Амулет на удачу
Добавлено: Сб июн 16, 2012 6:32 pm
Название: Амулет на удачу
Автор: Против Лизки
Жанр: стеб
Пейринг: Джек/Элизабет и прочее семейство Тернеров-младших.
Рейтинг: PG-15
Размер: мини
Содержание: Как гласит русская народная пословица, незваный гость хуже татарина. И заявившись в дом в отсутствие хозяйки можно нарваться на крупные неприятности.
От автора: Что тут сказать? "Волк и семеро козлят" читали? Ну, вот то-то же. Идея фанфика принадлежит Dr. Vivid, за что ему огромное сэнкью.
Статус: закончен
Дисклеймер: Все права у Микки Мауса, я лишь взяла поиграться без спроса.
На окраине острова тихого рыбацкого поселка, в маленьком уютном домике жила-была мама-Элизабет с своими детишками - семерыми прелестными ангелочками. А занятый по самую макушку супруг ее, грозный капитан "Летучего Голландца", вместе с ними не проживал. На могучей Грозе Морей денно и нощно бороздил он бескрайние морские просторы Карибики, закон и порядок на ввереной ему территории поддерживая, да утопленничков в мир иной переправляя. По сей причине сгорал на тяжелой, нервной работе весь, без остатка, и на берег сходил лишь раз в десять лет, на один-единственный день. С заждавшейся супругой повидаться, да с проказниками-сыновьями повозиться. Правда, прямое отношение бессмертный капитан имел лишь к одному из них, самому старшему. Над созданием же остальных шестерых в его вечное отсутствие какой-то неизвестный мастер в поте лица трудился. Но суровый кэп вовсе не возражал против такого весомого приплода, всех сынов любил одинаково сильно. И каждый раз, получая известие об очередном прибавлении в многочисленном семействе радовался, что законная, горячо любимая супруга изменила ему, а не Отечеству. Потому, как был очень мудрым, чутким, понимающим и справедливым. А чтобы буйная головушка не чесалась и не болела от регулярно проклевывающихся рогов, самолично изготовил мазь из рыбьего жира, толченых ракушек, склизких полипов и редких синих водорослей. Дивное снадобье стопроцентно помогало от изнурительного зуда, только ветвистые коралловые рожки все равно прорастали с завидным постоянством...
Пока муженек добросовестно служил Его Величеству Морю, да чудодейственными мазями зудящую маковку натирал, мама-Элизабет в гордом одиночестве растила ненаглядных отпрысков, не жалуясь на нелегкую женскую долю. Она без остатка им дарила всю заботу, ласку и нежность, не забывая учить проказников-шалунов уму-разуму, приучала с младых ногтей к разумному, доброму, вечному, и как могла, прививала любовь к чистоте и непоколебимые моральные устои. А также всему прочему, что знала и умела сама, хоть немногие ее способности можно было по пальцам перечесть.Но ведь это вовсе не главное, и речь пойдет совсем о другом...
Вот как-то раз заботливая и хозяйственная мама-Лиззи собралась на рынок пополнить истребленные запасы провизии, а детишкам строго-настрого наказывала:
- Ребятушки мои милые, дорогие, хорошие... Я за покупками ухожу, постараюсь скорее вернуться. А вы запирайтесь-закрывайтесь, и никому не открывайте. А то бродят тут... всякие, мало ли... Смекаете? Ну, вот то-то же... Знаю, что вы - парни бравые, но смотрите у меня..., - и погрозила им кулаком, после чего перецеловала в украшенные синяками-шишками лобики, взяла большущую корзину и отправилась по делам.
Как только за спешащей матушкой захлопнулась дверь, смышленые мальчуганы ужасно обрадовались, принимаясь бурно спорить и придумывать себе занятие поинтереснее. Но, как назло, ничего путнего в светлые головушки не приходило. Не успели они крепко поссориться и хорошенько подраться, а блудный капитан Джек Воробей уже тут как тут. Пришвартовался к острову на своей чернокрылой красотке, да сразу же заглянул к маме-Элизабет "на огонек". Взлетел лихой кэп "Жемчужины" на крыльцо быстрокрылой пташкой, и давай что есть сил в дверь тарабанить. А послушные детки тотчас затаились, не хотят ни в какую чужим открывать.
- О-ох, ребятушки мои милые, драгоценные, вы мне отоприте-отворите, весь, как есть, помираю..., - страдальчески завопил заявившийся с моря хитрец. - Это я, ваш папа Уилл, из дальнего плавания домой прибыл! Да по дороге старая дырка на сердце разошлась, кровью истекаю, кишки вот-вот наземь вывалятся! Пустите же меня поскорее, и иголку с нитками дайте, мать вашу...
Изумленные братья дружно переглянулись, и с радостным криком "Папа вернулся!" настежь распахнули дверь. Но на пороге вместо умирающего отца увидели потрепанного пирата косматого, тут же ввалившегося в дом...
- Ну, что, здорово, други! А я вот тут у вас якорь бросить решил...,- лучезарно ухмыльнулся он, обдавая растерянных нежных созданий убойным зловонным перегарищем из широкой золотозубой пасти, аки смертоносный ядовитый василиск.
При виде мальчиков в коротких штанишках нетрезвые наглые очи незваного гостя вспыхнули блудливым огнем. А может, перепуганным ангелочкам, наслушавшимся страшных рассказов матушки-Лиззи, такие глупости лишь померещились. Только теперь это было уже неважно...
- О-о, мужик, да ведь ты сегодня удачно зашел, - злорадно потер руки самый старший. - Эй, парни, чего рты разинули!? Айда Воробья ломать! Кто последний, тот лох! - и первым ринулся в атаку.
Остальные не отстали от него, и через мгновение ошалелый небывалым натиском Джек уже валялся на мягком пушистом ковре. Как ухитрились прыткие детишки сбить его с ног, лихой пиратский капитан сам толком не понял.А ловкие братцы не терялись, и времени даром не теряли. Протоптавшись по поверженному обманщику добрым стадом бизонов, малолетние злодеи вмиг связали его собственным поясом и полностью обезоружили. Те, которые помладше, принялись с дикими воплями кромсать роскошную гриву тупыми портяжными ножницами маменьки, другие же, постарше и посильнее - с мясом вырывать соблазнительно сверкающие золотые зубы огромными клещами папеньки, доставшимися в наследство вместе с молотком и длинными ржавыми гвоздями. Их приволок из кладовки четвертый, любезно предлагая приколотить кудлатого наглеца к полу. Кто-то еще очень мелкий успел притащить пилу и топор... А некто покрупнее и посмекалистей притаранил кузнечные меха, и дабы корчившийся, измученный пришелец не загнулся раньше времени, предложил вдуть в него для поддержания жизненного тонуса немного живительной атмосферы через... Впрочем, это тоже неважно...
- Да что же вы, волки, делаете!? - захлебываясь кровью, слюнями и соплями, взвыл дурным голосом Джек. - Совсем страх, стыд и совесть потеряли?
- Молчи, козел! - приказал старший, толкая его ногой в бок, и поднял руку, требуя внимания и тишины. - Ты есть избранный и будешь принесен в жертву! Великая мудрость снизошла на меня, о, братья! А давайте отрежем ему ЭТО! - и явно перечитавший оккультных книжек мальчуган безжалостно ткнул пальцем в место, подлежащее полному, безоговорочному уничтожению. - Он ведь...э-э... Ну, тот, кто к детям пристает, вот! Помните, нам мать про таких мерзких хмырей говорила? Видели ли вы, братья, какой всепожирающей похотью горели его бесстыжие глаза, когда сей презренный развратник заявился в нашу тихую обитель из темного царства греха!? Все это лицезрели!?
- Да, о, наимудрейший брат наш! Да будет так, ломай его полностью! Потому, что мы - банда! - кровожадно заорали юные хищники, и сдернув со взвизгивающего, завывающего от ужаса истерзанного Джека штаны, обступили его плотным кольцом. Он хотел собраться с духом и грозно рявкнуть во всю глотку, что парни не правы. Но ему намертво заткнули рот невкусной и грязной половой тряпкой, дабы нечестивец своими неуместными криками не мешал вершить правосудие. А младшенькие обступили надрывно мычащую жертву, боясь пропустить подробности этого священного действа. Беспомощному страдальцу ничего не оставалось, как поседеть огрызками былой шикарной гривы от зловещего клацанья тупых кривоватых ножниц, приближающихся к самому дорогому. И по-мужски достойно встретить мученическую смерть от адской боли и безграничного позора...
Готовое лопнуть сердце бешено колотилось. Вот-вот, сейчас, сейчас все свершится... Капитан Воробей с протяжным, глухим воем умирающего в ожидании закрыл бездонные потухшие очи, проклиная день и час, когда сдуру приперся в эту кошмарную обитель зла и насилия.
- А ну-ка, брысь, изверги малолетние! - откуда-то сверху громогласной трубой Страшного суда прогремел суровый окрик мамы-Элизабет, так своевременно вернувшейся домой, где перед ней предстала леденящая кровь картина. На окровавленном, изгаженном ковре, утопая в соплях и слюнях, с бесстыдно спущенными до колен штанами лежало обмякшее, безжизненное тело ветреного дружка. А окружившие добычу ребятишки плотоядно облизывались, приплясывая от нетерпения. - Да что вы за дети такие! Ни на минуту нельзя одних оставить, тут же кого-нибудь норовят растерзать на куски! - громко бранясь, рассерженная мать отобрала у старшенького ножницы, едва не лишившие ее любимого пугала самой лучшей и ценной части.
Правда, мама-Лиззи твердо решила больше ею не пользоваться, крепко оскорбленная непристойным поведением старого... приятеля, упорно отлынивающего от исполнения неких материальных родительских обязанностей, но зато с огромным рвением справляющего мужские потребности. Только зачем же вот так, сразу и на корню губить очень нужную в хозяйстве вещь? А если еще пригодится? И возможно, прямо сейчас?
- Так, все, золотые мои... Давайте, проваливайте отсюда, дальше ваша мамочка сама с ним управится, - алчно покосившись на Джека, распростертого у ее запыленных усталых ножек, сладко промурлыкала Элизабет, и вытолкала во двор разочарованных, надувшихся детишек. - Надо же, явился - не запылился, зато обмочился и изгадил мне новый ковер! Вечно от тебя одни неприятности, проблемы и убытки! Ничего не поделаешь, сэр, придется вас примерно наказать..., - и с притворным вздохом взялась за ножницы, делая вид, что собирается привести приговор в исполнение. Но резко передумала и выдернула грязную тряпку у мычащего возлюбленного изо рта. - Кстати, а ты зачем снова пригреб сюда, любимый? Ведь в прошлый раз говорил, ноги твоей больше здесь не...
- За солью, дорогая, всего лишь за солью, - прохрипел едва живой от ужаса Джек, затравленно глядя на жуткое орудие пытки, все еще клацающее перед... носом. - Чисто по-соседски, ничего личного, клянусь...
- А-ах, за солью... И только? Ну, конечно же, дорогой, не вопрос. Да я тебе сейчас сама все посолю, и даже красным перчиком сверху посыплю. Для остроты..., - сверкая шоколадными очами, жарко прошептала она. И жадно впилась в его окровавленные губы, вгрызаясь в них острыми белыми зубками.
- М-м-м-м, бр-р-р-р..., - отчаянно забился тот под худосочной тушкой, намертво припечатавшей к промокшему ковру, и маленький уютный домик почтенной матери семейства заходил ходуном, оглашаясь страстными стонами, криками и утробным рычанием. А толкающиеся во дворе неприкаянные ребятишки, изнывая от любопытства, с восторгом прислушивались к происходящему в жилище, от души завидуя маменьке, столь изощренно пытающей нехорошего дядьку. И горя желанием пособить, ужасно досадовали, что в их крохотное, дурацкое окошко ни черта толком не видно, но в запертые двери стучаться не решались.
Вскоре милосердная семейка дружно выволокла полудохлого капитана Воробья за ноги во двор, гуманно не позволяя ему испустить дух прямо в доме. И с миром вытолкала в немытую шею за ворота, напоследок придавая для лучшего ускорения сочных пинков под зад. Все остались счастливы и довольны - истерзанный Джек, еще не веря в чудесное спасение, проворно уползал на драгоценную старушку-Жемчужину, придерживая спадающие штаны и с трудом переставляя трясущиеся нижние конечности. А в это время любящая мамочка с радостью демонстрировала ненаглядным ангелочкам хитрое искусство плетения амулетов из отрезанных волос, ракушек, бусинок и золотых зубов.
- Думаю, он принесет нам удачу, дети мои. Но целый скальп был бы, все-таки, круче. Его и на ворота повесить не стыдно. Вот бы злыдни-соседи обзавидовались, - любуясь своей тонкой, изысканной работой, с легким сожалением произнесла матушка-Лиззи, попутно прибивая над входом замысловатое косматое макраме, и мечтательно вздохнула. - Жаль, что самый писк моды вместе с хозяином отпустили, - - Ну, ничего, все равно когда-нибудь оба назад притащатся. Только это будет уже совсем другая история..., - и накрепко заперла дверь на тяжелую щеколду. А то мало ли, бродят тут всякие.
THE END.
Автор: Против Лизки
Жанр: стеб
Пейринг: Джек/Элизабет и прочее семейство Тернеров-младших.
Рейтинг: PG-15
Размер: мини
Содержание: Как гласит русская народная пословица, незваный гость хуже татарина. И заявившись в дом в отсутствие хозяйки можно нарваться на крупные неприятности.
От автора: Что тут сказать? "Волк и семеро козлят" читали? Ну, вот то-то же. Идея фанфика принадлежит Dr. Vivid, за что ему огромное сэнкью.
Статус: закончен
Дисклеймер: Все права у Микки Мауса, я лишь взяла поиграться без спроса.
На окраине острова тихого рыбацкого поселка, в маленьком уютном домике жила-была мама-Элизабет с своими детишками - семерыми прелестными ангелочками. А занятый по самую макушку супруг ее, грозный капитан "Летучего Голландца", вместе с ними не проживал. На могучей Грозе Морей денно и нощно бороздил он бескрайние морские просторы Карибики, закон и порядок на ввереной ему территории поддерживая, да утопленничков в мир иной переправляя. По сей причине сгорал на тяжелой, нервной работе весь, без остатка, и на берег сходил лишь раз в десять лет, на один-единственный день. С заждавшейся супругой повидаться, да с проказниками-сыновьями повозиться. Правда, прямое отношение бессмертный капитан имел лишь к одному из них, самому старшему. Над созданием же остальных шестерых в его вечное отсутствие какой-то неизвестный мастер в поте лица трудился. Но суровый кэп вовсе не возражал против такого весомого приплода, всех сынов любил одинаково сильно. И каждый раз, получая известие об очередном прибавлении в многочисленном семействе радовался, что законная, горячо любимая супруга изменила ему, а не Отечеству. Потому, как был очень мудрым, чутким, понимающим и справедливым. А чтобы буйная головушка не чесалась и не болела от регулярно проклевывающихся рогов, самолично изготовил мазь из рыбьего жира, толченых ракушек, склизких полипов и редких синих водорослей. Дивное снадобье стопроцентно помогало от изнурительного зуда, только ветвистые коралловые рожки все равно прорастали с завидным постоянством...
Пока муженек добросовестно служил Его Величеству Морю, да чудодейственными мазями зудящую маковку натирал, мама-Элизабет в гордом одиночестве растила ненаглядных отпрысков, не жалуясь на нелегкую женскую долю. Она без остатка им дарила всю заботу, ласку и нежность, не забывая учить проказников-шалунов уму-разуму, приучала с младых ногтей к разумному, доброму, вечному, и как могла, прививала любовь к чистоте и непоколебимые моральные устои. А также всему прочему, что знала и умела сама, хоть немногие ее способности можно было по пальцам перечесть.Но ведь это вовсе не главное, и речь пойдет совсем о другом...
Вот как-то раз заботливая и хозяйственная мама-Лиззи собралась на рынок пополнить истребленные запасы провизии, а детишкам строго-настрого наказывала:
- Ребятушки мои милые, дорогие, хорошие... Я за покупками ухожу, постараюсь скорее вернуться. А вы запирайтесь-закрывайтесь, и никому не открывайте. А то бродят тут... всякие, мало ли... Смекаете? Ну, вот то-то же... Знаю, что вы - парни бравые, но смотрите у меня..., - и погрозила им кулаком, после чего перецеловала в украшенные синяками-шишками лобики, взяла большущую корзину и отправилась по делам.
Как только за спешащей матушкой захлопнулась дверь, смышленые мальчуганы ужасно обрадовались, принимаясь бурно спорить и придумывать себе занятие поинтереснее. Но, как назло, ничего путнего в светлые головушки не приходило. Не успели они крепко поссориться и хорошенько подраться, а блудный капитан Джек Воробей уже тут как тут. Пришвартовался к острову на своей чернокрылой красотке, да сразу же заглянул к маме-Элизабет "на огонек". Взлетел лихой кэп "Жемчужины" на крыльцо быстрокрылой пташкой, и давай что есть сил в дверь тарабанить. А послушные детки тотчас затаились, не хотят ни в какую чужим открывать.
- О-ох, ребятушки мои милые, драгоценные, вы мне отоприте-отворите, весь, как есть, помираю..., - страдальчески завопил заявившийся с моря хитрец. - Это я, ваш папа Уилл, из дальнего плавания домой прибыл! Да по дороге старая дырка на сердце разошлась, кровью истекаю, кишки вот-вот наземь вывалятся! Пустите же меня поскорее, и иголку с нитками дайте, мать вашу...
Изумленные братья дружно переглянулись, и с радостным криком "Папа вернулся!" настежь распахнули дверь. Но на пороге вместо умирающего отца увидели потрепанного пирата косматого, тут же ввалившегося в дом...
- Ну, что, здорово, други! А я вот тут у вас якорь бросить решил...,- лучезарно ухмыльнулся он, обдавая растерянных нежных созданий убойным зловонным перегарищем из широкой золотозубой пасти, аки смертоносный ядовитый василиск.
При виде мальчиков в коротких штанишках нетрезвые наглые очи незваного гостя вспыхнули блудливым огнем. А может, перепуганным ангелочкам, наслушавшимся страшных рассказов матушки-Лиззи, такие глупости лишь померещились. Только теперь это было уже неважно...
- О-о, мужик, да ведь ты сегодня удачно зашел, - злорадно потер руки самый старший. - Эй, парни, чего рты разинули!? Айда Воробья ломать! Кто последний, тот лох! - и первым ринулся в атаку.
Остальные не отстали от него, и через мгновение ошалелый небывалым натиском Джек уже валялся на мягком пушистом ковре. Как ухитрились прыткие детишки сбить его с ног, лихой пиратский капитан сам толком не понял.А ловкие братцы не терялись, и времени даром не теряли. Протоптавшись по поверженному обманщику добрым стадом бизонов, малолетние злодеи вмиг связали его собственным поясом и полностью обезоружили. Те, которые помладше, принялись с дикими воплями кромсать роскошную гриву тупыми портяжными ножницами маменьки, другие же, постарше и посильнее - с мясом вырывать соблазнительно сверкающие золотые зубы огромными клещами папеньки, доставшимися в наследство вместе с молотком и длинными ржавыми гвоздями. Их приволок из кладовки четвертый, любезно предлагая приколотить кудлатого наглеца к полу. Кто-то еще очень мелкий успел притащить пилу и топор... А некто покрупнее и посмекалистей притаранил кузнечные меха, и дабы корчившийся, измученный пришелец не загнулся раньше времени, предложил вдуть в него для поддержания жизненного тонуса немного живительной атмосферы через... Впрочем, это тоже неважно...
- Да что же вы, волки, делаете!? - захлебываясь кровью, слюнями и соплями, взвыл дурным голосом Джек. - Совсем страх, стыд и совесть потеряли?
- Молчи, козел! - приказал старший, толкая его ногой в бок, и поднял руку, требуя внимания и тишины. - Ты есть избранный и будешь принесен в жертву! Великая мудрость снизошла на меня, о, братья! А давайте отрежем ему ЭТО! - и явно перечитавший оккультных книжек мальчуган безжалостно ткнул пальцем в место, подлежащее полному, безоговорочному уничтожению. - Он ведь...э-э... Ну, тот, кто к детям пристает, вот! Помните, нам мать про таких мерзких хмырей говорила? Видели ли вы, братья, какой всепожирающей похотью горели его бесстыжие глаза, когда сей презренный развратник заявился в нашу тихую обитель из темного царства греха!? Все это лицезрели!?
- Да, о, наимудрейший брат наш! Да будет так, ломай его полностью! Потому, что мы - банда! - кровожадно заорали юные хищники, и сдернув со взвизгивающего, завывающего от ужаса истерзанного Джека штаны, обступили его плотным кольцом. Он хотел собраться с духом и грозно рявкнуть во всю глотку, что парни не правы. Но ему намертво заткнули рот невкусной и грязной половой тряпкой, дабы нечестивец своими неуместными криками не мешал вершить правосудие. А младшенькие обступили надрывно мычащую жертву, боясь пропустить подробности этого священного действа. Беспомощному страдальцу ничего не оставалось, как поседеть огрызками былой шикарной гривы от зловещего клацанья тупых кривоватых ножниц, приближающихся к самому дорогому. И по-мужски достойно встретить мученическую смерть от адской боли и безграничного позора...
Готовое лопнуть сердце бешено колотилось. Вот-вот, сейчас, сейчас все свершится... Капитан Воробей с протяжным, глухим воем умирающего в ожидании закрыл бездонные потухшие очи, проклиная день и час, когда сдуру приперся в эту кошмарную обитель зла и насилия.
- А ну-ка, брысь, изверги малолетние! - откуда-то сверху громогласной трубой Страшного суда прогремел суровый окрик мамы-Элизабет, так своевременно вернувшейся домой, где перед ней предстала леденящая кровь картина. На окровавленном, изгаженном ковре, утопая в соплях и слюнях, с бесстыдно спущенными до колен штанами лежало обмякшее, безжизненное тело ветреного дружка. А окружившие добычу ребятишки плотоядно облизывались, приплясывая от нетерпения. - Да что вы за дети такие! Ни на минуту нельзя одних оставить, тут же кого-нибудь норовят растерзать на куски! - громко бранясь, рассерженная мать отобрала у старшенького ножницы, едва не лишившие ее любимого пугала самой лучшей и ценной части.
Правда, мама-Лиззи твердо решила больше ею не пользоваться, крепко оскорбленная непристойным поведением старого... приятеля, упорно отлынивающего от исполнения неких материальных родительских обязанностей, но зато с огромным рвением справляющего мужские потребности. Только зачем же вот так, сразу и на корню губить очень нужную в хозяйстве вещь? А если еще пригодится? И возможно, прямо сейчас?
- Так, все, золотые мои... Давайте, проваливайте отсюда, дальше ваша мамочка сама с ним управится, - алчно покосившись на Джека, распростертого у ее запыленных усталых ножек, сладко промурлыкала Элизабет, и вытолкала во двор разочарованных, надувшихся детишек. - Надо же, явился - не запылился, зато обмочился и изгадил мне новый ковер! Вечно от тебя одни неприятности, проблемы и убытки! Ничего не поделаешь, сэр, придется вас примерно наказать..., - и с притворным вздохом взялась за ножницы, делая вид, что собирается привести приговор в исполнение. Но резко передумала и выдернула грязную тряпку у мычащего возлюбленного изо рта. - Кстати, а ты зачем снова пригреб сюда, любимый? Ведь в прошлый раз говорил, ноги твоей больше здесь не...
- За солью, дорогая, всего лишь за солью, - прохрипел едва живой от ужаса Джек, затравленно глядя на жуткое орудие пытки, все еще клацающее перед... носом. - Чисто по-соседски, ничего личного, клянусь...
- А-ах, за солью... И только? Ну, конечно же, дорогой, не вопрос. Да я тебе сейчас сама все посолю, и даже красным перчиком сверху посыплю. Для остроты..., - сверкая шоколадными очами, жарко прошептала она. И жадно впилась в его окровавленные губы, вгрызаясь в них острыми белыми зубками.
- М-м-м-м, бр-р-р-р..., - отчаянно забился тот под худосочной тушкой, намертво припечатавшей к промокшему ковру, и маленький уютный домик почтенной матери семейства заходил ходуном, оглашаясь страстными стонами, криками и утробным рычанием. А толкающиеся во дворе неприкаянные ребятишки, изнывая от любопытства, с восторгом прислушивались к происходящему в жилище, от души завидуя маменьке, столь изощренно пытающей нехорошего дядьку. И горя желанием пособить, ужасно досадовали, что в их крохотное, дурацкое окошко ни черта толком не видно, но в запертые двери стучаться не решались.
Вскоре милосердная семейка дружно выволокла полудохлого капитана Воробья за ноги во двор, гуманно не позволяя ему испустить дух прямо в доме. И с миром вытолкала в немытую шею за ворота, напоследок придавая для лучшего ускорения сочных пинков под зад. Все остались счастливы и довольны - истерзанный Джек, еще не веря в чудесное спасение, проворно уползал на драгоценную старушку-Жемчужину, придерживая спадающие штаны и с трудом переставляя трясущиеся нижние конечности. А в это время любящая мамочка с радостью демонстрировала ненаглядным ангелочкам хитрое искусство плетения амулетов из отрезанных волос, ракушек, бусинок и золотых зубов.
- Думаю, он принесет нам удачу, дети мои. Но целый скальп был бы, все-таки, круче. Его и на ворота повесить не стыдно. Вот бы злыдни-соседи обзавидовались, - любуясь своей тонкой, изысканной работой, с легким сожалением произнесла матушка-Лиззи, попутно прибивая над входом замысловатое косматое макраме, и мечтательно вздохнула. - Жаль, что самый писк моды вместе с хозяином отпустили, - - Ну, ничего, все равно когда-нибудь оба назад притащатся. Только это будет уже совсем другая история..., - и накрепко заперла дверь на тяжелую щеколду. А то мало ли, бродят тут всякие.
THE END.
вполне заслужил. Надо было многодетной матери помогать, а не все на доброго папу-Уилла сваливать.
