Фанфик№5"Потерянные души"
Добавлено: Ср авг 10, 2011 12:38 am
Название: «Потерянные души».
Автор: amfitrita
Бета: не бечено
Жанр: драма/романтика
Пейринг: Элизабет Суон-Тернер-Картер/Филипп Свифт
Рейтинг: PG-15
Саммари: "Не помню даже, когда простая жалость уступила другому чувству. Сейчас мне приятно думать, что это произошло, когда перед рассветом он очнулся на пару минут и прошептал: «Не уходи». Тогда у меня на глазах выступили слезы. Я уже дважды в своей жизни просила об этом, но ни разу тот, кто мне нужен не оставался..." Первая часть цикла "Жертвы моря"
Размер: мини
Дисклаймер: ничего не надо. Даже на Филиппа не претендую, хотя если подумать…
***
Ночь унесла тяжелые тучи,
Но дни горьким сумраком полны...
Ария "Осколок Льда".
Стою перед старым потрескавшимся зеркалом в своей комнате и пытаюсь успокоиться. И чего это я так разволновалась? Подумаешь, нужно навестить больного, я это уже три недели регулярно делаю! Подумаешь, он молодой и красивый мужчина! Подумаешь, в его присутствии у тебя ноги подкашиваются и всю трясет! Подумаешь, тебе хочется сорвать с него одеяло и… «Так, а об этом думать совершенно необязательно! А сейчас поднимаем задницу и вперед в гостевую спальню!» Дожились, уже сама с собой разговариваю…
Эх, а какой спокойной и размеренной была жизнь до появления этого «гостя» в моем доме! Работала себе преспокойненько вместе с другими женщинами над переработкой рыбы, ну и плевать, что этот ужасный запах почти въелся в кожу, руки загрубели и потрескались! Зато работа настолько утомляла, что к тому моменту как я добиралась до кровати мыслей не оставалось. А потом появился он.
Как в сказке про русалочку, он появился на берегу после страшного шторма. В ту ночь все шумело и грохотало, море словно взбесилось, с неба лил страшный дождь и сверкали молнии. Я была совсем одна в своем доме и думала о том, что история снова повторяется. Это был уже третий раз в моей жизни, когда я видела настолько безумный танец морской стихии. Море всегда забирало самое дорогое, но в этот раз у меня уже не было ничего, кроме собственной жизни. А утром на берегу нашли мужчину в порванной одежде и многочисленными порезами на теле. Ему нельзя было дать больше двадцати пяти, чуть вьющиеся каштановые волосы обрамляли красивое лицо с твердыми чертами. Общим советом было решено для начал вылечить «пришлого», а потом задавать ему вопросы. На том же совете было решено поселить его в доме вдовы Картер, молодой женщины, которая уже четыре года хранила верность утонувшему мужу. Я бы даже позавидовала постановлению аргументов в пользу этого решения, если бы вдовой Картер не была я.
После отплытия Уила на «край света» я недолго горевала. Как бы сильно я его не любила, во мне всегда жило чувство, что у нас никогда ничего не получится. Как будто мне всегда это нашептывали на ухо. А я лишь отмахивалась от этих мыслей, словно от назойливой мухи. Как бы там не было, я закопала сундук с сердцем Уила поглубже на острове и на лодке отправилась прочь от места принесшего мне только страдания. После трех дней в море, меня, обессиленную и голодную, прибило к рыбацкой деревушке. Там я естественно наврала с три короба, мол, корабль, на котором я плыла, потерпел крушение, родители погибли пару лет назад, некуда идти и прочую ерунду. В общем осталась я в Блю-Белл, где и познакомилась с милым улыбчивым кузнецом (я когда узнала кем он работает еще долго смеялась истерическим смехом, еле потом отвертелась от расспросов) , с которым через пару месяцев пошла под венец под именем Лиззи Раджетти (мне больше ничего в голову не пришло, когда ко мне пристали с расспросами).
Но море в который раз забрало дорогого мне человека. На тот момент мы жили счастливо уже четыре года. Один из рыбаков тяжело заболел и попросил Сэма его заменить. Сэм, еще в детстве научившийся справляться с сетями, конечно согласился. Через час после их отплытия воздух заполонил густой туман, а чуть позже с небес хлынул ливень. Все поспешно разбежались по домам. Потому что прекрасно знали. Что это предвестники шторма. Когда на утро рыбаки вернулись, Сэма и еще двух мужчин с ними не было. Море снова предъявило свои права на то, что я думала, принадлежит только мне.
Деньги, оставленные в наследство Сэмом, скоро закончились, поэтому я была вынуждена пойти работать. Перебирать рыбу не слишком достойное дело для дочери бывшего губернатора, но я не жаловалась на судьбу даже в мыслях. На тот момент моим главным врагом были мысли, а после дня на берегу мне едва ли хватало сил на еду, как я засыпала.
Четыре года прошли со смерти Сэма, когда в моей жизни появился Филипп. За те две недели, пока моего «гостя» мучила лихорадка, мне удалось узнать лишь его имя. Я варила ему бульон, меняла повязки, проводила бесконечные ночи у его постели. Не помню даже, когда простая жалость уступила другому чувству. Сейчас мне приятно думать, что это произошло, когда перед рассветом он очнулся на пару минут и прошептал: «Не уходи». Тогда у меня на глазах выступили слезы. Я уже дважды в своей жизни просила об этом, но ни разу тот, кто мне нужен не оставался. А я лишь присела на краешек его постели и ответила «Я останусь». Вскоре Филипп пошел на поправку. Он рассказал, как хотел посетить Лондон, но на корабль напали пираты. Его и других взяли в плен. К счастью ему удалось сбежать на шлюпке, которая потонула во время шторма. В целом его рассказ очень был похож на мой, поэтому я сразу заподозрила неладное, но к Филиппу не приставала с более подробными расспросами.
Пару дней назад он объявил, что собирается от меня съехать. Глупый, разве я его гоню? И вот теперь я стою перед зеркалом, примеряя новую ночную рубашку, что пойти к Филиппу и предложить ему себя. Эх, а когда-то мне стоило лишь улыбнуться мужчине, чтобы завоевать его… хорошие были времена. Но Филипп, он не такой.
На негнущихся ногах спускаюсь на второй этаж и подхожу к заветной двери и распахиваю её настежь. Он смотрит на меня как-то настороженно, словно оценивает исходящую опасность, а потом заглядывает мне в глаза и расслабляется. Похоже, ему не нужно слов, но мне так хочется, чтобы он сказал мне хоть слово. Словно читая мои мысли, он произносит: «Ты правда этого хочешь?». Я лишь киваю, на слова уже нет сил, и делаю шаг ему на встречу. Он, похоже, удовлетворен моим ответом, потому что подходит ближе ко мне и нежно целует в губы. Мне не нужна его нежность. Со всей страстью, что кипела во мне, я отвечаю на его поцелуй и прижимаюсь к его груди. Не прерывая поцелуя, Филипп осторожно развязывает мою рубашку, нежно проводя горячими пальцами по открывающейся плоти. Когда нам уже не хватает воздуха, он отрывается от моих губ и нежно шепчет в волосы: «Ты так прекрасна». Я беру его за руку и подвожу к широкой кровати: «Докажи».
Я проснулась с рассветом на его груди. Филипп осторожно, словно боясь водил пальцами по коже на моей спине и улыбался.
«Ты не уйдешь?» - не смотря на мои старания голос выдает тревогу.
«Скажи, Лиззи, ты любишь сказки?» - вместо ответа говорит он, и при этом глаза его странно блестят.
«В детстве отец читал мне их перед сном, а что?» - нахмурилась я.
«Когда сегодня мы будем ложиться спать, я обязательно расскажу тебе сказку о красавице-русалке и мечтателе-юноше, имевшем глупость в неё влюбиться».
Я улыбаюсь и доверчиво прижимаюсь к его груди. Он останется, что еще может быть нужно моей потерянной душе?
Конец первой части.
Автор: amfitrita
Бета: не бечено
Жанр: драма/романтика
Пейринг: Элизабет Суон-Тернер-Картер/Филипп Свифт
Рейтинг: PG-15
Саммари: "Не помню даже, когда простая жалость уступила другому чувству. Сейчас мне приятно думать, что это произошло, когда перед рассветом он очнулся на пару минут и прошептал: «Не уходи». Тогда у меня на глазах выступили слезы. Я уже дважды в своей жизни просила об этом, но ни разу тот, кто мне нужен не оставался..." Первая часть цикла "Жертвы моря"
Размер: мини
Дисклаймер: ничего не надо. Даже на Филиппа не претендую, хотя если подумать…
***
Ночь унесла тяжелые тучи,
Но дни горьким сумраком полны...
Ария "Осколок Льда".
Стою перед старым потрескавшимся зеркалом в своей комнате и пытаюсь успокоиться. И чего это я так разволновалась? Подумаешь, нужно навестить больного, я это уже три недели регулярно делаю! Подумаешь, он молодой и красивый мужчина! Подумаешь, в его присутствии у тебя ноги подкашиваются и всю трясет! Подумаешь, тебе хочется сорвать с него одеяло и… «Так, а об этом думать совершенно необязательно! А сейчас поднимаем задницу и вперед в гостевую спальню!» Дожились, уже сама с собой разговариваю…
Эх, а какой спокойной и размеренной была жизнь до появления этого «гостя» в моем доме! Работала себе преспокойненько вместе с другими женщинами над переработкой рыбы, ну и плевать, что этот ужасный запах почти въелся в кожу, руки загрубели и потрескались! Зато работа настолько утомляла, что к тому моменту как я добиралась до кровати мыслей не оставалось. А потом появился он.
Как в сказке про русалочку, он появился на берегу после страшного шторма. В ту ночь все шумело и грохотало, море словно взбесилось, с неба лил страшный дождь и сверкали молнии. Я была совсем одна в своем доме и думала о том, что история снова повторяется. Это был уже третий раз в моей жизни, когда я видела настолько безумный танец морской стихии. Море всегда забирало самое дорогое, но в этот раз у меня уже не было ничего, кроме собственной жизни. А утром на берегу нашли мужчину в порванной одежде и многочисленными порезами на теле. Ему нельзя было дать больше двадцати пяти, чуть вьющиеся каштановые волосы обрамляли красивое лицо с твердыми чертами. Общим советом было решено для начал вылечить «пришлого», а потом задавать ему вопросы. На том же совете было решено поселить его в доме вдовы Картер, молодой женщины, которая уже четыре года хранила верность утонувшему мужу. Я бы даже позавидовала постановлению аргументов в пользу этого решения, если бы вдовой Картер не была я.
После отплытия Уила на «край света» я недолго горевала. Как бы сильно я его не любила, во мне всегда жило чувство, что у нас никогда ничего не получится. Как будто мне всегда это нашептывали на ухо. А я лишь отмахивалась от этих мыслей, словно от назойливой мухи. Как бы там не было, я закопала сундук с сердцем Уила поглубже на острове и на лодке отправилась прочь от места принесшего мне только страдания. После трех дней в море, меня, обессиленную и голодную, прибило к рыбацкой деревушке. Там я естественно наврала с три короба, мол, корабль, на котором я плыла, потерпел крушение, родители погибли пару лет назад, некуда идти и прочую ерунду. В общем осталась я в Блю-Белл, где и познакомилась с милым улыбчивым кузнецом (я когда узнала кем он работает еще долго смеялась истерическим смехом, еле потом отвертелась от расспросов) , с которым через пару месяцев пошла под венец под именем Лиззи Раджетти (мне больше ничего в голову не пришло, когда ко мне пристали с расспросами).
Но море в который раз забрало дорогого мне человека. На тот момент мы жили счастливо уже четыре года. Один из рыбаков тяжело заболел и попросил Сэма его заменить. Сэм, еще в детстве научившийся справляться с сетями, конечно согласился. Через час после их отплытия воздух заполонил густой туман, а чуть позже с небес хлынул ливень. Все поспешно разбежались по домам. Потому что прекрасно знали. Что это предвестники шторма. Когда на утро рыбаки вернулись, Сэма и еще двух мужчин с ними не было. Море снова предъявило свои права на то, что я думала, принадлежит только мне.
Деньги, оставленные в наследство Сэмом, скоро закончились, поэтому я была вынуждена пойти работать. Перебирать рыбу не слишком достойное дело для дочери бывшего губернатора, но я не жаловалась на судьбу даже в мыслях. На тот момент моим главным врагом были мысли, а после дня на берегу мне едва ли хватало сил на еду, как я засыпала.
Четыре года прошли со смерти Сэма, когда в моей жизни появился Филипп. За те две недели, пока моего «гостя» мучила лихорадка, мне удалось узнать лишь его имя. Я варила ему бульон, меняла повязки, проводила бесконечные ночи у его постели. Не помню даже, когда простая жалость уступила другому чувству. Сейчас мне приятно думать, что это произошло, когда перед рассветом он очнулся на пару минут и прошептал: «Не уходи». Тогда у меня на глазах выступили слезы. Я уже дважды в своей жизни просила об этом, но ни разу тот, кто мне нужен не оставался. А я лишь присела на краешек его постели и ответила «Я останусь». Вскоре Филипп пошел на поправку. Он рассказал, как хотел посетить Лондон, но на корабль напали пираты. Его и других взяли в плен. К счастью ему удалось сбежать на шлюпке, которая потонула во время шторма. В целом его рассказ очень был похож на мой, поэтому я сразу заподозрила неладное, но к Филиппу не приставала с более подробными расспросами.
Пару дней назад он объявил, что собирается от меня съехать. Глупый, разве я его гоню? И вот теперь я стою перед зеркалом, примеряя новую ночную рубашку, что пойти к Филиппу и предложить ему себя. Эх, а когда-то мне стоило лишь улыбнуться мужчине, чтобы завоевать его… хорошие были времена. Но Филипп, он не такой.
На негнущихся ногах спускаюсь на второй этаж и подхожу к заветной двери и распахиваю её настежь. Он смотрит на меня как-то настороженно, словно оценивает исходящую опасность, а потом заглядывает мне в глаза и расслабляется. Похоже, ему не нужно слов, но мне так хочется, чтобы он сказал мне хоть слово. Словно читая мои мысли, он произносит: «Ты правда этого хочешь?». Я лишь киваю, на слова уже нет сил, и делаю шаг ему на встречу. Он, похоже, удовлетворен моим ответом, потому что подходит ближе ко мне и нежно целует в губы. Мне не нужна его нежность. Со всей страстью, что кипела во мне, я отвечаю на его поцелуй и прижимаюсь к его груди. Не прерывая поцелуя, Филипп осторожно развязывает мою рубашку, нежно проводя горячими пальцами по открывающейся плоти. Когда нам уже не хватает воздуха, он отрывается от моих губ и нежно шепчет в волосы: «Ты так прекрасна». Я беру его за руку и подвожу к широкой кровати: «Докажи».
Я проснулась с рассветом на его груди. Филипп осторожно, словно боясь водил пальцами по коже на моей спине и улыбался.
«Ты не уйдешь?» - не смотря на мои старания голос выдает тревогу.
«Скажи, Лиззи, ты любишь сказки?» - вместо ответа говорит он, и при этом глаза его странно блестят.
«В детстве отец читал мне их перед сном, а что?» - нахмурилась я.
«Когда сегодня мы будем ложиться спать, я обязательно расскажу тебе сказку о красавице-русалке и мечтателе-юноше, имевшем глупость в неё влюбиться».
Я улыбаюсь и доверчиво прижимаюсь к его груди. Он останется, что еще может быть нужно моей потерянной душе?
Конец первой части.
Про второго мужа-кузнеца забавно вышло. Это уже тенденция какая-то. 
Радует, что Лиззи нашла с кем утешится в своей запутанной жизни и очень интересно, что же будет дальше.
Если Маринино творение я узнала сразу же, то это... У меня даже соображений нет. 
Вот везет ей на этих парней, и все тут. А мне все равно очень понравилось. Довольно трогательно. Кто автор догадываюсь, но не совсем уверена. 