня. – Лунара Сильвана – дочь последнего короля арксуров… И твоя сестра.

Дарис перевёл дыхание. Так вот почему Рэдклифф не сердится, видя рядом с ним другую представительницу прекрасного пола!
- Лунара? – повторил он. – Но я тебя совсем не помню.
- Память – не то, чем нужно дорожить, если речь идёт о тебе. Потому что история твоей жизни переписана заново… благодаря вмешательству капитана Джека и ещё многих людей, которые тебя любят.

Говоря это, Сильвана вела обоих по широким залам дворца. Сквозь огромные, от потолка до стен окна были видны заснеженные шапки гор. Снежинки танцевали в воздухе, касаясь стекла и будто просили впустить их внутрь – к теплу, цветам, уюту. Однако люди не внимали призыву, продолжая движение.

Наконец Лунара распахнула перед ними последнюю дверь. За ней обнаружился зал, в котором, к великому изумлению Дариса, собрались все: выздоровевший Джек, Себастьян, Сиэль и ещё куча незнакомого народу. Однако мы с вами знаем пришедших: это были Данте, Баркинс и Ину.

Добавлено спустя 40 секунд:
Глава 25.

- Заставил же ты нас побегать. – усмехнулся маленький граф. – И явно заразил своим сумасшествием. Потому что в здравом уме я никогда не поверил бы в эту чехарду со временем и пиратами из Внешнего мира!
- Бросьте, хозяин – вы поверили сразу же после моего проникновенного рассказа! – усмехнулась Рэдклифф.
- А я вот довольно долго в тебе сомневался, сестра. – покачал головой Михаэльс.

Услышав такое обращение к девушке из его уст, Кастор поёжился, но ничего не сказал.
- Сильвана привела нас сюда. – обратился к Дарису предводитель воров. – Ты, наверное, не помнишь своих бывших протеже, а они мне все уши про тебя прожужжали… Даже тот, что говорить не умеет.

Шио уже вовсю тёрся о ноги Гробовщика, шипя ему что-то дружелюбное. Арксаирец, вопреки своему обыкновению, молча сжал Нисса в объятиях.
- Ах, да – Ганджи… - воспоминания стремительно возвращались, пока он гладил его золотистые волосы.

Лунара неслышно опустилась на мраморный пол, покрытый лепестками цветов.
- Здесь, в этом священном месте, легенды подлинно становятся частью реальности. Все вы воплощали их в жизнь тем волшебством, что таится в глубине душ. Это – не дар Цветка Ириса, но Ирис помог разбудить его. Дева и её Пёс непременно ещё вернутся на земли Тагура, чтобы присоединиться к нам. Однако всё это в будущем. Сейчас же ваша задача – разойтись каждому по своей дороге.

* * *

Через несколько дней, стоя посреди всё той же залы, Нисс принимал из рук Лунары на диво выкованную алебарду.
- Оружие, которое прежде носил наш отец. – пояснила девушка. – Мне достался Адроис – меч матери. И этот дворец также принадлежал им.
Юноша погладил холодное древко. Подчиняясь движениям его руки, лезвия распустились, подобно лепесткам цветов.
- Даймонд никогда не использовал его просто так. И тебе наказал этого не делать. Твоя задача – возрождать, а не губить ещё больше. Может, вот та причина, по которой ты выбрал именно путь миротворца.
Дарис повернулся к сестре:
- А ты… ты берегла арксуров все эти годы?
- Так завещала мне Ника. Родители знали, что Брэгстер не оставит в покое наше семейство, и потому ещё в раннем детстве разлучили нас. Однако я верю, что в твоём лице наш пока не многочисленный род обретёт нового короля.
- Мама сказала, что я должен сам выбрать свой путь. – Нисс опёрся на древко алебарды, раздумывая. – Предводитель миротворцев, король новой человеческой расы… или просто любящий муж и отец? После встречи с Рэдклифф мои мысли охотнее склоняются к последнему.
- Это твой выбор. Об арксурах я могу заботиться и дальше. Однако своих миротворцев тебе всё же придётся получить обратно. Именно для этого я отыскала Ину и Баркинса.
- Я очень ценю твою помощь.
- Брось – этих двух самых преданных тебе воинов отобрала сама жизнь. Они, как и юный граф, помогут вернуть то, что по праву принадлежит тебе. Только удар Пауэрсу должен быть нанесён незаметно.
Гробовщик улыбнулся:
- Ты права. Цветок ириса – символ жизни, значит, мне нужно спрятаться под символом смерти. Его лепестки белы, как горный снег – значит, свои мне придётся скрыть под чёрным покровом. Ум Живой Легенды чист и ясен – значит, мой нужно погрузить в мнимое безумие. А когда всё закончится, люди, возможно, примут меня таким, какой я есть.
Лунара прижалась к нему.
- До чего приятно встретиться с братом, чьё отсутствие не давало покоя столько лет… Но Грелль со своим ещё предстоит примириться. Она замечательная, редкой души девушка, поэтому береги её.
- Обещаю.

Добавлено спустя 37 секунд:
Глава 26.

Идя по коридорам и мысленно готовясь к нелёгкому разговору с другом, капитан «Жемчужины» вдруг услышал голоса в спальне. Любопытство взяло верх, и он осторожно заглянул в приоткрытую дверь.
- Долго ли ты ещё будешь отмахиваться от меня, сестричка? – в своей непринуждённой манере спрашивал Данте.
- Я просто думала, что Лунара умнее. С её стороны было большой ошибкой привести тебя сюда и попросить о помощи.
- Понимаю. Никому не приятно, когда брат бросает семью и становится частью преступного мира… Но я хочу, чтобы ты знала – на дорогу в него я ступил только ради тебя.
- Что это значит? – после некоторого молчания спросила Грелль.
Кастор подсел к ней ближе.
- Тот мерзавец, что пытался затащить тебя в притон, непременно сделал бы это, если бы ему не помешал я. Я согласился присоединиться к его шайке в обмен на ТВОЮ безопасность. То, что ты последние годы жила спокойно – заслуга пусть и беспутного, но бесконечно любящего тебя брата.

В тот момент, когда Данте прижал сестру к себе, Джек встретился в полутьме коридора со сверкающими глазами Себастьяна.
- Михаэльс? Ты что, тоже подслушиваешь?!
- Не подслушиваю, а убеждаюсь, что с Миной всё в порядке. И, признаться, немножко ревную. Совсем немножко!
Пират похлопал его по плечу.
- Привыкай. Кастор теперь тоже часть вашей команды. Прежде я имел с ним дело и могу сказать, он – славный малый. Если объедините с ним усилия, тогда не то, что Лэри – весь Тагур содрогнётся.
- А ты разве не с нами? – неожиданно спросил Себастьян.
- Боюсь, моё время здесь истекает. Хорошо, если я успею поговорить с Ниссом…
- И что же ты ему скажешь?
- А вот это, приятель, уже не твоё дворецкое дело.
- Шутку понял. Смешно!

Вот так, тихо посмеявшись, они пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по комнатам. Вернее, по дороге к своим апартаментам в горном дворце арксуров Джек наткнулся на Дариса.
- Ох… а я надеялся всё же отложить разговор с тобою до завтра… Ты уже в порядке, как вижу?
- Жить буду. – бросил Гробовщик свою обычную фразу. – Если собрался говорить, говори сейчас. Теперь, когда я почти во всём разобрался, я охотно готов тебя выслушать.

Воробей проглотил застрявший в горле комок. Признание собственных ошибок было для него непривычным.
- На самом деле, я только хотел сказать, что виноват перед тобою больше, чем кто-либо… Даже больше Пауэрса в некотором смысле.
Губы арксура озарила улыбка.
- Прости – я многого ещё не помню. В том числе и твоей передо мной вины.
- К сожалению, ты этого и не вспомнишь, потому что не знаешь… - пират сделал шаг к нему. – Но мне действительно жаль, что лучшая пора твоей жизни была загублена мной…

Он не договорил, ощутив вокруг странное движение воздуха. Догадавшись, что происходит, Воробей протянул руку вперёд, слегка коснувшись кончиками пальцев ладони юноши.
- Прости – видимо, всё уже должно кончиться здесь и сейчас… Прощай. Теперь ты можешь быть счастлив, ведь за тобой никто больше не будет охотиться. Береги Лунару и Рэдклифф, верни «Ирис», стань владыкой арксуров и отцом не меньше десяти малышей! Слышишь – это приказ твоего капитана!

Дарис так и остался стоять с раскрытым от изумления ртом. Фигура Джека на глазах таяла, превращаясь в лёгкую тень. Но скоро и она исчезла, оставив его одного в тёмном коридоре дворца.

Добавлено спустя 1 минуту 12 секунд:
Глава 27.

«Невидимая сторона… Та самая, с которой каждый должен посмотреть на себя самого. Анализируя свои поступки и складывая их в единое целое, ты сможешь хотя бы отдалённо представить ответ, какой дашь однажды перед Создателем. Эта сторона – зеркало твоей души. Зеркало, в котором ты сам рисуешь своё отражение. То, что некогда было белоснежным, превращается в чёрное. Пёс, покрытый лохматой шкурой, превращается в человека. А Цветок, чей аромат соединил его с возлюбленной, становится тем, кого называют в Тагуре разными именами, но кто неизменно идёт туда, где благоухает жизнь. Дарис приходит к людям в виде прекрасного светлого юноши. Глаза его жёлтые, волосы серебристые, отдающие ароматом цветов, а одежда соткана из тончайшего лунного света. Он появляется из ниоткуда и уходит в никуда, чтобы снова найти воплощение в короле арксуров. Ныне им стал Дамиан».

Интегра сняла очки и потёрла усталые от бессонной ночи глаза. Хотела написать отчёт о добытых телохранителем чипах, а вместо этого настрочила какую-то ерунду… Однако её вовсе не хотелось выбрасывать. К тому же, что-то подсказывало наследнице «Хельсинга», что их пути с похоронных дел мастером тесно пересекутся и всё написанное – далеко не чушь. Но это она узнает после, как и то, что её преданный слуга обрезал волосы в знак своего поражения, столкнувшись с силой, равной его собственной. И уж конечно, не знала, что не долее, как два часа назад он впервые, по совету пирата, прислушался к зову сердца и несёт домой раненую девушку по имени Виктория Серас.

* * *

Вспышка света – луч, рассекающий пространство и время. Джек ощущал себя песчинкой в его гигантском потоке, которую несёт к знакомым ей берегам. И пусть он не успел рассказать Ирису всё, что хотел, миссию на землях Северного Королевства можно было считать завершённой.

Вот только жаль, что он не увидел своими глазами развязки новой истории. Выполнит ли Гробовщик то, что он ему завещал? Победит ли Лэри в решающей схватке и как будет жить после? Вот вопросы, на которые капитан «Жемчужины» никогда не получит ответа…
- Воробей, сколько можно дрыхнуть?! Сейчас твоя очередь вести корабль!

Чей-то пинок заставил пирата кубарем скатиться с кровати (он понятия не имел, как на ней очутился). Сквозь окна в каюту врывался свежий морской бриз, а над ним, с красным от раздражения лицом стояла Анжелика.
- Э… милая, ты уже ходишь?
Та прибалдела от такого вопроса:
- Что значит: «Уже хожу»?
- А где наш малыш?
- Какой малыш?!
Второй удар (на этот раз в челюсть) напрочь отбил охоту спрашивать дальше. К тому же, в дверь уже просунулись любопытные мордочки Грелль и Нисса.
- Я вижу, он наконец проснулся. – констатировала Рэдклифф.
- Проснулся, и несёт полный бред! – заворчала пиратка, для острастки собираясь пнуть капитана «Жемчужины» ещё раз.

Однако она промахнулась: тот уже стоял возле Дариса.
- Грелль, Гробовщик… почему вы здесь?! И куда мы плывём?!
- Как это куда? – отвалила челюсть Рыжик. – В бухту Погибших Кораблей, естественно! Сказал же твой батя, что там нас ждут бедолаги, не по своей воле угодившие на Карибы…

Теперь до Джека начало доходить: изменения в прошлом Ириса повлияли и на ход его собственной жизни, отбросив назад в прошлое. Но то ли это было прошлое, которое он знал? Чтобы ответить на не дававший покоя вопрос, пират приподнял чёлку арксура. Два живых, без малейших признаков слепоты глаза смотрели на него насмешливо и удивлённо. Протез исчез.

Едва пират сделал для себя такое открытие, его руки сами собой обняли парня и девушку. Те всё ещё недумевали, откуда в обычно грубом и насмешливом корсаре взялось столько нежности.
- Кхм… - кашлянула Анжелика, – Воробей, ты что делаешь?
Не говоря ни слова, он закрыл ей рот поцелуем.
- С ума, должно быть, сходит. – подвела итог Рэдклифф.
- А вот это уже не моя вина. – улыбнулся через плечо капитан. – Пообщаешься с вами – и не такое начнёшь выкидывать. Пусть я сошёл с ума, но мне это нравится!
- О чём ты? – спросила пиратка.
- О том, что они уже переписали свою историю. Сейчас наша очередь писать свою заново.


КОНЕЦ

Океаны и моря

Океаны и моря –
Там, где были ты и я!
Ветры с севера и юга надували паруса.
Где восходы и закаты
Провожали мы, пираты,
Где слезой дрожала в листьях серебристая роса…

Через Запад до Востока
Мы прошли всё время срока,
Что отпущен на распутье наших маленьких миров.
Не сегодня и не завтра,
Может, в будущем когда-то
Мы с тобою соединимся в лабиринте островов.

Для тебя мне нет замены,
Но ведь так бежало время,
Что нам было невозможно этот бег остановить!
Только если будет горе,
Я всегда взгляну на море -
Парус чёрный раздувая,
Может твой корабль плыть.

Океаны и моря -
Снова будем ты и я
В двух мирах, настолько разных, приключения искать!
Паруса играют с ветром,
Снег растает жарким летом,
Потому что Север с Югом соединяются опять.
Автор с "Самиздата" и "Книги фанфиков".

Ответить

Вернуться в «ФАНФИКИ С РЕЙТИНГОМ NC-17»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 2 гостя