Sleepy Lotus - Море - единственная любовь(перевод)

Модераторы: piratessa, ovod, Li Nata, Ekaterina

Сообщение
Автор
Аватара пользователя
Tais
Сообщения: 509
Зарегистрирован: Сб дек 13, 2008 7:56 pm
Поблагодарили: 5 раз

Re: Sleepy Lotus - Море - единственная любовь(перевод)

#13 Сообщение Tais » Чт дек 03, 2009 11:22 pm

Глава 9.
Что беспокоит мужчину.
Уже наступил полдень, прежде чем Элизабет набралась смелости спуститься вниз, к Уиллу, и принести ему немного хлеба из кухни.
"Так, так... если б не эта причина моей печали и боли... (так и не смогла полностью понять смысл этого выражения -"Well well, if it isn’t the cause of all my pains and sorrows". -прим.ред.)" - резко сказал Уилл, мельком взглянув на свою бывшую возлюбленную, и снова прислонился к стене тюремной камеры.
"Я принесла тебе поесть" - сказала она, игнорируя его укол.
"Поесть? Зачем обременяться кормлением заключенного, которого вскоре должны казнить?"
Элизабет вздохнула.
"Ты не будешь казнен, Уилл. Будь уверен, тебя высадят где-нибудь на берегу, я обещаю. Это бОльшая вежливость, нежели та, которую ты проявлял к Джеку."
"И чем он заслужил такое уважение?"
Она спустилась вниз по палубе, не предполагая, чего можно ожидать. Однако в какой-то момент она поняла, что все же сможет с ним нормально поговорить.
"А чем же ты, в таком случае, заслуживаешь подобную вежливость? Джек пытается позволить сохранить тебе жизнь, и просто на этот раз он оказался человеком лучше, чем ты." На этой болезненной ноте она развернулась, чтобы уйти прочь.
От догнавшего ее огорченного и подавленного голоса по ее спине пробежал холодок. "Почему ты больше не любишь меня, Элизабет Суонн? Что я такого сделал?"
Не решаясь обернуться и посмотреть в эти серьезные глаза, она всего лишь покачала головой. "Ты ничего не сделал, Уильям Тернер. Ты просто забыл обо мне".
"Как?" - крикнул он, когда она уже поднялась по лестнице. "Как я мог забыть женщину, которую полюбил с того самого момента, как впервые увидел?"
Элизабет не ответила, продолжая подниматься. Выйдя на палубу, она тут же столкнулась лицом к лицу с Джеком.
"Обещай мне, что высадишь его где-нибудь на берегу" - выпалила она, ведь тяжесть вины давила ей на сердце.
"Что ж... Я дал себе слово не убивать его, которое, кажется, не оставляет мне другого выбора..."
"Хорошо" - кивнула она, чувствуя облегчение. "Но как тебе удалось пленить Уилла? Я боялась, что они собираются повесить тебя на рее, когда уводили."
Джек пожал плечами и ухмыльнулся в своейственной ему манере, которую она находила раздражающей и одновременно пьянящей. Кто же может устоять перед шансом уцепиться за легенду о Капитане Джеке Воробье?
"Моя дорогая, я - Капитан Джек Воробей."
Элизабет фыркнула, раздраженная тем, что он не дал ей прямого ответа, и собралась идти дальше. Однако это не входило в планы Джека, и он слегка придержал ее за плечо. "Подожди-ка минуту"
Простое прикосновение заставило ее задержать дыхание; чем дольше она находилась с Джеком, тем чаще чувствовала, что жаждет его присутствия, его прикосновения. Она всегда считала достижением для себя, когда ей удавалось отойти от него. Это было упражнение в независимости, ее способ доказать себе, что она в нем не нуждается. Однако, казалось, что на этот раз Джек не даст ей сделать подобное столь просто. Поэтому, бросая вызов, она повернулась к нему лицом, и лишь какие-то дюймы разделяли их тела.
"Да, Капитан Воробей?" - спросила она, вопросительно вытянув шею. Джек поймал себя на том, что медленно рассматривает ее губы, и тут же перевел взгляд ей в глаза.
"Одна моя вещица до сих пор находится в твоем распоряжении. И мне интересно узнать, могу ли я получить свой компас обратно."
Элизабет самодовольно улыбнулась, решив держать ситуацию под своим контролем.
"С чего бы это, Джек? Ведь ты до сих пор не убедил меня вернуть его."
Быстро разгадав игру, в которую она играла, Джек поднес руку к ее щеке и прикоснулся к ней, наслаждаясь восхитительной текстурой нежной кожи.
"Тогда позволь мне убедить тебя," - сказал он, наклоняясь, чтобы поцеловать ее, в то время, как его рука скользила по ее талии, нащупывая компас во внутренних карманах ее жилета. Угадав его замысел, Элизабет отступила от пирата, и попыталась дать ему пощечину за дерзость, которую он к ней проявил, не признаваясь, насколько она этим тайно наслаждалась.
Ожидая подобной реакции, Джек успел поймать ее руку до того, как та достигла его щеки. И, словно за рычаг, он притянул ее к себе, снова требуя ее губы напоследок перед тем, как она начнет бушевать. Но, наклонившись к ней, он заметил пристальный взгляд этих восхитительных глаз, и не мог больше продолжать. Сердце Элизабет бешено колотилось в груди, ее тело желало еще большей близости между ними, а ее разум требовал остановиться.
Очарованная обаянием его глубокого взгляда, его запаха и тепла, его темных глаз, которые могли выдать больше, нежели он позволил бы узнать, она не сразу поняла, что он уже не держит ее за запястье. Элизабет медленно отступила от него и отошла в другую часть судна. Джек наблюдал за ней, чувствуя ноющую боль в груди, похожую на ту, какую он ощущал при виде золота, хотя и несколько другую. Это была более сильная, почти физическая, боль. Которая по-настоящему беспокоит мужчину.
Глубоко вздохнув, Джек согнул руки, снова возвращая спокойствие, которого Мисс Суонн, казалось, столь легко его лишила. Вскоре он понял, что большая часть команды бросила работу и наблюдала за ним и Элизабет. "Чего уставились?" - сердито прокричал он. "За работу!"

Прошу тебя, позволь мне узнать, о чем ты думаешь, хотя бы несколько слов!

Аватара пользователя
Tais
Сообщения: 509
Зарегистрирован: Сб дек 13, 2008 7:56 pm
Поблагодарили: 5 раз

Re: Sleepy Lotus - Море - единственная любовь(перевод)

#14 Сообщение Tais » Чт дек 03, 2009 11:23 pm

Глава 10
Нельзя изменить пирата
Элизабет больше не навещала Уилла на бриге, хотя она думала о нем и о Джеке в своем гамаке. Она спрашивала у себя, что случилось? Лучший ответ, что она придумала, был прост: она повзрослела. Девочка, которой она когда-то была, возможно, принадлежала Уиллу, но женщина, которой она стала, не могла быть укрощена ни одним мужчиной. И поэтому, какой мужчина хотел бы такую женщину? Жизнь на мгновение показалась одинокой перспективой, пока она не вспомнила Джека Воробья.
Как будто бы я могла забыть о нем. Стоная, она перевернулась в гамаке, пытаясь забыть изысканное ощущение его пальцев на ее коже. Из всех интригующих мужчин, почему он? Почему самый неукротимый мужчина, когда-либо плававший по морям? Потому что ты не хочешь мужчину, которого можно приручить, она говорила себе. Ты хочешь мужчину, который всегда будет проблемой.
Предполагая, что наверняка это была ее самая честная мысль дня, она быстро погрузилась в глубокий сон, на момент удовлетворенная, но больше истощенная.
Звуки приказов, выкрикиваемых на палубе, разбудили Элизабет. Любопытная, почему утром было столько суеты, она выкатилась из гамака, и поднялась. В конце судна, несколько человек команды стояли у борта, наблюдая что-то сзади, включая Джека. Переживая, что их снова преследуют, Элизабет бросилась взглянуть. “Что происходит?” она спросила, проталкиваясь, чтобы встать рядом с Джеком. Он казался испуганным ее присутствия и немного подпрыгнул.
“А…ничего особенного, цыпа. Всего лишь необходимый протокол…”
Жмуря глаза от ослепительно-яркого утреннего солнца, она выглянула на море, и, наконец, различила лодку. Маленькую лодку, грязную, но не с Жемчужины. Ту, которую они спасли с затонувшего «Мстителя». И там, казалось, кто-то был.
“О Господи!” она воскликнула. “Это Уилл в лодке?”
Широко раскрыв глаза, она повернулась к Джеку, потрясенная. Чувствуя опасность предстоящей ситуации, команда быстро освободила корму, не желая находиться рядом, когда начнется спор. По тону ее голоса, они все были абсолютно уверены, что Элизабет собиралась устроить Джеку приятное время.
“Возможно…” сказал Джек, смотря в сторону с гримасой.
Элизабет снова посмотрела в море на маленькую лодку продолжавшую становиться все меньше и меньше, пока они уплывали, оставляя Уилла позади. “Я просила тебя не убивать Уилла, поэтому ты высаживаешь его в крошечной лодке посреди океана?”
“Ну, не совсем…”
Джек характерно пожал плечами, что сейчас Элизабет больше разозлило, чем очаровало. “Почему ты сделал это?” Элизабет прокричала, подталкивая Капитана Воробья в решительное состояние. Глаза внезапно потемнели, Капитан давал отпор, обхватывая ее руки и подталкивая к борту. Она оказалась в ловушке между его двумя руками, обхватившими борт с обеих сторон от нее, внезапно сильно испугавшись долгого падения с корабля в океан, и еще очень боясь близости его тела, бренчащей напряженности в его мускулах. Одновременный страх и пробуждение чувств запутали Элизабет, питая ее злость. “Ты все ожидаешь от меня этого высоко нравственного поведения, цыпа, но ты забываешь о том, что имеешь дело с пиратом.”
Элизабет уставилась на Капитана. “Что случилось с хорошим человеком в тебе, Джек? Ты так хорошо справлялся.”
Джек надул губы, не убежденно. “Мне кажется, это все в твоей голове, дорогая. И ты не можешь винить меня за это.”
“Ты обещал мне, что его освободят,” она сказала тихо, но как ядовито. “За это я могу винить тебя.”
Изможденный, он воскликнул, “Я не обрекал его на ужасную кончину, как ты считаешь, Элизабет. У него есть вода, еда, весло, и вон там – остров с портом.” Джек указал в направлении острова, но она едва могла различить очертания земли на таком большом расстоянии, только неопределенное темное пятно на горизонте. “Это более чем честно, дорогая, особенно по отношению к человеку, который с таким рвением пытался убить меня. Это в традициях пирата заставить пройтись по доске (вероятно по той, с которой вбрасывают за борт, не поняла – прим. от переводчицы).”
Его внезапный гнев, очевидно, исчез так же быстро, как и появился, и он отошел от борта. Зная, как сильно она недооценила его, она вздохнула. “Джек…” Элизабет потянулась за его рукой, хватая что-нибудь, чтобы задержать его. Он был иллюзорным, легендарным пиратом, появляясь и исчезая в ее голове и сердце, то как негодяй, то как герой. Никогда святой, всегда горячий, и всегда лучше, чем должен быть. Отличный пират.
Почувствовав, что ее мягкие пальцы сжимают его ладонь, Джек повернулся к Элизабет. “Ты не можешь изменить того, кто я есть, цыпа,” он сказал мягко. Джек перевернул ее руку, прижимая губы к ее тыльной стороне поцелуем, так мягко, так не похоже на то, каким он был мгновенье назад. Элизабет наблюдала как он уходил, горя желанием, и еще более убежденная, чем была. Как могли эти моменты так нежно исходить от мужчины, который объявил себя по большей части плохим?

Аватара пользователя
Tais
Сообщения: 509
Зарегистрирован: Сб дек 13, 2008 7:56 pm
Поблагодарили: 5 раз

Re: Sleepy Lotus - Море - единственная любовь(перевод)

#15 Сообщение Tais » Чт дек 03, 2009 11:24 pm

Глава 11.
Хороший пират знает.

Внимательно изучая разложенные на столе карты, с бутылкой в руке, Джек внезапно услышал стук в дверь.
- Открыто, - крикнул он, ожидая, что войдет Гиббс с сообщением, что на горизонте показалась земля. Они должны были вскоре прибыть в порт Санта-Берта, чтобы пополнить запасы. К его удивлению, вместо этого в дверь вошла Элизабет. В желудке запорхали бабочки, она заставила его чувствовать себя молодым и мечтательным школьником.
- Привет, цыпа, - небрежно бросил он и снова склонился над картами.
- Привет, Джек.
- И чем же я могу быть полезен? – спросил он, когда Элизабет подошла сзади и наклонилась над картой, с любопытством разглядывая острова, цифры и морских тварей, нарисованных на просторах океана. Ты нарочно меня испытываешь? Они находились достаточно близко друг к другу, и выбившаяся прядь золотых волос щекотала его по щеке, а сладкий аромат кожи пьянил пиратского капитана. Лиззи не нужны были карты; ему сейчас хотелось просто забыться, без конца изучая ее тело, забыться, возможно, на несколько дней. Ощутив тепло ее тела так близко, Джек был вынужден закрыть глаза и попытаться вернуть себе контроль.
Элизабет развернулась к Джеку лицом, присев на краешек стола и скрестив руки.
- Я хочу извиниться за свои предположения насчет твоих действий относительно Уилла. Это было несправедливо с моей стороны, и я прошу прощения.
Джек поднял голову и расплылся в озорной улыбке, захватывая Элизабет в плен своих глаз.
- Не беспокойся, цыпа, - сказал он низким и мягким голосом, затронувшим заветные струны сердца Элизабет. С каждым словом он медленно приближался к ней, пока не прошептал ей прямо в губы:
- Я думаю, твои предположения были не совсем безосновательными, учитывая, что я славюсь своими подлыми и низкими варварскими поступками.
Его взгляд метнулся от ее губ к этим восхитительным темным глазам, и потребность в ней поднялась огнем в его груди. Стремительной волной прокатившись по телу, она заставила его затрепетать до самых кончиков пальцев.
Очевидная двусмысленность не помогла Элизабет отделаться, ее сердце бешено заколотилось в груди. Казалось, достаточно было всего одного вздоха, чтобы привлечь эти жаждущие губы к себе, почувствовать их вкус. А почему бы и нет?
Джек разочарованно простонал, когда она повела головой, уклоняясь, и снова повернулась к карте. Но в данный момент ему хотелось не смотреть на чертову карту, а овладеть Элизабет прямо на ней.
- К чему эта пытка для нас обоих? – спросил он.
- Пытка?
Джек поморщился от подобной «застенчивости»:
- Ты чертовски хорошо знаешь, о чем я, цыпа. Если я хочу тебя, а ты меня, то что может нам помешать?
Элизабет вздохнула, пытаясь придумать правдоподобный ответ. В конце концов она произнесла:
- Страх, я думаю. А может, остатки гордости.
- Ты? Боишься? Элизабет Суонн, гроза Порта Роял, боится какого-то старину Джека Воробья?
В его голосе зазвучали привычные насмешливые нотки, в тот момент Элизабет это не очень понравилось.
- Я боюсь не тебя, Джек. Я боюсь, что будет после того, как в один день ты мной воспользуешься. Я не хочу быть одной из тех девок, которых бросают после одной ночи.
Джек поднял бровь:
- После всего, что было? После стольких раз, что я тебя спасал? Я попал в тюрьму, вернувшись в Порт Роял за тобой, и я по-прежнему тебя хочу. Элизабет, ты убила меня, а я по-прежнему тебя хочу. Я...
Элизабет развернулась к нему лицом, вытянув красивую шею так, чтобы он смотрел ей прямо в глаза:
- Ты сказал, что ты меня хочешь, Джек, - прошептала она, - но любишь ли ты меня?
Желудок Джека совершил сальто. Он никогда не был одним из тех, кто медлит с банальными фразами, но именно эта заставляла действовать с большой осторожностью. Конечно, он не раз ее использовал раньше; пролагая путь на Тортугу, он значительно преуспел по части дамских трусиков (ну или панталон, я не знаю, че они там носили – прим. пер.). Но Элизабет привела его в замешательство, весь груз ответственности за эти слова навалился на него. Потому что он, как ни странно, ее любил. Он вздохнул и отвернулся, стараясь спрятать свои душевные терзания.
Элизабет тоже вздохнула, понимающе кивнув:
- Примерно этого я и ожидала, - сказала она и направилась к двери. Внезапно она ощутила сильные пальцы на своей руке, рванувшие ее в обратном направлении. Она столкнулась с Джеком, оказавшись прижатой к его груди, его пальцы заскользили по ее волосам, нежно обхватывая голову и притягивая ее в горячем поцелуе. Его губы скользнули по ее губам, дав им почувствовать бархатистую нежность его языка. Это было все, что она запомнила из того дня, когда она приковала его к главной мачте того самого корабля, и даже больше того. Она подняла руки к лицу Джека, лаская его жесткую бороду, перебирая серебряные побрякушки, свисавшие с волос, затем переместилась на его манящую горячую шею, притягивая его еще ближе к себе.
Чувства Джека закружились в бешеном вихре, он ощущал гибкий стан, прижимающийся к нему, мягкость восхитительной кожи под своими пальцами и давление привлекательных губ, целующих его. Чувство легкомысленности, головокружительного восторга, эйфории смутно напомнило ему причину того, почему он никогда не расставался с бутылкой рома, однако это новое ощущение было неизмеримо дороже, необычнее, глубже.
- А чего боишься ты, Капитан Воробей? – спросила запыхавшаяся Элизабет, держа его лицо в своих ладонях.
Джек скользнул руками по ее позвоночнику, замедляясь на ткани ее рубашки, страстно желая разорвать преграду между собой и ее обнаженной кожей.
- Однажды я испугался того, что люблю тебя больше, чем море, - признался он срывающимся голосом, покрывая нежными поцелуями ее шею. – Но теперь я понял: ты – море, непредсказуемое, неизмеримое, прекрасное и в спокойствии, и в гневе... и если я не услежу за собой, находясь так близко к тебе, то я в тебе утону.
Что еще он мог сказать в тот момент? Не было страха быть связанным ей; каких бы приключений он не возжелал, она всегда будет рядом с ним, встречая любой новый курс с такой жестокой и неистовой ухмылкой.
Элизабет прижалась к Джеку так сильно, словно могла бы просочиться через кожу и кости прямо к его сердцу. Положив голову на изгиб его шеи она вдыхала тот пьянящий аромат, принадлежавший только Джеку.
- Я не могу пообещать тебе ничего навечно, Элизабет, как и ты не можешь мне этого пообещать, - вымолвил он, пропуская сквозь пальцы золотые пряди ее волос. – Ничто не может длиться вечно. Но я обещаю, что пока дела будут идти хорошо, наша жизнь будет полна приключений.
Захватив пригоршню золотых волос, он притянул ее губы к своим, увлекая ее в очередном поцелуе, от которого подгибались колени. Страсть, которую он испытывал к Элизабет, поглощала его целиком, крича сквозь все его тело. Глубокий стон вырвался из его горла, когда он почувствовал, как ее проворные пальцы сняли с него пояс и отбросили в сторону, пока она его целовала. Ее маленькие руки скользнули под рубашку, дразня разгоряченную плоть прикосновениями кончиков пальцев. Он мгновенно понял намек, когда она потянула его в сторону кровати, опьяненная страстью и желанием.
Джек практически бросил Элизабет на кровать, падая сверху с нежной ненасытностью. Наполненная страстью, которой пиратский капитан наконец-то дал выход, Элизабет наслаждалась тем, что их тела подходили друг к другу, как части невиданной мозаики, что под весом Джека она прижималась еще плотнее к тюфяку. Она хотела этого, о, как она хотела этого.
Мокрые от пота и обессиленные, они плотно прижимались друг к другу, скользя руками по изгибам тел, которые, казалось, были высечены сразу для них двоих. Когда ее дыхание замедлилось до ровного глубокого ритма, нежно и невесомо касаясь основания его шеи, Джек был уверен, что Элизабет уснула. Он улыбнулся, пытаясь вспомнить, когда в последний раз он чувствовал себя таким счастливым. Не в силах собраться с мыслями, он поцеловал ее в лоб, шепнув:
- Подожди, дорогая (ну не поворачивается рука после ТАКОГО написать «цыпа»), я еще сделаю из тебя Воробья.
- Воробья из Лебедя? – сонно прошептала она ему в шею, заставляя его вздрогнуть от неожиданности. – Означает ли это, что ты меня любишь, Капитан Джек Воробей?
Окончательно отбросив всякую предосторожность, он ответил:
- Хороший пират знает, когда стоит ухватиться за особое сокровище, Лиззи. А мы оба знаем, что Капитан Джек Воробей – отличный пират.

17.10.2006, 18:35

Polina
Сообщения: 3
Зарегистрирован: Сб июн 17, 2017 2:20 am

Sleepy Lotus - Море - единственная любовь(перевод)

#16 Сообщение Polina » Ср июн 28, 2017 2:04 pm

:wink2: класно написано!)

Ответить

Вернуться в «Фанфикшн по фильму "Пираты Карибского моря"»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость