Фанфик №3 "Подарок на Рождество"
Добавлено: Сб янв 07, 2012 12:46 pm
Название: Подарок на Рождество
Автор: Кариэлла де Родригес
Жанр: романтика.
Пейринг: Эдвард Тиг-Бофор/ Кариэлла де Родригес-Бофор
Рейтинг: PG-13.
Размер: мини
Содержание: внезапный подарок на Рождество…
От автора: продолжение трилогии «Жизнь Кариэллы де Родригес», а именно «Любви все возрасты покорны…»( альтернативная версия)
Предупреждения: возможен ООС некоторых персонажей.
Статус: закончен.
Дисклеймер: персонажи принадлежат Диснею, мои же принадлежат мне.
Прошел год с тех пор, как мы сочетались законным браком. Я укачивала нашего малыша – мы назвали его Бернардо Буановентура - в честь отца моего отца. Малыш, только что поевший, теперь крепко спал в деревянной кроватке, укрытый батистовым одеяльцем с вышитыми на нем львами. Пока я его укачивала, я вспоминала, как появился на свет сей чудный малыш.
… Это было чудесное утро накануне Рождества. Супруга ещё не было дома: месяца четыре назад он уплыл куда-то по делам, однако, пообещав мне, что вернется к Рождеству. Конечно, я всё понимала: он, хранящий вековые традиции пиратского мира, обычно пропадал ненадолго – боялся, что пропустит рождение второго наследника. Его первого сына я практически не видела, да и не мудрено было: его сын, нынешний барон Вест-Индии, не часто заглядывал в Бухту, дабы просто повидать отца. Да и сам Хранитель, узнавший, что я ранее состояла в связи с его сыном, чуть не отправил бедолагу на тот свет, но я заступилась, пояснив тем, что мы давно холодны друг к другу. С тех пор Джек стал моим собеседником на то время, пока отсутствовал Нэд. Те немногие вечера, когда мы, сидя в одной из комнат Бухты Погибших Кораблей, спокойно беседовали. Бравый капитан больше не шукался меня, а я спокойно реагировала на его шутки, изредка проскальзывающие в разговоре. В один из таких разговоров, вечером, накануне Рождества, и появился на свет Бернардо Буановентура Родригес-Бофор.
- Кариэлла, признаюсь, восемь месяцев назад я не мог предполагать, что тебе полюбит мой отец. Честно говоря, на последнем Совете он выглядел раздраженным. Ну это и понятно: после смерти матери он вообще не обращал внимания на женщин, - покачал головой Джек, смотря на огонь, горевший внутри камина.
- Джек, ну и ты меня должен понять: десять лет одной воспитывать девочку… Тоже не сахар и не мед, знаешь ли… - ответила я, усаживаясь поудобней в кресле – все-таки, девятый месяц – это не шутка.
- А вот скажи мне: тогда, на острове, когда я сказал, что мы должны с тобою расстаться… Ты бы действительно выбрала корабль взамен мужчине?
- Честно говоря, я тогда была в полнейшем раздрае, - со вздохом ответила я. – Шутка ли: остаться на всю жизнь одной…
- Да, но спустя некоторое время ты обрела счастье, даже несмотря на возраст. Точнее, его разницу, - улыбнулся он.
- Дже-е-ек… - обиженно протянула я. – Сколько раз говорила: в этом нет ничего такого. Да, у нас с Нэдом разница в полных семнадцать лет, но это не повод, чтобы его сынок обсмеивал это.
- Да, ладно тебе… Ни для кого не секрет, что этот брак был по залету, - продолжал Джек.
- Хватит, Джек: я сколько раз говорила, чтоб наш с Нэдом брак был по любви, а не по залету! И прекрати эту травлю немедленно! – меня начало это немного злить. Да что он вообще вообразил о себе: старше, значит, можно издеваться над младшими?!
- И что же ты мне сделаешь, а? – продолжил было Джек, но тут послышался строгий голос только что вошедшего Нэда:
- Иначе получишь от меня, шалопай. Сколько раз просил: не нервируй Кэрри – для неё это может плохо кончиться, - темно-карие очи Эдварда строго смотрели на вмиг притихшего сына. – Кэрри и так на девятом месяце, когда риск родить от малейшего переживания увеличивается, а ты тут ещё со своими издевками.
- Извини, пап… - проговорил Джек, вжавшись в кресло. Он знал, что сейчас ему крепко не поздоровиться от отца, и уже приготовился получить затрещину от него. Однако…
Я, сидевшая до этого времени в кресле спокойно, вдруг почувствовала, как малыш больше не хочет оставаться в моей утробе, запинался, отчего я вскрикнула так, что оба мужчины подпрыгнули от неожиданности.
- Кэрри, ну извини дурака… Ну пошутил, с кем не бывает… - принялся было успокаивать меня Джек, но Нэд, поняв, в чем тут дело, прервал сына:
- Джекки, зови лекаря. Дошутился, шалопай? – Хранитель строго посмотрел на сына.
- Но, пап, я не хотел… - сказала притихший Джек.
- Потом разберемся. За лекарем. Быстро! – в приказном тоне сказал Эдвард сыну. Тот, кивнув, сорвался с места и, накинув на ходу на плечи камзол, понесся за лекарем, жившим в двух кварталах от дома Бофоров.
- Нэд… - простонала я, смотря на мужа и держась за живот, по которому начали пробегать волны схваток.
- Ничего, милая, сейчас… - Хранитель, бережно подхватив меня на руки, отнес в спальню и так же бережно опустил на кровать, при этом сев рядом с кроватью, держа меня за руку и повторяя «Все будет хорошо, милая, все будет хорошо…» Я, смотревшая на балдахин, вскрикнула от очередных схваток.
Через несколько минут в комнату влетели мокрые от шедшего на улице дождя Джек и Джеральд О'Брайан, местный лекарь.
- Вот, как и говорил: женщина рожает… - сказал лекарю Воробей, указав на меня глазами.
- Вижу, что рожает. Принесите, мистер Бофор, полотенец, таз теплой воды и нитки. Всех после прошу покинуть помещение, - проговорил мужчина, доставая инструменты.
Джек, кивнув в ответ, кинулся исполнять просьбы лекаря.
- Мистер О'Брайан, позвольте мне остаться возле моей супруги. Я уже однажды пропустил рождение сына и не хочу повторять своих ошибок, - сказал спокойно Эдвард лекарю.
- Хорошо, мистер Бофор. Но прошу: после того, как ваш ребенок родится, не трогать его. Сейчас возвысился риск заражения послеродовой горячкой, особенно у мальчиков… - ответил О'Брайан, расстилая подо мной несколько принесенных Джеком белых простыней. Эдвард молча кивнул в ответ.
- Спокойно, миссис Бофор. Дышите ровно и глубоко и тужьтесь. Не ослабляйте потуг, - сказал лекарь, пальпируя мой живот. Эдвард нахмурился и грозно посмотрел на лекаря.
- Я просто пытаюсь понять, как располагается в утробе ребенок и через какое время ждать его появления, - прокомментировал свои действия Джеральд. Эдвард одобрительно кивнул. Лекарь, определив положение ребенка, подготовил необходимое для появления ребенка: пеленки, полотенца, ножницы и нитки и принялся ждать.
Как же это больно… Вы не представляете, КАК это больно. Как будто все ломается внутри с непереносимой болью, а внизу живота как будто огромный огненный шар выходит изнутри наружу. Я сжала в руках простыню и сорвалась на крик, переходящий в стон, – настолько это больно. Я чувствовала, как с каждой моей потугой ребенок проталкивается к выходу из моей утробы, сантиметр за сантиметром. Я уже не замечала подбадривания лекаря, спокойное дыханье Нэда возле меня. Для меня сегодня была одна цель – родить ему хорошего и здорового ребёнка. Через полчаса я почувствовала, как его головка подошла к выходу.
- Показалась головка, - сухо прокомментировал это Джеральд. – Осталось немного подождать… - он спокойно смотрел на кровавую лужу, натекшую из моего лона вследствие его расширения и отторжения плода.
Через двадцать минут ребенок полностью появился на свет. Я, натужившиь и вскрикнув в последний раз, затихла после продолжительных родов, измученная потугами. В комнате пахло лекарствами и потом – вспотели все трое: я, оттого что рожала, лекарь, оттого что роды – процесс напряженный, и Нэд – из-за переживания за меня и ребенка. Джеральд, подхватив теплыми полотенцами ребенка, спокойно отодвинул пуповину:
- У вас мальчик, сэр, - сказал О'Брайан, перетягивая пуповину нитками чуть выше животика младенца и протягивая ножницы опешившему Эдварду, - вам, как отцу этого младенца, предоставляется эта честь…
Эдвард, кивнув в ответ, спокойно взял из рук лекаря ножницы, перерезал пуповину, едва не упав в обморок, но сдержался. Джеральд, забрав у него ножницы, спокойно отжал из оставшейся пуповины кровь в сторону, прибинтовал её к животику малыша. Затем, обтерев малыша, он шлепнул малыша по попе, отчего тот слабо запищал. Затем лекарь запеленал младенца в три пеленки и передал младенца отцу. На Нэда смотрел темно-карими очами мальчик. Висящие в комнате настенные часы пробили полночь. Расчувствовавшись, чего с ним никогда не было, Эдвард сказал:
- Кэрри, он прекрасен. Как назовёшь?
- Я думаю… - слабо произнесла я. – Бернардо Буановетнтура – в честь моего прадеда по отцовской линии… - улыбнулась я.
- Что ж… Хорошее имя для такого малыша… - кивнул в ответ Хранитель.
Джек, не находивший себе места и ходивший туда-сюда вдоль коридора, наткнулся на выходящего Джеральда.
- Ну что? – спросил Воробей у О'Брайана.
- Зайдите сами посмотрите. Моё дело – принять роды. До свидания, мистер Бофор, - сказал лекарь, натягивая на себя камзол и покидая дом Бофоров.
Джек, кивнув ему вослед, поскребся в дверь, ведущую в родительские покои.
- Войди, Джекки, - сказал Эдвард. Джек вошел.
- Как он? – тихо спросил старший отпрыск у отца, указав глазами на сопящего Бернардо.
- Просто чудо. Надеюсь, что со временем этот малыш станет достойным джентльменом, не то, что некоторые… - ответил Хранитель.
- Пап, ну не начинай… Сколько раз говорил – что выросло, то выросло. И меня уже не изменишь, - ответил Джеймс, укоризненно смотря на отца.
- Не начинай, не начинай… Найдешь невесту – вот тогда замолкну. А до тех пор поучал, поучаю и буду поучать, - строго ответил Эдвард.
- Джек, Эдвард, перестаньте… Бернардо разбудите… - встряла я, зная, что они могут препираться, вот так, целую вечность.
- Извини, дорогая… - ответил Эдвард.
- Да, мам, извини… - сказал виновато Джек.
- Ну, вот и хорошо… - улыбнулась я, забирая у Эдварда своего малыша. Я измученно улыбнулась своему счастью.
- Что ж, уйди, Джеймс… Я хочу побыть наедине с Кариэллой… - тихо сказал Эдвард. Джек Джеймс, кивнув в ответ, вышел из родительской комнаты и ушел в свою комнату.
Я, расстегнув ночную сорочку, спокойно приложила младенца к груди. Бернардо, схватив маленькими ручонками грудь, прильнул к ней. Эдвард с неким умилением во взгляде смотрел на эту простую, но в то же время пасторальную сцену. Закончив кормить, я уложила Бена в кроватку, стоявшую теперь в наших покоях. Нэд, подойдя ко мне, нежно обнял меня и поцеловал.
- Спасибо тебе, дорогая, - сказал он, с неумелой нежностью смотря в мои глаза.
- За что, Нэд? – с удивлением спросила я у него.
- За это чудо. Ведь чудеса случаются под Рождество. С Рождеством, дорогая… - ответил он, нежно прижав меня к себе. – Отныне и вовек теперь мы будем счастливы с тобой…
- Да, Эдвард… - тихо прошептала я, ложась в кровать. – А теперь давай спать – ночка-то выдалась прямо-таки… Волшебной и чудесной.
Эдвард, кивнув в ответ, разделся и лег рядом, прижав меня к себе. Я, прижавшись к нему, заснула спокойным сном.
Вот так, на Рождество Христово, словно подарок, и появился Бернардо Буановентура де Родригес-Бофор.
Автор: Кариэлла де Родригес
Жанр: романтика.
Пейринг: Эдвард Тиг-Бофор/ Кариэлла де Родригес-Бофор
Рейтинг: PG-13.
Размер: мини
Содержание: внезапный подарок на Рождество…
От автора: продолжение трилогии «Жизнь Кариэллы де Родригес», а именно «Любви все возрасты покорны…»( альтернативная версия)
Предупреждения: возможен ООС некоторых персонажей.
Статус: закончен.
Дисклеймер: персонажи принадлежат Диснею, мои же принадлежат мне.
Прошел год с тех пор, как мы сочетались законным браком. Я укачивала нашего малыша – мы назвали его Бернардо Буановентура - в честь отца моего отца. Малыш, только что поевший, теперь крепко спал в деревянной кроватке, укрытый батистовым одеяльцем с вышитыми на нем львами. Пока я его укачивала, я вспоминала, как появился на свет сей чудный малыш.
… Это было чудесное утро накануне Рождества. Супруга ещё не было дома: месяца четыре назад он уплыл куда-то по делам, однако, пообещав мне, что вернется к Рождеству. Конечно, я всё понимала: он, хранящий вековые традиции пиратского мира, обычно пропадал ненадолго – боялся, что пропустит рождение второго наследника. Его первого сына я практически не видела, да и не мудрено было: его сын, нынешний барон Вест-Индии, не часто заглядывал в Бухту, дабы просто повидать отца. Да и сам Хранитель, узнавший, что я ранее состояла в связи с его сыном, чуть не отправил бедолагу на тот свет, но я заступилась, пояснив тем, что мы давно холодны друг к другу. С тех пор Джек стал моим собеседником на то время, пока отсутствовал Нэд. Те немногие вечера, когда мы, сидя в одной из комнат Бухты Погибших Кораблей, спокойно беседовали. Бравый капитан больше не шукался меня, а я спокойно реагировала на его шутки, изредка проскальзывающие в разговоре. В один из таких разговоров, вечером, накануне Рождества, и появился на свет Бернардо Буановентура Родригес-Бофор.
- Кариэлла, признаюсь, восемь месяцев назад я не мог предполагать, что тебе полюбит мой отец. Честно говоря, на последнем Совете он выглядел раздраженным. Ну это и понятно: после смерти матери он вообще не обращал внимания на женщин, - покачал головой Джек, смотря на огонь, горевший внутри камина.
- Джек, ну и ты меня должен понять: десять лет одной воспитывать девочку… Тоже не сахар и не мед, знаешь ли… - ответила я, усаживаясь поудобней в кресле – все-таки, девятый месяц – это не шутка.
- А вот скажи мне: тогда, на острове, когда я сказал, что мы должны с тобою расстаться… Ты бы действительно выбрала корабль взамен мужчине?
- Честно говоря, я тогда была в полнейшем раздрае, - со вздохом ответила я. – Шутка ли: остаться на всю жизнь одной…
- Да, но спустя некоторое время ты обрела счастье, даже несмотря на возраст. Точнее, его разницу, - улыбнулся он.
- Дже-е-ек… - обиженно протянула я. – Сколько раз говорила: в этом нет ничего такого. Да, у нас с Нэдом разница в полных семнадцать лет, но это не повод, чтобы его сынок обсмеивал это.
- Да, ладно тебе… Ни для кого не секрет, что этот брак был по залету, - продолжал Джек.
- Хватит, Джек: я сколько раз говорила, чтоб наш с Нэдом брак был по любви, а не по залету! И прекрати эту травлю немедленно! – меня начало это немного злить. Да что он вообще вообразил о себе: старше, значит, можно издеваться над младшими?!
- И что же ты мне сделаешь, а? – продолжил было Джек, но тут послышался строгий голос только что вошедшего Нэда:
- Иначе получишь от меня, шалопай. Сколько раз просил: не нервируй Кэрри – для неё это может плохо кончиться, - темно-карие очи Эдварда строго смотрели на вмиг притихшего сына. – Кэрри и так на девятом месяце, когда риск родить от малейшего переживания увеличивается, а ты тут ещё со своими издевками.
- Извини, пап… - проговорил Джек, вжавшись в кресло. Он знал, что сейчас ему крепко не поздоровиться от отца, и уже приготовился получить затрещину от него. Однако…
Я, сидевшая до этого времени в кресле спокойно, вдруг почувствовала, как малыш больше не хочет оставаться в моей утробе, запинался, отчего я вскрикнула так, что оба мужчины подпрыгнули от неожиданности.
- Кэрри, ну извини дурака… Ну пошутил, с кем не бывает… - принялся было успокаивать меня Джек, но Нэд, поняв, в чем тут дело, прервал сына:
- Джекки, зови лекаря. Дошутился, шалопай? – Хранитель строго посмотрел на сына.
- Но, пап, я не хотел… - сказала притихший Джек.
- Потом разберемся. За лекарем. Быстро! – в приказном тоне сказал Эдвард сыну. Тот, кивнув, сорвался с места и, накинув на ходу на плечи камзол, понесся за лекарем, жившим в двух кварталах от дома Бофоров.
- Нэд… - простонала я, смотря на мужа и держась за живот, по которому начали пробегать волны схваток.
- Ничего, милая, сейчас… - Хранитель, бережно подхватив меня на руки, отнес в спальню и так же бережно опустил на кровать, при этом сев рядом с кроватью, держа меня за руку и повторяя «Все будет хорошо, милая, все будет хорошо…» Я, смотревшая на балдахин, вскрикнула от очередных схваток.
Через несколько минут в комнату влетели мокрые от шедшего на улице дождя Джек и Джеральд О'Брайан, местный лекарь.
- Вот, как и говорил: женщина рожает… - сказал лекарю Воробей, указав на меня глазами.
- Вижу, что рожает. Принесите, мистер Бофор, полотенец, таз теплой воды и нитки. Всех после прошу покинуть помещение, - проговорил мужчина, доставая инструменты.
Джек, кивнув в ответ, кинулся исполнять просьбы лекаря.
- Мистер О'Брайан, позвольте мне остаться возле моей супруги. Я уже однажды пропустил рождение сына и не хочу повторять своих ошибок, - сказал спокойно Эдвард лекарю.
- Хорошо, мистер Бофор. Но прошу: после того, как ваш ребенок родится, не трогать его. Сейчас возвысился риск заражения послеродовой горячкой, особенно у мальчиков… - ответил О'Брайан, расстилая подо мной несколько принесенных Джеком белых простыней. Эдвард молча кивнул в ответ.
- Спокойно, миссис Бофор. Дышите ровно и глубоко и тужьтесь. Не ослабляйте потуг, - сказал лекарь, пальпируя мой живот. Эдвард нахмурился и грозно посмотрел на лекаря.
- Я просто пытаюсь понять, как располагается в утробе ребенок и через какое время ждать его появления, - прокомментировал свои действия Джеральд. Эдвард одобрительно кивнул. Лекарь, определив положение ребенка, подготовил необходимое для появления ребенка: пеленки, полотенца, ножницы и нитки и принялся ждать.
Как же это больно… Вы не представляете, КАК это больно. Как будто все ломается внутри с непереносимой болью, а внизу живота как будто огромный огненный шар выходит изнутри наружу. Я сжала в руках простыню и сорвалась на крик, переходящий в стон, – настолько это больно. Я чувствовала, как с каждой моей потугой ребенок проталкивается к выходу из моей утробы, сантиметр за сантиметром. Я уже не замечала подбадривания лекаря, спокойное дыханье Нэда возле меня. Для меня сегодня была одна цель – родить ему хорошего и здорового ребёнка. Через полчаса я почувствовала, как его головка подошла к выходу.
- Показалась головка, - сухо прокомментировал это Джеральд. – Осталось немного подождать… - он спокойно смотрел на кровавую лужу, натекшую из моего лона вследствие его расширения и отторжения плода.
Через двадцать минут ребенок полностью появился на свет. Я, натужившиь и вскрикнув в последний раз, затихла после продолжительных родов, измученная потугами. В комнате пахло лекарствами и потом – вспотели все трое: я, оттого что рожала, лекарь, оттого что роды – процесс напряженный, и Нэд – из-за переживания за меня и ребенка. Джеральд, подхватив теплыми полотенцами ребенка, спокойно отодвинул пуповину:
- У вас мальчик, сэр, - сказал О'Брайан, перетягивая пуповину нитками чуть выше животика младенца и протягивая ножницы опешившему Эдварду, - вам, как отцу этого младенца, предоставляется эта честь…
Эдвард, кивнув в ответ, спокойно взял из рук лекаря ножницы, перерезал пуповину, едва не упав в обморок, но сдержался. Джеральд, забрав у него ножницы, спокойно отжал из оставшейся пуповины кровь в сторону, прибинтовал её к животику малыша. Затем, обтерев малыша, он шлепнул малыша по попе, отчего тот слабо запищал. Затем лекарь запеленал младенца в три пеленки и передал младенца отцу. На Нэда смотрел темно-карими очами мальчик. Висящие в комнате настенные часы пробили полночь. Расчувствовавшись, чего с ним никогда не было, Эдвард сказал:
- Кэрри, он прекрасен. Как назовёшь?
- Я думаю… - слабо произнесла я. – Бернардо Буановетнтура – в честь моего прадеда по отцовской линии… - улыбнулась я.
- Что ж… Хорошее имя для такого малыша… - кивнул в ответ Хранитель.
Джек, не находивший себе места и ходивший туда-сюда вдоль коридора, наткнулся на выходящего Джеральда.
- Ну что? – спросил Воробей у О'Брайана.
- Зайдите сами посмотрите. Моё дело – принять роды. До свидания, мистер Бофор, - сказал лекарь, натягивая на себя камзол и покидая дом Бофоров.
Джек, кивнув ему вослед, поскребся в дверь, ведущую в родительские покои.
- Войди, Джекки, - сказал Эдвард. Джек вошел.
- Как он? – тихо спросил старший отпрыск у отца, указав глазами на сопящего Бернардо.
- Просто чудо. Надеюсь, что со временем этот малыш станет достойным джентльменом, не то, что некоторые… - ответил Хранитель.
- Пап, ну не начинай… Сколько раз говорил – что выросло, то выросло. И меня уже не изменишь, - ответил Джеймс, укоризненно смотря на отца.
- Не начинай, не начинай… Найдешь невесту – вот тогда замолкну. А до тех пор поучал, поучаю и буду поучать, - строго ответил Эдвард.
- Джек, Эдвард, перестаньте… Бернардо разбудите… - встряла я, зная, что они могут препираться, вот так, целую вечность.
- Извини, дорогая… - ответил Эдвард.
- Да, мам, извини… - сказал виновато Джек.
- Ну, вот и хорошо… - улыбнулась я, забирая у Эдварда своего малыша. Я измученно улыбнулась своему счастью.
- Что ж, уйди, Джеймс… Я хочу побыть наедине с Кариэллой… - тихо сказал Эдвард. Джек Джеймс, кивнув в ответ, вышел из родительской комнаты и ушел в свою комнату.
Я, расстегнув ночную сорочку, спокойно приложила младенца к груди. Бернардо, схватив маленькими ручонками грудь, прильнул к ней. Эдвард с неким умилением во взгляде смотрел на эту простую, но в то же время пасторальную сцену. Закончив кормить, я уложила Бена в кроватку, стоявшую теперь в наших покоях. Нэд, подойдя ко мне, нежно обнял меня и поцеловал.
- Спасибо тебе, дорогая, - сказал он, с неумелой нежностью смотря в мои глаза.
- За что, Нэд? – с удивлением спросила я у него.
- За это чудо. Ведь чудеса случаются под Рождество. С Рождеством, дорогая… - ответил он, нежно прижав меня к себе. – Отныне и вовек теперь мы будем счастливы с тобой…
- Да, Эдвард… - тихо прошептала я, ложась в кровать. – А теперь давай спать – ночка-то выдалась прямо-таки… Волшебной и чудесной.
Эдвард, кивнув в ответ, разделся и лег рядом, прижав меня к себе. Я, прижавшись к нему, заснула спокойным сном.
Вот так, на Рождество Христово, словно подарок, и появился Бернардо Буановентура де Родригес-Бофор.
Ищи невестку, Джекки... Иначе до смерти тебя поучать будут!
Будто сам рожать изготовился. 
Необычненький фанфик, даже, я бы сказала, оригинальный, но:
Странное словечко. Уж либо не шугался, либо как-то по-другому. Ксень, я не цепляюсь, просто бросилось в глаза.
